Блог Блог еженедельника «Футбол»

Сергей Скаченко: «Корейцев нам не перебегать, надо брать тактикой»

Он родился в Казахстане, выступал за сборную Украины и клубы восьми стран, а сейчас живет в Москве и имеет российский паспорт. Когда-то в карьере Сергея Скаченко был и южнокорейский период. Экс-нападающий клубов LG и «Чоннам Дрэгонз» рассказывает еженедельнику «Футбол», какой он, корейский футбол, а кроме того, о первой машине Андрея Шевченко, о фармакологии в киевском «Динамо» и самом памятном матче своей жизни.

Сергей Скаченко

Загон с собаками

- Когда были в Южной Корее в последний раз?

– Полтора года назад. За 15 лет столица страны изменилась до неузнаваемости. Я ведь в Сеуле едва ли не каждую улицу знал. Прилетел, смотрю, весь центр снесли, там теперь новые здания стоят. Просил таксиста свозить на стадион, на котором играл. Оказалось, что стадиона уже тоже нет. Таксист привез – там уже какой-то новый спорткомплекс отстроили. Ходили с женой и сыном на футбол.

- В корейский чемпионат вы уехали в 1996-м. А вскоре, рассказывают, вас звал в киевское «Динамо» Лобановский.

– Был разговор на эту тему, когда приехал в Киев после дебютного сезона в LG. Валерий Васильевич спросил, хочу ли я вернуться в «Динамо». Я ведь в Страну утренней свежести уехал на правах двухгодичной аренды. Но мне в Корее все понравилось в житейском плане, да и в футбольном складывалось неплохо. Поэтому решил еще сезон там отыграть. В итоге в «Динамо» так и не вернулся.

- Лобановский больше не проявлял заинтересованности в ваших услугах? - Не в этом дело. Когда составляли договор аренды с LG, клубный юрист один пункт недосмотрел. В итоге в контракте прописали, что через два года права на меня уже переходят корейцам. В «Динамо» свою ошибку только через два года и обнаружили. Начали искать крайних. Суркис звонил и мне, и даже моим родителям. Хотя моей вины там не было никакой.

- В итоге вы оказались в «Дрэгонз», с которым выиграли Кубок страны.

– Я ведь первоначально приехал на просмотр в «Дрэгонз». Прилетели втроем, со мной были Шмаров и Кузнецов. Сыграли контрольный матч, я сделал хет-трик. Но несмотря на это, руководство клуба взяло паузу, не захотели сразу подписывать контракт. Моим трудоустройством занимался Владимир Абрамов, он договорился о просмотре в LG. Я провел с командой 10 дней, подписал личный контракт. В первой же встрече чемпионата мы встречались с «Дрэгонз», я им забил. И продолжал забивать в каждом очном матче. В итоге они предложили мне более интересные условия, чем у меня были в LG.

- Более интересные – это какие?

– В Корее тогда добротным легионерам платили от 6 до 10 тысяч долларов в месяц. В LG получал 6-8 тысяч, в «Дрэгонз» – 8-10. Наших ребят в чемпионате Южной Кореи тогда немало играло. Подружился с Лактионовым, Сарычевым. С Валерой семьями встречались, помню, у него дети в американскую школу ходили.

- Как-то вы случайно забрели в загон с собаками, которых откармливали для продажи в рестораны.

– Мы прошли мимо. В загоне было 50-60 собак. Как-то не по себе стало. В команде бразильцы вообще были в шоке от этой корейской традиции. В ресторане местные шли в один зал, где подавали собачатину, легионеры – в другой, где в почете была свинина.

- На матчи сборной Кореи, когда выступали в Стране утренней свежести, не ходили?

– Нас как-то всей командой возили. Думаю, с той поры рисунок игры сборной не сильно поменялся. Там собраны выносливые и шустрые ребята, против которых традиционно непросто играть. Их не перебегать – они могут бегать до изнеможения. Нужно переигрывать только тактически. Тот, кто думает, что сборной России в матче с корейцами будет легко, очень ошибается. По поводу их физического состояния помню случай. В «Дрэгонз» вместе со мной выступали два бразильца. Тренер команды делал упор на физику. Первая тренировка в десять утра, вторая – в три часа дня. В это время там самое пекло, 40 градусов. Бежим кросс. Корейцы нас, конечно, перегоняют. Вместе со мной семенят два бразильца. Так один не выдержал заданного темпа. Реально потерял сознание, в куст упал – до такой степени загоняли. А корейцы к таким физическим нагрузкам давно привыкли.

Сергей Скаченко 

В «Торпедо» – по совету Аджоева

- Осенью прошлого года вы планировали пойти на курсы, получить тренерскую лицензию. Удалось претворить эти планы в жизнь?

– Получил категорию С. Пока мне этого достаточно. Два года отработал детским тренером в школе «Торпедо». Больше не хочу. Хотя опыт был интересный. Моя команда уже в первый год завоевала бронзовые медали. Была даже 40-дневная стажировка в Бразилии. Пытался понять, в чем бразильцы нас опережают. Посмотрел тренировки – тот же тренировочный процесс, что и у нас. Но результаты у них на взрослом уровне не чета нашим.

- Иногда и у нас бывает не хуже. Вспомните, как вместе с «Торпедо» проходил в Кубке УЕФА «Манчестер Юнайтед».

– Тогда ярко получилось. Я ведь еще союзное первенство застал. В 1991 году по протекции моего одноклубника Станислава Берникова сменил павлодарский «Трактор» на харьковский «Металлист». Во втором круге начал играть за основу, два гола «Шахтеру» забил. По окончании чемпионата получил несколько предложений. Настойчиво звали в «Ротор». Ждали в «Торпедо». Я посоветовался с Гурамом Аджоевым, который тогда выступал за «Металлист». Он мне порекомендовал «Торпедо». Дескать, в Москву два раза не приглашают. Я послушал Гурама. Хотя в том же Волгограде финансовые условия получше предлагали.

В «Торпедо» тогда была приличная банда: Тишков, Шустиков, Коля Савичев, Талалаев, Чугайнов, Подшивалов. Ребята меня нормально приняли, в первом сезоне уже в основе играл. Когда в еврокубках нам «Манчестер Юнайтед» попался, в диковинку было сыграть на «Олд Траффорде». Но там стояли. Я в Манчестере вышел на замену. Дома тоже сыграли 0:0. Помню, шел дождь. Обыграли по пенальти 4:3. Подшивалов оба матча блестяще отстоял. 22 года прошло с тех пор, но Райан Гиггз в Москве уже выступал. Честно говоря, мы сами удивились тому, что смогли пройти подопечных Алекса Фергюсона.

- В 1993 году вы сменили «Торпедо» на украинский «Темп» из районного центра Шепетовка. В Москве на вас не рассчитывали или «Темп» предложил более привлекательные финансовые условия?

– В «Торпедо» пошла чехарда с тренерами. После бунта игроков Валентина Иванова сменил Евгений Скоромохов, а ему на смену пришел Юрий Миронов. У каждого тренера свои взгляды на игроков. Я же должен был ехать не в Шепетовку, а намного дальше – в Бангладеш. На полгода. Клубы уже между собой договорились за мой переход. В Бангладеш мне предложили зарплату немногим больше тысячи долларов в месяц. Плюс пару тысяч подъемных. По тем временам – неплохие деньги. В «Торпедо» тогда платили меньше. И не в долларах, а еще в рублях. Я уже съездил домой в Казахстан, отвез вещи. И тут раздался звонок от Леонида Ткаченко, под началом которого я играл в «Металлисте». Тренер собирал команду в Шепетовке.

- И у него это получилось – подписали даже члена клуба Григория Федотова.

– Да, Жора Кондратьев из Минска приезжал. В Шепетовку чемпион СССР ездил на двух электричках, с пересадками. Вскоре, правда, нынешний главный тренер сборной Белоруссии улетел в Германию. Но мы и без Жоры сумели неплохо выступить в чемпионате. Дома обыграли «Шахтер» (3:1), «Днепр» (3:2) и «Металлист» (3:1), в Киеве отстояли ничью (0:0) с «Динамо». В итоге финишировали девятыми. Это было лучшее достижение в истории клуба, который через несколько лет прекратил свое существование. Со мной в нападении играл Арсен Аваков. Арсен в следующем сезоне стал лучшим бомбардиром чемпионата Украины в составе запорожского «Торпедо», а затем перешел в «Торпедо» московское.

- Правда, что базой для команды стал бывший пионерлагерь?

– В Шепетовке был один отель, но мы туда заезжали уже перед игрой. А так выезжали за город. Условия на загородной базе были действительно не очень. Мерзли там, были перебои с горячей водой. Зато владелец клуба Джумбер Нишнианидзе платил высокую на то время заработную плату. А семи или восьми игрокам дал новые «девятки». Я, уже будучи в «Динамо», эту «девятку» продал Андрею Шевченко. По-моему, это была первая машина Шевы. Помню, ездили с его отцом в Шепетовку, снимали авто с учета. В «Динамо» я ведь во многом из-за успешной игры в «Темпе» оказался. Забил за сезон 13 голов, получил приглашение из Днепропетровска. Но тогдашний наставник «Днепра» Николай Павлов неожиданно возглавил «Динамо», и я переехал в Киев.

- Обходы тренеров вечером по квартирам вы проходили только в «Динамо»?

– Да, таких порядков больше нигде не встречал. Впрочем, я жил в квартире с родителями, меня никогда не проверяли. Проверяли в основном молодых игроков, которым клуб квартиры снимал. Иногда даже в морозилку заглядывали. Такое недоверие многих ребят неприятно поражало. Цирк! Правда, тот же Анатолий Демьяненко, который тогда уже работал в тренерском штабе «Динамо», мог на тренировке предупредить, шепнуть: «Ребята, сегодня вечером будет проверка».

- А как в «Динамо» было с фармакологией? В Киеве ходила байка, что игроки закапывали таблетки в клумбу возле здания базы, так там даже трава перестала расти.

– Таблеток действительно было много. Можно было горстями есть. Приходишь на завтрак – целая тарелочка лежит. Перед каждым футболистом ставили. Вместо салата. На ужине – то же самое. Я брал маленькую толику – только те, в которых был уверен. Остальные в кармане выносил из столовой, а затем выбрасывал. После «Динамо» играл в России, Франции, Швейцарии, Корее и Японии, но нигде такого количества таблеток, как в «Динамо», и близко не видел.

 

«Коробочка» для капитана

- После Кореи вы неожиданно вернулись в «Торпедо». Почему?

– В Корее было неплохо. Но в серьезных клубах Западной Европы футболисты на то время уже зарабатывали в 3-4 раза больше. Да и у меня возникло желание попробовать себя в Старом Свете. Абрамов договаривался о моем переходе в бельгийский «Андерлехт». Там уже все было практически на мази, но в последний момент что-то не срослось. Видимо, не смогли договориться с корейцами. Мой трансфер тогда принадлежал LG, за «Драконов» я выступал на правах аренды. Поэтому и вернулся в «Торпедо», которое благодаря Абрамову сумело договориться с корейцами.

- Когда после матча Украина – Россия (3:2) вернулись в расположение «Торпедо», никто из одноклубников не подшучивал, дескать, что же ты нам гол забил?

– Наоборот, ребята меня поздравили. Андрей Чернышев сказал «молодец». Я на 25-й минуте забил Харину, мы 2:0 повели, подопечным Анатолия Бышовца уже было сложно отыграться. Наверное, самый памятный матч в моей карьере. Но со сборной Украины у меня роман закончился не на мажорной ноте. После игры с Югославией, где мы сцепились с Синишей Михайловичем, «заработав» за это красные карточки, меня больше не вызывали. Михайлович хотел меня сломать, а тренеры сборной еще и обвинили в том, что первым полез в драку.

- По данным СМИ, «Торпедо» продало вас во французский «Мец» за 3,5 миллиона долларов. Действительно такие цифры фигурировали?

– Меня в суть переговоров не посвящали. О цифре сам узнал из газет. Был удивлен. Дебютировал в «Меце» неплохо. Забил Бартезу, с «Монако» сыграли вничью. Затем отличился в матчах с «Марселем» и «Лионом». За полгода забил шесть голов. Но дальше не пошло. Были свои моменты – и чехарда с тренерами, и травмы, и высокая конкуренция в линии нападения: Жеральд Батикль, Ненад Йестрович, Микеле Падовано и Луи Саа – все серьезные ребята. Плюс местные нас, легионеров, зажимали.

- Каким образом?

– Обычно никто не любит иностранцев: считается, что они отбирают хлеб у доморощенных игроков. У меня сразу дела пошли, стал забивать. А затем началась «душиловка». Меня невзлюбил капитан команды. На тренировке бежим, специально заденет, гадости про меня в раздевалке говорил. В мое отсутствие, естественно. Мне серб Ненад Йестрович рассказал: «Серега, как тебя в раздевалке нет, капитан и сотоварищи начинают на тебя бочку катить. Когда заходишь, молчат как мыши». Мы подумали и решили с Ненадом капитану на тренировке «коробочку» сделать. Чтобы поставить его на место. Разбежались, сделали. Он как «разлетелся». А у нас преимущественно открытые тренировки были. Самое интересное, что фаны за эту «коробочку» нас с Йестровичем еще и поблагодарили. Сказали, что капитан у них 10 лет королем ходит, никто с ним ничего сделать не мог. А мы сумели. После этого он нас с Ненадом зауважал, на тренировках больше никто нас и пальцем не тронул.

- В 2001 году вы оказались в японском «Санфречче». С Валерием Непомнящим быстро нашли общий язык?

– Я подписал соглашение на полгода. До этого играл за «Ксамакс», куда меня «Мец» отдавал в аренду. Помог швейцарцам остаться в элитном дивизионе, забил кучу голов в переходном турнире. Вернулся в «Мец», а там очередной тренер дал понять, что шансов играть в основе у меня немного. Поэтому согласился поехать в Страну восходящего солнца. Тем более предложили хорошую зарплату. После первого круга «Санфречче» находился на дне турнирной таблицы – по-моему, занимал 13-е место. Непомнящий пригласил меня и Пашинина из «Локомотива». И мы за второй круг поднялись с 13-го на 3-е место. Я, правда, в основном на замену выходил, тяжело было по такой жаре играть весь матч. Но впечатления остались очень хорошие. Все солидно. Полные стадионы, праздничная атмосфера – на носу был домашний чемпионат мира.

- После окончания контракта с «Мецем» вы оказались в «Карпатах». Правда, что играли во Львове без контракта?

– У меня уже какая-то черная полоса пошла. Я подписал контракт на полгода с запорожским «Металлургом». Играем товарищеский матч, на носу старт чемпионата страны, забил три гола. В конце игры в жестком стыке вылетает боковая связка колена. Шесть месяцев восстанавливался – ходил с лангеткой, в бассейне плавал. Восстановился, улетел в США. Дима Коваленко, который всю жизнь отыграл в МЛС договорился о просмотре в «Ди Си Юнайтед» из Вашингтона. Был вариант и с «Чикаго Файр». Можно было за что-то зацепиться. И тут мне поступает звонок с Украины. Дескать, возвращайся, тебя ждут во Львове. Выполнят все твои условия. Перелетаю океан, прямо из аэропорта еду на стадион, переодеваюсь, выхожу в футболке «Карпат». Матч проигрываем. С подписанием контракта президент клуба Дыминский затягивает. Второй поединок тоже проводим неудачно. После чего мне говорят, что я команде не нужен. Человек, который мне устроил этот «переход», после такого расклада просто плакал в жилетку.

Сергей Скаченко

- После «Динамо», «Торпедо» и «Меца» доигрывать в азербайджанском «Туране» с психологической точки зрения было непросто?

– Но я ведь и за «Темп» из Шепетовки в свое время выступал. Так что в Азербайджане мне очень понравилось. Гостеприимный народ, моей семье предоставили просторный дом. Конечно, городок небольшой. По сути, большая деревня: утки, курочки бегают. Но я никаких неудобств по этому поводу не испытывал. Финансовые условия? Зарплата была 5 тысяч долларов в месяц, плюс еще 70 дали в качестве подъемных. Нормально. Другое дело, что травмы замучили, пришлось в 33 года вешать бутсы на гвоздь.

- В 2008 году на пешеходном переходе в Киеве автомобиль, за рулем которого находилась женщина, сбил вашего шестилетнего сына. В итоге Скаченко-младший провел почти месяц в реанимации, находился в коме. Сейчас со здоровьем у Сергея все в порядке?

– Были большие проблемы, но теперь уже, тьфу-тьфу, вроде все в порядке. Виновнице ДТП дали пять лет. Условно.

- Вы родились в казахском Павлодаре, фамилия украинская, паспорт российский. После завершения игровой карьеры дилемма, где жить, не стояла?

– В Москве у меня осталась квартира – получил в «Торпедо». Сын во Франции родился. В принципе, мне там нравилось. И возможность остаться была. Контракт с клубом у меня был рассчитан на четыре года. Я его отработал до конца. Для того чтобы получить вид на жительство, нужно было еще год во Франции прожить. Но я подобными мыслями себе голову не забивал. Потому что сильного желания жить в Западной Европе не было. Работать по контракту там хорошо. Но не жить.

- А сейчас вы, простите, на что живете?

– Работаю в сфере недвижимости. Как будет дальше, посмотрим. 

Текст: Александр Подлубный

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья