Мать задержанного в Европе фаната «Спартака»: «В немецком консульстве мне ответили: «Если умрет – узнаете сразу»

Ирина Косова, мать задержанного в Европе фаната «Спартака» Павла Косова, обвиненного в причинении тяжких телесных повреждений во время Евро-2016, рассказала о ситуации с сыном.

— Информация о состоявшемся в Марселе суде – неправдивая. Даже адвокат еще не добрался до места. Я только что переписывалась с ним по WhatsApp — никто даже не знает, что Паше предъявлено.

— Переписывались с адвокатом или с сыном? 

— Да с каким сыном? Я уже почти месяц не знаю, где он, как он. Ужас, что происходит, издевательство какое-то.

— А где ищете? 

— В немецком консульстве. Каждый день я звонила в Бонн, где Паша якобы находился. Что поразило: на звонки отвечал немецкий или французский автоответчик. То есть российский гражданин звонит в свое консульство, но может разговаривать только на иностранных языках, которые в нашей стране почти не изучают? Для кого тогда это консульство?

Наконец-то с помощью друзей получилось дозвониться, но мне холодно ответили: «Ничего не знаем». Так продолжалось четыре дня, пока в один момент я не выдержала, разрыдалась и стала чуть ли не кричать: «Вы вообще соображаете, а если у него проблемы со здоровьем, а если что-то случилось?»

У Паши правда есть определенные проблемы с сердцем с детства. И знаете, что мне на это ответили: «Если умрет – узнаете сразу! Но не переживайте, государство у нас правовое. Тюрьмы – как дом отдыха». Тоже мне – правовое государство – задержали и все, спрятали. Да, понимаю, он может даже быть виноватым, но вы хотя бы скажите – в чем?!

Я все спрашивала: «Как же так, человека как обезьянку мотают по тюрьмам, не дают с домом связаться». А адвокат потом ответил: «Так всегда с русскими. Был бы американец — и позвонил бы, и бесплатного адвоката получил».

В общем, такое у нас консульство в Германии, так к русским относятся там. С французами намного проще взаимодействовать. Они вот недавно рассказали, что Пашу перевели в Прованс, а не в Марсель, там он готовится к суду.

— Вы видели информацию, что Павлу грозит 15 лет? 

— Ну какие 15 лет, если самый большой срок за события в Марселе был двухлетним?! Может, за то, что у Паши написано на майке: «Я – русский»? Да, он красивый, русский мальчик — какой же еще?!