Блог Записки юной особы

Запись №12

Дорогой дневник!

Не сердись на меня, что не уделяю тебе должного внимания. Закружила карусель будней, дел, да и оптимизм мой иногда дает слабину.

На днях поймала инженера по ТБ, седовласого, своеобразного старика с вечно драными карманами пиджака и вытянутыми коленями на брюках:

- Иван Иванович, в срочном порядке купите себе мобильный телефон! Я никогда не могу вас найти, устала бегать по этажам.

- Да я всегда у себя. А мобильный телефон - это вредно. От него излучение. Электромагнитное.

- Ну так умирать здоровым жалко (улыбаюсь).

- А у нас вон на крыше антенны, они, знаешь, какие вредные! А вот на соседнем здании еще вреднее антенны. И как раз на тебя направлены.

Я расхохоталась.

- А чего ты смеешься?

- Да я всегда смеюсь, видимо последствия излучения уже.

 

Как оказалось - не всегда. И пребывая в странном состоянии, я хочу поведать тебе историю, которую недавно узнала. Думаю, что для людей в футболе сведущих повествование мое не станет открытием, но меня все это очень тронуло и не оставило равнодушной.

Одинокая звезда

На протяжении 15 лет он изводил соперников и сводил с ума торсиду своим самобытным искусством. О нем сложено множество легенд. Ему придумали десятки прозвищ, но настоящие друзья всегда называли его Манэ.

"Гарринча" — довольно редкая маленькая птичка, обитающая в горах Бразилии, приносящая, по поверью, счастье людям. В детстве Мануэл Франсиску Душ Сантуш умел издавать звуки этой птички, за что и получил свое прозвище. 

Гарринча появился на стадионе "Ботафого" в Рио-де-Жанейро в обычный день 9 июля 1953 года. Его привел бывший игрок клуба Арати, который случайно увидел виртуозную игру Гарринчи в родном Пау-Гранде и решил показать 20-летнего парня Жентилу Кардозу, тренировавшему в те времена "Ботафого". Занятие команды подходило к концу, когда тренер наконец вспомнил о новичке. "Давай его сюда!" - крикнул он Арати. После первых же шагов Гарринчи зрители попадали со своих мест от хохота, а наставник клуба, чтобы спрятать улыбку, отвернулся. У Манэ от рождения одна нога была значительно короче другой, поэтому переваливающейся походкой он напоминал то ли утку, то ли медведя. Кардозу попросил лучшего в то время левого защитника бразильского футбола Нилтона Сантоса проверить новичка, что по логике вещей, должно было поставить точку в еще не начавшейся карьере клоуна. "Когда я приблизился к нему, он неожиданно протолкнул мяч у меня между ногами и исчез, - рассказывал потом в течение многих лет журналистам разных стран Сантос. - Я попытался броситься за ним, но потерял равновесие и рухнул. Все, кто был на стадионе, начали смеяться".

По предложению Нилтона Сантоса Гарринчу взяли в команду, но мир увидел гения только через пять лет. 15 июля 1958 года под давлением общественности тренер сборной Феола поставил-таки его на игру мирового первенства против СССР. Первые три минуты того матча были впоследствии названы "тремя самыми фантастическими минутами в истории мирового футбола". Почему? Потому что Манэ делал, что хотел на левом фланге нашей обороны, где ему сначала противостоял Кузнецов, а затем еще и пришедшие товарищу на помощь Воинов с Крижевским.

После первого прохода удар бразильца отразила штанга, после второго - Пеле еще раз проверил на прочность стойку, а третий рейд Гарринчи завершился подачей в штрафную, и Вава послал мяч в сетку ворот Льва Яшина.

Четыре года спустя чемпионат мира в Чили стал бенефисом Манэ. Он чуть ли не в одиночку добыл титул для Бразилии, и, конечно же, именно его провозгласили "королем футбола".

Пожалуй, не было другого футболиста в истории, который столь свободно чувствовал себя в любых ситуациях на поле. Гарринча не стремился, как Пеле, к идеалу во всех компонентах игры, хотя и пасом, и ударом по воротам владел в совершенстве. Славу Манэ принес его знаменитый финт, на который поддавались самые сильные и опытные левые защитники (их в Бразилии даже стали называть Жоанами - по имени паренька из Пау-Гранде на котором шлифовал свое "оружие" Гарринча в юности). Манэ замирал с мячом в ногах и имитировал движение корпусом - обычно влево. После чего стремительно уходил в другую сторону (чаще вправо). Обожал он и прокидывать мяч между ног. Защитники в этом случае, как правило, теряли равновесие и падали, становясь посмешищем многотысячной толпы. Однажды игрок "Фиорентины" головой едва не снес штангу после финта Гарринчи, а бразилец под гомерический гогот итальянцев вошел с мячом в ворота. 

Его превозносили министры и бродяги, воры и банкиры, ученые и рабочие. Не любили только... тренеры. Их можно было понять, ведь по сути от наставников, работавших с Манэ, требовалось не мешать ему свободно творить. Полуграмотный подмастерье с ткацкой фабрики вышел на поле и изобрел свой футбол, в который никто не играл ни до, ни после него. Гарринча все делал не так: когда нужно было сыграть в касание - держал мяч, когда надо было бежать - стоял, вместо удара по воротам - ждал защитника, чтобы еще раз его обыграть. Появись Манэ в футболе сегодня, его, вероятно, не приняли бы в детскую команду. 

Мало кто помнит, но именно Гарринча совершил один из самых благородных поступков на поле. 27 марта 1960 года на "Маракане" шел матч "Флуминенсе" - "Ботафого". Защитник "Флу", выбивая мяч, подвернул ногу, и тот отскочил к Манэ. Гарринча ворвался в штрафную, оказался один на один с вратарем, замахнулся, но, увидев, что соперник лежит на газоне, послал мяч за боковую линию. Такое могло прийти в голову только ему. 

Находясь в зените славы, Манэ в одном из матчей национального первенства получил повреждение. Два-три месяца вне футбола, и он продолжил бы играть. Но в это время "Ботафого" отправлялся в турне по Европе, и каждый матч с Гарринчей в его составе стоил 15 000 долларов, без Гарринчи - вдвое меньше. 

Манэ не мог отказать настойчивым просьбам, отыграл на уколах, а по возвращении домой все было кончено - разрыв мениска. Ему сделали операцию, но после возвращения на поле Манэ был уже не тот. 

"Коринтианс" заплатил за него "Ботафого" сумасшедшие по тем временам деньги - около 100 000 долларов, но отработать их Гарринча был не в состоянии. Однако публика требовала продолжения шоу, трибуны свистели. Гарринча не вытерпел и хлопнул дверью. Итог - дисквалификация на два года, колоссальная неустойка и забвение. 

Однако через три года - 30 ноября 68-го бразилец вновь появился на "Маракане". В составе "Фламенго" он доказал злопыхателям, похоронившим было его, что футбол Гарринчи жив. Но это была лебединая песня игрока, которого болельщики называли Радостью народа. 

К сожалению, он не смог совладать со своей личной жизнью, так же, как и с жизнью вне футбола в целом. Злоупотребляя алкоголем, он умер в возрасте 49 лет.

persona.rin.ru/view/f/0/34616/garrincha

 

Фраза дня: Человек может быть всецело самим собою лишь пока он один; кто не любит одиночества – тот не любит свободы, ибо лишь в одиночестве можно быть свободным. (с) Артур Шопенгауэр

Настроение: тихая печаль.

P.S. Милые мои читатели, прошу прощение за неоправданные ожидания. Словарик обязательно продолжу, но немного позже. 

Автор
  • Kuba_libre

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья