Блог В мечтах о слэмданке

Евробаскет-2017. Командная защита сборной России и разбор ключевых моментов

Главный тренер финалистов чемпионата АСБ-16/17 – команды «Черные Медведи-Политех» (Санкт-Петербург) – Кирилл Володин в заключительном материале, посвященном Евробаскету-2017, разобрал командную защиту сборной России и проанализировал ключевые моменты определенных игр.

Здесь будет меньше цифр и больше моего субъективного мнения. Возможно, это менее информативно, но я постараюсь подкрепить свои предположения наглядной информацией на видео.

Первая игра была со сборной Латвии. Посмотрев этот матч, у меня в голове отложились следующие проблемные моменты в игре нашей команды:

- защита P&R;

- возврат в защиту;

- преодоление прессинга.

В некоторых роликах я позволил себе совместить нарезки игр Латвии вместе с Черногории и Бельгии с Грецией. Сделал я это осознанно, во-первых, для упрощения просмотра, во-вторых, там есть ряд схожих моментов и, в-третьих, это игры с одинаковым итоговым результатом для нашей команды. Но разбираться все равно будем поэтапно.

1. Защита P&R (или horns)

Посмотрев игру, я так и не смог понять, какую именно форму защиты против P&R мы выбрали. Периодами создавалось впечатление, что игроки решали этот вопрос на площадке прямо в момент самого эпизода.

В большинстве случаев мы играли пассивный flat без страховки. В таком варианте не дать сделать открытый бросок крайне сложно. Когда, например, на одном краю идет P&R, а три человека с другой стороны внимательно смотрят за своими игроками, будто P&R их не касается. Эта же картина повторялась в игре с Черногорией. Скерович с Робинсон без проблем разбирались с нами своими «двойками».

Моментами мы пытались страховать pick от «большого» игрока сверху, особенно, когда защищали «рога». Но это каждый раз была страховка в одной передаче без дальнейшей ротации, и туда сразу же шел пас. Чисто теоретически можно предположить, что это и был план – помочь от «большого» игрока на «трешке». Но обычно там оказывался 4-й номер, который вполне может пробить, что собственно и происходило.

В случаях, когда шла смена, мы просто давали разыгрывать mismatch 1x1. «Краска» пустая, никакого смещения. Забил – плохо, не забил – хорошо. Причем такая же картина была и в «позиционке». Если соперник хотел сыграть против нас ISO 1х1, то он получал такую возможность. И вот именно эти моменты нам стоили очень дорого в решающих отрезках матчей.

2. Возврат в защиту

Латвия довольно резво развивала быстрое нападение и нам было очень сложно этому препятствовать. Хоть по статистике они забили лишь 9 очков в transition, проблема с возвратом под свое кольцо имела место быть.

Каждый раз, когда Принс шла в проход и не забивала, Латвия убегала от нас. Плюс наши «большие» после того, как не удалось взять подбор в нападении, пытались сделать перехват на чужой половине площадки, вместо того, чтоб возвращаться назад.

3. Преодоление прессинга

Как только нас начинали прессинговать, это сразу съедало у нас по 8-10 секунд от каждой атаки. «Маленькие» не пытались разбивать прессинг через обыгрыш 1х1. Мы переходили половину передачей «большому» в центр. После чего 5-й номер, сделав один удар и прекратив дриблинг, только перейдя среднюю линию, искал партнеров, чтоб избавиться от мяча.

В итоге мы либо осуществляли поспешный бросок, либо начинали свое нападение на 14-16-й секундах владения. Да, мы что-то с этого забили, но это было очень сумбурно и далеко не выглядело уверенно.

Вывод: против нашей команды прессинг – очень действенная вещь, ибо его смысл не в том, чтоб сделать перехват, а в том, чтоб сбить ритм и не дать спокойно провести атаку. Немного забегая вперед, скажу, что нас прессинговали все команды, кроме Греции, и всегда имели с этого дивиденды.

Далее нужно сказать, что за 4 минуты до конца встречи Латвия уступала нам лишь 5 очков. После чего за 2 минуты мы выдали отрезок 10:4 и на этом игра была закончена. Главным действующим лицом рывка стала Принс. 5 очков она забила сама, а еще 5 набрали Тихоненко с Беляковой, получив «скидки» после ее проходов. Итого все 10 решающих очков набраны при непосредственном участии Эпифании. В защите же мы играли примерно так же, как и весь матч – в каждом из эпизодов у Латвии были реальные шансы забить, но они их не использовали.

Вообще, если посмотреть статистику, то наш соперник в этом матче реализовал лишь 12 из 45 средних и 5 из 23 дальних бросков, итого 17 из 68 – 25% попаданий с игры! Это крайне мало и такое вообще происходит довольно редко. Причем сказать, что причиной этого стала наша игра в защите довольно сложно. Если внимательно посмотреть все видео по этой игре, то можно заметить, сколько было промахов открытых бросков из выгодных позиций. Штрафные 20 из 29 (69%) – еще одно тому подтверждение.

Вывод: эта победа совсем не выглядела очевидной и была добыта в концовке с большим трудом.

Чтобы понять, зачем я расписывал все вышеуказанные моменты в игре с Латвией, нужно посмотреть первые 3 минуты матча с бельгийками. За этот отрезок мы увидим и проблему с возвратом в защиту, и преодоление прессинга, и P&R defense.

Все 9 очков, набранные Бельгией, были забиты из быстрого отрыва, после прессинга и очень активной защиты. 7 – из-под кольца и 2 – средним броском с 3-х метров. Плюс еще был фол, смазанный lay up и открытая «трешка», и все это после P&R. Мы, в свою очередь, выполнили 2 pull up почти с «трешки», 1 pull up с «трешки», 2 броска после обыгрыша 1х1 в post (1 из них забили) и совершили 2 потери. В этих трех минутах есть практически все проблемы, как в защите, так и в нападении, о которых было сказано ранее.

Дальше смотрим, как мы защищали P&R и страховали партнеров в играх с Бельгией и Грецией.

Здесь много писать не буду, все довольно наглядно. Скажу лишь, что проблемы на P&R только усилились, потому что поднялся уровень исполнительского мастерства. С Бельгией никак, кроме как бардак, я это вообще не могу назвать – что ни pick, мы вдвоем на одном игроке. Вторая половина видео про нашу командную защиту – местами складывается ощущение, что это турнир 1х1 со зрителями прямо на площадке, и оба наших соперника очень активно этим пользуются.

Потом был наш рывок во второй половине матча с Бельгией, о котором нельзя не сказать. Но прежде, я хочу озвучить другую мысль – за все 4 игры, вне зависимости от того, что происходило на площадке, я ни разу не увидел у нашей команды ничего, кроме личной защиты. Проигрываем мы 5, 10, 20 очков – без разницы. Никаких вариантов «зоны», хотя бы на несколько владений, чтоб сбить темп, ни смешанной формы защиты, ни прессинга... Не очень понятно, за счет чего тогда возвращаться в игру, и был ли план Б.

Единственный игрок, который у нас пытался прессинговать и напрягать 1-х номеров соперника – это Беглова. Осмелюсь предположить, что делала она это исключительно по собственной инициативе, потому что больше не прессинговал никто. У нее довольно неплохо получалось – моментами она единолично съедала по 8-10 секунд владения. В камбэке с Бельгией это сыграло значительную роль. Да и вообще в защите 1х1 Беглова выглядела уверенно на протяжении всего турнира.

Чтобы не утруждать вас долгим описанием видео камбека, скажу только, что из 25 очков, набранных в эти минуты, 20 были забиты из «краски» или в transition и только 5 – бросками со средней. Это стало возможным, в первую очередь, благодаря тому, что мы начали напрягать их 1-го номера, что сбивало им ритм и заставляло выполнять тяжелые броски, а нам позволяло развивать отрыв. Так же нужно сказать о том, что большую часть времени на площадке в этот момент обязанности разыгрывающего выполняла Каприо, что ей не очень хорошо удавалось, хотя до этого этим занималась Ванло.

