Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Юлия Гущина: «После Олимпиады мы не стали известными»

    Олимпийская чемпионка в эстафете 4x100, самая успешная блондинка российской легкой атлетики Юлия Гущина в эксклюзивном интервью Sports.ru – о походах в кино, нестрогой диете, подмосковных электричках, столичных пробках, шопинге, «сухих» американских мышцах и пекинском везении, которое наши девушки заслужили.

    Юлия Гущина: «После Олимпиады мы не стали известными»
    Юлия Гущина: «После Олимпиады мы не стали известными»

    О кино, ресторанах и сборах

    - Наша эстафетная команда дружит между собой? Общаетесь с девчонками после тренировок?

    – Конечно. С Чермошанской мы тренируемся в одной группе, более того – бегали раньше одну дистанцию. А с Женей Поляковой вообще теплые отношения. Олимпиада всех сблизила: после Пекина мы стали вместе отдыхать; можно сказать, дружить семьями. Раньше такого не было: просто общались, но не более.

    «Я никогда за фигурой не следила. И ни в чем себе не отказывала. Может, потому что не склонна к полноте»

    - В кино вместе ходите?

    – А как же! Я очень люблю фильмы. Последний раз были в Адлере – в марте и мае мы там безвылазно на сборах «сидим». Уже сейчас не вспомню, какие фильмы смотрели, но ходили точно… Почти каждый выходной. В апреле тренировались в Португалии – так устроили большой шопинг. Очень весело.

    - Признайтесь: на сборах все-таки скучновато. Дома еще можете расслабиться, полежать после занятий на диване. А чем занять себя в той же Португалии?

    – Если честно, в Португалии делать нечего. Если у нас две тренировки в день, то это настоящий праздник. Представьте: на сборе 50 человек, к концу уже начинаем друг другу надоедать. Да, смотрим фильмы, читаем книжки, ходим в гости, выбираемся по магазинам, смотрим на закаты солнца. Еще баня, джакузи. Но это тоже наскучивает.

    Основная проблема – мы живем не в центре, а довольно далеко от города. Это сборная Москвы базируется прямо в Монте Гордо. Девчонки могут погулять по пляжу, пройтись по паркам. А у национальной команды, кроме океана и стадиона, поблизости ничего нет. Шопинг только по воскресеньям, но не все магазины работают.

    Но я не жалуюсь: в Португалии отличные условия для тренировок. Там буквально все создано для того, чтобы работать. Воздух отличный, климат прекрасный. И у меня не повышается внутричерепное давление, как в Адлере. Никогда не болит голова.

    - А чем питаетесь? Допустим, захотели пойти в ресторан, съесть десерт – но у вас же наверняка строгие диеты…

    – Я никогда за фигурой не следила. И ни в чем себе не отказывала. Может, потому что не склонна к полноте. Для меня вообще диеты – это дикость. Если я хочу кушать, значит, потратила энергию и должна ее возобновить. Хочется сладкого – значит, нужно есть.

    Об американках, электричках и тактике

    - Вы живете в Подольске, а тренируетесь в Москве. На машине стали ездить совсем недавно – после олимпийского подарка президента. А раньше как добирались – на электричке с Курского вокзала?

    – Да. А потом садилась в метро и ехала либо в «Сокольники», либо в манеж ЦСКА. Зимой был просто кошмар. Холодно невероятно.

    «Сейчас с моим молодым человеком ездим на машине. Это намного проще. Единственный минус – пробки на Варшавке»

    - Наверное, самая нелюбимая станция – Царицыно.

    – Да-да, там всегда такое столпотворение людей. Все к себе прижмешь – кошелек, телефон. И так два года! Сейчас с моим молодым человеком ездим на машине. Это намного проще. Единственный минус – пробки на Варшавке.

    Приходится выезжать на тренировку в 8 утра, чтобы, дай бог, к 10 добраться до Москвы. Обратная дорога – та же история. Хорошо, если в 17.00 дома. Еще «бытовуха» не дает расслабиться: готовка, уборка...

    На сборах в какой-то степени проще – нет семейных забот: встали, позавтракали, пять минут прошли и уже на стадионе. Тренировка и вторая половина дня почти свободная.

    - В этом сезоне вы бегаете 200 и 400 метров. Что сердцу милее? И как правильно бежать обе дистанции?

    – Мне очень нравится 200-метровка. Я безумно люблю эту дистанцию. Но как бы ни пробовала ее бежать, получается одно и то же время. Роста результатов нет. Установила личный рекорд в 2005 году и побить его никак не могу. Не знаю, по каким причинам. И тренировки нормальные, и восстановление. Но чего-то не хватает.

    Мы с тренером решили попробовать 400 метров. Это самая тяжелая дистанция. Ее нужно начинать быстро и постоянно поддерживать темп. Нагрузка на мышцы колоссальная.

    - Я заметил, что вы почти всегда прибавляете на финише. Как, например, в Юджине на Prefontaine Classics. Это тактика такая?

    – В основном я начинаю бежать очень резво, а последние метры терплю. Бег в Юджине был аномальным. Нельзя всю дистанцию держать в одном ритме – кто-то стартует великолепно, кто-то, например, Таня Фирова и Настя Капачинская, начинает спокойно, зато набегает на финиш.

    «Мы с тренером решили попробовать 400 метров. Это самая тяжелая дистанция»

    Я попробовала другую тактику. Бежала и слышала, как американские дикторы повторяют мое имя. Окей, значит, темп высокий. Но стоило так подумать, как меня обошли четыре спортсменки. Я спохватилась, постаралась на последних метрах исправиться. И в итоге вскочила на пьедестал.

    - Извечный вопрос: как конкурировать с американками? Например, Саня Ричардс – эталон; ее бег – потрясающая легкость.

    – Ну, вот на 400-метровке только Саня уникальная. Она как 100, так и 400 бежит феноменально по скорости. А других-то темнокожих нет – разве что Кристин Охуругу. При правильной подготовке и восстановлении обыграть всех реально.

    Мы же соперничаем со временем. Ричардс показала 49,57 на этапе «Золотой лиги» в Берлине – далеко не космос. Если задаться целью и подготовиться на один сезон, то так тоже можно бежать.

    Я вот смотрела на Саню. Не сказала бы, что у нее какое-то особенное тело. Да, она «сухая», поджарая. Ниже меня на голову. Плечи очень широкие. Уже несколько сезонов стабильно показывает 49,50-49,70. Но на главных стартах у нее не получается. Русских же бегунов легко узнать – мы все такие розовощекие.

    О дорожках, телевидении и известности

    - Что нужно сделать в России, чтобы легкая атлетика стала популярной? Почему, на ваш взгляд, московские зрители почти не ходят на соревнования?

    – Нет рекламы. Мы были в Юджине – там на каждом стенде, на каждом домике висели афиши. У нас вроде есть информация в СМИ, но баннеров на улицах я почти не видела.

    Не забывайте: легкую атлетику в России почти не показывают. Зимой я не ездила на чемпионат Европы. Хотела посмотреть трансляцию на канале «Спорт», но картинка была просто ужасная. Пришлось узнавать результаты из интернета.

    Или вот командный чемпионат Европы. В первый день была задержка программы, и не хватило эфирного времени, чтобы показать наши эстафеты.

    «Хотела посмотреть трансляцию на канале «Спорт», но картинка была просто ужасная»

    - Что вам дала олимпийская победа: самоутверждение, известность, деньги или совсем ничего не изменилось?

    – Ой… Я бы не сказала, что мы известными стали. Вечно все говорят: «Им же повезло». На самом деле очень обидно это слышать. Конечно, нам повезло – кривить душой никто не будет. Потеряли палочки США и Ямайка. Но посудите сами: мы проиграли им в скорости – бежать по 10,85 никому из нас нереально, но ведь выиграли в технике передачи.

    А так – ничего не изменилось. Стали приглашать на разные пресс-конференции, иногда показывают по телевизору. Но нас же четверо – вряд ли кто-то помнит в лицо.

    - На коммерческие турниры зовут?

    – Нет. Мы же олимпийские чемпионки в эстафете – это не считается. Вот если бы я стала третьей, а не четвертой на 400-метровке в Пекине – за рубежом ценилось бы больше.

    - Вы как-то сказали «наше преимущество в сыгранности, в грамотной передачи эстафетной палочки». Руки не трясутся, как у ямаек или американок?

    – Нет! У нас до автоматизма все доведено. Команда «Hop!», рука сама находит палочку, и уже ни о чем не думаешь. Наша задача, как говорят тренеры, просто добежать до финиша.

    - Допускаете, что можете нечаянно палочку уронить?

    – В Хельсинки мы об этом подумали и в итоге уронили. Нужно просто отключаться от таких мыслей. Мы же тренируемся не один год. Перед Олимпиадой бегали по кругу и передавали эстафету чуть ли не закрытыми глазами.

    - Дорожки в легкой атлетике разные. У спортсменов даже существует деление на удобные/неудобные. Как это понять?

    – Все зависит от покрытия. В России крутым считается Mondo. Оно очень жесткое и буквально создано для спринта. В Европе бывает «крошка» – на разминке не очень приятные ощущения, зато бежится замечательно.

    «У нас до автоматизма все доведено. Команда «Hop!», рука сама находит палочку, и уже ни о чем не думаешь»

    - А где нравится выступать?

    – В Казани. Отличный стадион, Mondo, ветра нет. В манеже 400-метровая дорожка. За границей очень понравилось в Афинах и Пекине.

    - Какие планы на чемпионат России? С одной стороны, отбор на мир, с другой – пик формы, наверное, планируете на Берлин.

    – Чтобы выйти на пик формы, нужно пробежать 5-6 стартов. Выступлю на Moscow Open, этапе «Золотой лиги» в Осло и Мемориале братьев Знаменских. Этот сезон у меня, скорее, восстановительный. Сил в олимпийском году было потрачено много, и сейчас сложно ожидать всплеска. Главная цель по-прежнему – выбежать из 50 секунд на 400 метрах. Это принципиально.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы