1 мин.

«Осталось горькое послевкусие». ЦСКА отыгрался с «-21» и сломал «Эфес» в конце, но не хватило контрольного попадания

Матч, который запомнится.

Было очевидно, что в полуфинале ЦСКА попадет под удар стихии. «Эфес» слишком уж разогнался во второй половине сезона, чтобы можно было рассчитывать на то, что у турок просто задрожат руки. Три маленьких юрких игрока, отработанное до совершенства взаимодействие, много пространства для атаки, вышедший на совершенно другой уровень центровой Шанлы…

Но вряд ли кто-то ждал, что это получится настолько буквально.

Ураганная сила пик-н-ролла Симона и Шанлы, Мицича и кого угодно разметала всю армейскую защиту. В первой половине «Эфес» набрал 49 очков и выдавал безупречную атакующую игру: 7 из 12 попаданий из-за дуги, много легких очков от центрового внутри, возмутительно открытые попытки от снайперов, доминирование Мицича, старавшегося утвердиться в качестве лучшего представителя Евролиги… ЦСКА менялся на маленьких, но не успевал страховать, давал оппонентам слишком много свободы, растерялся под адской бомбежкой.

«Эфес» же был самим собой, то есть – как говорит тренер Атаман – «просто совершенством».

Димитрис Итудис честно сказал, что его команда делала все не так, как предполагалось.

«Не хватало коммуникации, правильной ротации в защите, мы слишком уж с большим уважением к ним отнеслись».  

К середине третьей четверти ЦСКА погрузился на максимальную отметку – «-21».

И на этом моменте Итудис уже пошел ва-банк – то есть переключился на маленькую пятерку.

На протяжении всей игры армейский тренер отсекал тех, кто ему не подходит в этом матче. Сначала выпал Майкл Эрик, который не успевал за маленькими при переключениях на периметре. Затем Дэрран Хиллиард, снова потерявший бросок и катавшийся на коньках в защите. Никита Курбанов казался в полуфинале тяжеловатым. Наконец, отпал Торнике Шенгелия, которому больше не удавалось компенсировать промахи и ошибки подборами в нападении.

В итоге Итудис пришел к боевому составу, который составили Клайберн, Лундберг, Хэккетт, Ухов и Йоханнес Фойгтманн.

Первые трое стали для «Эфеса» откровением – Атаман даже после игры все никак не мог понять, как можно было пропустить столько очков из простых «изоляций». Ухов и немец растягивали пространство и попадали издали, держа процент трехочковых у ЦСКА на уровне немного выше кошмарного.

Откровением для «Эфеса» стало и то, что ЦСКА не собирается сдаваться. Хотя Клайберн честно засадил сверху через Морманна в концовке третьей – в качестве предупреждения.

В четвертой четверти «Эфес» почему-то бросил играть. То ли устал (как утверждает Атаман). То ли психологически расслабился. То ли это какая-то хроническая проблема, с которой турки сталкиваются уже не первый раз.  

Мицич набрал фолов в простых ситуациях. Остальные в заключительной четверти действовали излишне пассивно. Вытаскивать «Эфес» должен был Шейн Ларкин, но он был совсем не похож на себя и несколько раз даже подыграл армейцам: оригинальный тренер Атаман держал американца на скамейке всю первую четверть, а потом орал на него за то, что тот не попал в игру и выглядит не очень заинтересованным.

У ЦСКА много проблем, но совершенно точно, что разглядывание себя в зеркале – не одна из них. Армейцы очень хорошо понимают, что они могут и на что в данном варианте не способны. Поэтому не нужно было удивляться, когда Хэккетт подставлялся под проходы маленьких, когда за счет мобильности маленькой пятерки все дружно смыкались на Ларкине, когда Фойгтманн засунул задницу в рюкзак и каким-то неимоверным образом крутил свои семь футов на дуге, когда Клайберн замкнул на себе всю атаку и забыл об усталости. ЦСКА доехал до конца сезона исключительно на характере и доказал это снова на большой арене.

ЦСКА уничтожал дистанцию размеренно и неуклонно – защищался, доводил мяч в «краску», снимал бросок с кольца, доводил мяч в «краску», ждал один из двух, доводил мяч в «краску».

Армейцы сократили до «-1».

Но последний и главный шаг сделать так и не смогли.

Сначала подвел Дэрран Хиллиард, вернувшийся вместо отфолившегося Лундберга – он снова промазал открытый трехочковый.

Последнюю атаку получил Клайберн и играл так, как ему показалось верным. В тайм-ауте Димитрис Итудис сделал акцент на том, чтобы лидер ЦСКА беспрепятственно получил мяч, а дальше уже фантазировал по ситуации.

Конкретно о дальней попытке речи не шло.

Очевидно, что Клайберн, в одиночку отстоявший честь ЦСКА в этом полуфинале, не нашел в себе сил на проход, который бы обеспечил овертайм.

Энергии в ногах не хватило даже на качественный бросок – мяч шлепнулся в ближнюю дужку. Полуфинал во всем повторил сценарий того самого легендарного матча из 2009-го с промахом Шишкаускаса против «Панатинаикоса».

«Все могло бы сложиться иначе, – резюмировал Итудис. – Не до конца получилось. То, как мы уступили, оставило горькое послевкусие».

Фото: РИА Новости/Михаил Сербин; euroleague.net/