В последнюю минуту обе команды очень слабо сыграли в защите, позволив друг другу совершить открытые трехочковые броски. Забей кто-то, и исход матча был бы практически ясен. Атака на овертайм – это что-то близкое к чуду, но я уже отмечал Тихоненко за стойкость в сложный момент и от своих слов не отказываюсь – молодец.

Что касается самого овертайма, то его мы провели крайне странно. Я по-другому и сказать-то не могу. В первую очередь, речь идет о защите. До того, как мы взяли тайм-аут, проигрывая 1 очко, Бельгия совершила 9 атак, не считая «трешки» после подбора. Из них 7 раз они играли 1х1 в post и дважды разыграли P&R. И в 7 из 9 раз их целью была Вадеева, потому что у нее было 4 фола.

Может это не совсем уместное сравнение, но было очень похоже на King of the Rock, где 5 фол для Марии означал бы поражение, поэтому она делала все возможное, чтоб не сфолить. Но удивляет не это. Сравнение с турниром Red Bull пришло потому, что ей никто не помогает... Все будто приклеились к своим игрокам и ждут, что будет. А будет 8 одинаково набранных очков. При этом ее не меняют и позволяют Бельгии так и играть до конца овертайма. Я знаю, что Майга уже сидела за 5 фолов (проблему с ее фолами я описывал ранее), а Мусиной на этом турнире место на площадке не доверили. Но была еще Виеру, и не важно, что она до этого не выходила в матче. Все лучше, чем смотреть, как твое кольцо атакуют без сопротивления на редкость простым и однообразным способом. Ну или все-таки может быть начать страховать. Одно слово – странно.

Свою атаку мы организовать не смогли, только мяч все той же Вадеевой из-под кольца выглядел более-менее логичным. Но он был забит за 2,5 минуты до конца овертайма и стал для нас последним. Далее у нас было 2 атаки, которые мы просто отстояли на месте. Нарушение правила 8 секунд. P&R после тайм-аута, который закончился крайне сложным и поспешным броском Принс, потому что даже забей она, у Бельгии были бы еще полные 24 секунды на ответ. Момент с подбором на решающем штрафном, когда один из наших игроков забыл встать на отсечение бросающего. Ну и последний обыгрыш 1х1, который вовсе и не обыгрыш, но все равно с 4 фишками вокруг, без хотя бы самых простых двух отвлекающих заслонов вниз, чтобы заставить защиту двигаться.

Здесь я, возможно, буду крайне субъективен, но по моему глубокому убеждению у сборной команды обязан быть отработанный план на подобную ситуацию при отсутствии тайм-аута, причем как при минус 1-2, так и при минус 3-4. Ведь формат турнира крайне суров, и это может быть игра плей-офф, и один такой момент будет стоить двухлетней подготовки. У игроков должно быть понимание, кто пойдет в проход, кто и кому будет ставить заслон, кто зайдет на щит, чтоб добавить мяч в одном прыжке и т. д. У нас же все свелось к забил – герой, не забил – все пропало.

Подводя итог, хочу сказать несколько слов по игре с Черногорией, которую мы выиграли «+24». За 5 минут до конца 3-й четверти мы еще уступали 3 очка. Девушки, конечно, большие молодцы, что последнюю десятиминутку сыграли 21:5, но то, как развивалась эта игра, какие у нас были проблемы в защите, и как тяжело доставались очки в нападении, не позволяет утверждать, что это была уверенная победа. В небольшое подтверждение этого заключения предлагаю посмотреть короткий ролик из этой игры, где показано, как мы действуем на P&R на обеих сторонах площадки.

Получается, что из трех игр в группе две мы могли, как выиграть, так и проиграть, а вопросы по результату последнего матча сняли только в 4-й четверти. При этом 2 из 3 команд, с которыми мы играли, сложно отнести к большим баскетбольным державам, а себя мы таковой считаем.

Я не буду делать вывод по этому поводу, просто оставлю этот факт таким, какой он есть.

Автор материала главный тренер «Черных Медведей-Политех» (Санкт-Петербург) Кирилл Володин

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья