Реклама 18+
Реклама 18+
Реклама 18+
Блог Административный блог

«При Луческу был лимит – 12 млн за игрока». Бывший скаут «Зенита» завел блог на Sports.ru

Армен Маргарян с 2010 года был видеоаналитиком в «Зените», а потом проработал два года в селекционном отделе клуба. Летом 2017-го Маргарян остался без работы и завел блог на Sports.ru. За первые сутки блог «Фабрика Футбола» набрал 700 подписчиков, а сейчас на него подписано больше тысячи человек. Это очень мощно.

Как за 20 часов набрать больше 500 подписчиков в блоге на Sports.ru

В начале октября Армен Маргарян сообщил в инстаграме, что начал работать в «Локомотиве». В интервью Sports.ru Армен рассказал о работе в «Зените», блогерстве и крутости Цаллагова.

– Расскажи, для чего тебе блог.

– Я был под большим впечатлением от блога Антона Евменова. До нашего знакомства взахлеб читал его тексты, перечитывал по несколько раз. У моего блога две функции. Первая – рассказать людям о внутренней кухне футбола. Вторая – систематизировать процессы, в которые я был вовлечен, описать это как этап карьеры. Иду от текста к тексту. Все идет к тому, что скоро закончатся истории о моей работе. Тогда начну рассказывать о вещах без привязки ко времени: детско-юношеская селекция, роль агентов.

– Ты говорил, что уже после первого поста тебе звонили и писали с предложениями о работе.

– Да, были звонки, было много общения. Первый текст вызвал серьезный резонанс. Знакомые спрашивают, когда будет новый пост. Было приятно, что тема оказалось интересна людям. Были разные предложения. Но сначала я либо отказывался, либо брал время подумать. Текст напомнил обо мне, что я есть, что готов к новой работе. Еще, конечно, блог выполнил PR-функцию. Хотя мне говорили, что чем больше я буду писать в блог, тем дальше я буду от потенциального работодателя. Но я рискнул и все-таки начал историю с блогом.

– Какой была самая необычная реакция на блог?

– Она вообще была необычной. Моя девушка помогает мне писать посты. Когда на следующий день после первого поста мы проснулись и увидели, что есть большой интерес к текстам – для нас это был шок. Больше всего мне нравится, что люди пишут в личные сообщения и спрашивают совета: по вопросам тренерства, о скаутинге. Фактически, я удаленно консультирую людей, что мне не сложно, конечно. Получается, в моем блогерстве есть и социальная составляющая, и мне это нравится.

– Давай про «Зенит». Самый счастливый день во время работы в Питере?

– Самые большие эмоции вызывали командировки. Я побывал практически на всех крупнейших футбольных турнирах: Олимпийские игры, чемпионат Европы и чемпионат мира U-20. Ты видишь места, в которых всегда мечтал побывать, смотришь много качественных матчей – игры олимпийской сборной Бразилии, например. Когда я впервые увидел Неймара, всех этих звезд и сходящий с ума стадион – это просто восторг. Если возвращаться к твоему вопросу, то во время матча Бразилия – Дания на Олимпийских играх у меня был настоящий эмоциональный шок, подъем, мурашки бегали по коже.

– А худший день в «Зените»?

– Приходилось работать по ночам. Готовил отчеты, видеоматериалы, спал на диване по несколько часов, потому что требовалось срочно сделать работу. А самые негативные эмоции были тогда, когда по каким-то причинам допускал ошибки. Особенно бесили технические ошибки: когда забыл приложить какой-то эпизод или некачественно написал текст. Вот такие моменты меня выбивали из колеи. Потому что ты проделываешь огромную работу, а маленький косяк портит все впечатление.

Еще лично меня расстраивало, когда мы делали большую работу, искали игроков, составляли шорт-листы, писали отчеты по футболистам, но покупался совсем другой игрок не из нашего списка. Мы не понимали, почему так происходит. Чувствовалось опустошение после того, потому что огромная работа проделывалась впустую.

– Как штаб Луческу объяснял свои решения?

– С тренерским штабом общался Антон Евменов (глава селекционного отдела – прим). Нам он причины отказа не озвучивал. Но ответ был из серии «не то, что нам надо».

– Но кого-то ваша команда помогла подписать?

– В период Луческу основная группа игроков – Жулиано, Мак, Эрнани – это кандидатуры тренера. Если говорить о молодых игроках, мы очень рекомендовали Йовановича – за него мы больше всего переживали. Теперь он в «Бордо». Плюс те футболисты, которые в большей или меньшей степени себя проявили – Цаллагов и Молло. Их отслеживали мы. И рекомендовали исходя из цены и качества. Нужно учитывать, что финансовые возможности у нас были не очень большие.

– Какие?

– Не больше 10-12 миллионов за игрока. Но таких трансферов мы могли сделать два-три максимум.

– Переходом какого игрока в «Зенит» гордишься больше всего? Которым занимался ты или ваша команда.

– На мой взгляд, ситуация с подписанием Кирилла Капленко была очень непростой. Много сложностей: он уходил из «Краснодара», ему делали гражданство и так далее. Не то чтобы я горжусь, но на чашу весов было много поставлено. Была опасность поругаться с большим клубом, например. Но мы получили парня, у которого есть все шансы превратиться в очень хорошего футболиста. Каждый из сотрудников селекционного отдела старался помочь Капленко: кто-то в бытовом плане, кто-то – в решении других задач. Я, например, встречал футболиста в аэропорту, общался с родителями. Всем мы старались сделать так, чтобы Кирилл побыстрее адаптировался.

– История про футболиста «Зенита», которую никто не знает.

– Мне очень сильно понравилось, насколько воспитанный Цаллагов. Очень серьезный молодой человек. На подписание контракта с ним приехал папа, близкие. Была большая делегация из четырех-пяти человек. Вели себя очень уважительно, и это подкупило. Не каждый себя так ведет в статусе игрока российской премьер-лиги. Вот это на контрасте запомнилось.

– Кто из топовых футбиков мог перейти в «Зенит», но переход сорвался?

– Глик мог стать нашим игроком, Жоау Мариу. Когда встал вопрос о том, что уходит Халк, мы рассматривали много игроков разного уровня, за 30-40 миллионов или дешевле.

– Что за игроки?

– Наш шорт-лист был разделен на три категории.

Большие трансферы. Футболисты, которые, возможно, сделают команду сильнее. Среди них были Оскар, Юлиан Дракслер, Миралем Пьянич, Матео Ковачич, Эрик Ламела, Бернарду Силва. 

Реальные трансферы. Футболисты, которые по сравнению с Халком не сделают «Зенит» слабее: Марко Рог, Марко Пьяца, Никола Сансоне, Федерико Бернардески.

Молодежь. Игроки в ротацию, которые смогут через полгода конкурировать и поборются за попадание в стартовый состав. Среди них был Александр Зинченко, например.

При этом мы искали футболистов не из топ-клубов, а тех, кто еще не раскрыт, у кого умеренные аппетиты по зарплате, кому до 26 лет. То есть игроков, за которых мы конкурировали бы с «Бенфикой», «Порту», «Монако» – с клубами, которые покупают игроков для дальнейшей перепродажи. Было время, мы интересовались Линделёфом. Лично я смотрел его на чемпионате Европы. Уходил Гарай, нужен был защитник. Я не знаю, по какой причине он не оказался в «Зените», это было в компетенции Антона Евменова. Кандидатуры были разные. Тот же Мусаккьо, о котором я писал в блоге. Он сильно нравился не только мне, но и коллегам, и был достойным кандидатом, чтобы заменить Гарая или составить с ним пару в центре обороны.

– Расскажи о работе в «Зените». В чем она заключалась?

– Первые месяца три – с сентября по ноябрь – я втягивался в работу. Получал задания, писал отчеты, смотрел видео. Через три месяца меня начали подпускать к командировкам. И я начал ездить на матчи. Первая командировка была в Германию, я отсмотрел три или четыре матча бундеслиги. Кого-то порекомендовал. За тем же Гранитом Джакой мы уже следили. Командировок становилось больше. В итоге получалось так, что я только 6-7 дней в месяц был в Питере.

– Что за задания были на первых порах?

– Ой, очень разные. Дается, например, игрок. По нему нужно сделать аналитическую работу: описать плюсы и минусы, написать отчет и сделать ролик, который позволит понять, что это за футболист. Чтобы даже человек, который впервые видит игрока, понял все его явные плюсы и минусы. Еще нужно было высказать мнение, насколько футболист может усилить нашу команду, насколько он может конкурировать с теми игроками, что у нас есть. Это первый вариант задания.

Второй вариант задания – даются фамилии футболистов, и нужно оценить, насколько эти игроки могут быть интересны «Зениту». Смотришь три-четыре матча, изучаешь нарезки, а потом делаешь выводы. Часто бывает, что два скаута смотрят матчи игрока, после чего обмениваются мнениями, что нравится, а что нет. Получается совместная работа. Либо мы изучали статистику. Например, нужны сильные крайние нападающие. Берем статистику: кто сколько делает обостряющих передач, сколько бьет по воротам, как обыгрывает. По этим данным делали выборку, потом смотрели видео отобранных игроков. Уже после этого лучших добавляли в наш большой список и показывали коллегам. Вместе с Костей Шипулиным мы были скаутами-аналитиками. Мы не просто искали имена, но и делали видео, отчеты, изучали статистику. Это более объемная работа. А были такие специалисты, как Анатолий Давыдов, Владимир Боровичка и другие, которые имели более экспертную оценку и более весомое мнение. Мы им показывали игроков, а они уже решали, кто действительно хорош, а кто слабоват. Мнение эксперта было ключевым в этих вопросах.

– Были у тебя истории, что ты едешь смотреть одного игрока, а в итоге замечаешь другого?

– Если ты едешь смотреть живьем на футболиста, ты, конечно, стараешься уделять максимальное внимание именно ему. Но даже у меня было несколько раз так, что я приезжал смотреть игрока, а в отчете по нему писал, что он мне не понравился. Объяснял почему. А затем писал отчет по игроку, за которым мы не следили, но который меня впечатлил, которого, на мой взгляд, стоило взять в разработку, изучить его подробнее. Когда ты смотришь игру, ты же не можешь все 90 минут наблюдать за одним человеком. Нет, ты стараешься сделать поездку максимально эффективной. В принципе, так и должны делать хорошие скауты: привозить из поездки несколько новых имен.

– Давай к самому интересному. Какие зарплаты в «Зените»? Какой порядок цифр?

– Могу сказать, что моя зарплата скаута была ниже, чем у скаутов ЦСКА, примерно сопоставима со скаутами «Локомотива». Космические деньги мы не получали. Зарплата на протяжении двух лет росла. Но все равно не сказать, что я стал мегаобеспеченным человеком.

– Чтоб понимать порядок цифр: это больше ста, двухсот тысяч рублей?

– Это сумма где-то между 100 и 200 тысячами рублей. Столько зарабатывают скауты топ-команд российской премьер-лиги.

– Какие были ограничения по медийности? Вам же нельзя светить потенциальных новичков, правильно?

– Конечно, ограничения были. Вся информация, которую мы собирали, была секретна. Мы не могли ни с кем разговаривать о своей работе. Знакомые пытались выуживать: мол, а этого «Зенит» подпишет, а этого? Но я отвечал, что не могу ничего говорить. Да, информация все равно откуда-то уходит, слив есть. Антон Евменов говорил, что мы должны внимательно относиться к отчетам, чтобы они хранились в офисе, чтобы не было возможности украсть информацию. Мы старались, чтобы все было конфиденциально. При этом мы пользовались тем же Google Docs, у нас не было какой-то суперзащищенной локальной сети.

Любая утечка может привести к тому, что либо конкуренты заинтересуются футболистом, либо цена игрока возрастет. Лично от меня утечек не было. Я очень аккуратно относился к работе. Для меня всегда было странно, откуда появляются новости об игроках, которых мы ведем.

С другой стороны, мы понимали, что в процесс перехода игрока вовлечено много людей и стороне футболиста или продающего клуба часто, наоборот, выгодно, чтобы информация утекла в СМИ. Тем же агентам выгодно, чтобы за игрока боролись несколько клубов, чтобы выбить контракт получше. Нет такого документа, где все стороны обязуются ничего не рассказывать журналистам. Да, есть джентльменское соглашение, но не более того.

– А ты мог выложить в соцсети фото в шарфе «Спартака»?

– Думаю, меня пожурили бы за это. Но никогда не было такого желания. Я никогда не был фанатом ни одной из команд. В «Зените» я выполнял свою работу, а никаких пристрастий к другим клубам у меня не было, чтобы делать такую провокацию. Думаю, если бы кто-то из «Зенита» что-то такое сделал, это не очень хорошо отразилось бы на его карьере. Человека наверняка оштрафовали бы.

– Есть темы, о которых ты хочешь написать в блог, но не можешь, потому что эту информацию нельзя разглашать?

– Я не выкладываю в блог информацию о футболистах, которые теоретически еще могут оказаться в «Зените». То есть это игроки, которые пока не перешли в сопоставимый с «Зенитом» клуб. Я спокойно говорю про Мусаккьо, который перешел в «Милан». Вряд ли «Зенит» когда-нибудь теперь купит Мусаккьо – если только у него не пойдет в «Милане». В противном случае вряд ли. Поэтому об этом можно рассказывать.

На молодежном чемпионате мира в Южной Корее я ездил смотреть на Хуана Фойта, которого подписал «Тоттенхэм». Получается, мы не ошиблись с ним. Он был одним из тех, кого мы очень хотели видеть в «Зените». «Тоттенхэм» не транжирит и старается очень точечно относиться к трансферам. Надеюсь, что Хуан Фойт заиграет там.

Еще есть разные темы, о которых не хотелось бы высказываться, потому что это может испортить мои отношения с «Зенитом». Мы хорошо расстались, я благодарен за те 7 лет, которые провел в команде. Пять лет я проработал как видеоаналитик, потом уже стал заниматься скаутингом.

– Как выглядит обычный день работника селекционного отдела?

– Все зависит от того, где я. Если я в Питере и нет ни матчей, ни тренировок, которые нужно посетить, то я приезжал часам к 8-9 утра. Я просматривал матчи из чемпионатов, которые меня интересуют, смотрел новости по игрокам, которых уже вел. Так строится работа, если нет конкретных заданий по изучению определенных игроков. Ты занимаешься тем, что собираешь имена футболистов. Это первый фильтр: находишь игроков, изучаешь их, собираешь в списки, предлагаешь посмотреть другим скаутам. Это рутинная работа.

Если приближается трансферное окно, то мы готовим презентации под тех игроков, которых ведем. Делаем объективные отчеты: статистика, персональная информация о тренере, с которыми работает футболист, результаты футболистов, технико-тактические данные. Плюс субъективный отчет скаута или всего селекционного отдела об игроке. Ко всему этому прикладывается видео: стиль игры футболиста, сильные стороны, слабые. Должно быть полное понимание – кого мы рекомендуем на трансфер. Вот так выглядит работа под ключ. Руководитель отдела еще готовит аналитическую записку, в которой учитываются особенности тех футболистов, что уже есть, вносятся рекомендации по усилению. Дальше уже вступает в работу менеджмент, он решает, какие игроки нам нужны и на кого мы делаем ставку. Потом начинается работа по переговорному процессу.

– Игра в Football Manager реально помогает в скаутинге? Или это что-то вроде городской легенды?

– Думаю, что реально помогает. Вполне рабочая история. Особо не имеет значения, откуда ты получаешь имя потенциального новичка. Можно получить его из командировки после просмотра матча, от агента или друга в Бразилии, который предложит посмотреть игрока из команды U-19. Там можно увидеть футболиста, который тебя впечатлит, и ты привезешь в Петербург имя игрока для изучения. Если все хорошо, потом начинается переговорный процесс. Точно так же имя можно получить откуда угодно, хоть из Football Manager. Сам, правда, никогда не играл в эту игру. Но примерно понимаю, что это. Другое дело, что полученное имя ты потом изучаешь не виртуально, а реально.

– Кто самый крутой футбольный селекционер России?

– Андрей Мовсесьян, скаут ЦСКА. Он нашел Головина, есть второй кандидат, который стучится в основной состав – Кучаев. Я равняюсь на Мовсесьяна. У него и глаз скаутский отличный. Он полностью понимает, что нужно клубу, а еще очень силен в переговорном процессе, хорошо убеждает и родителей, и самого игрока перейти в клуб. Естественно, это отражается на результатах: ЦСКА каждый год получает качественных игроков в молодежную команду. В то время как академия ЦСКА не самая сильная в России.

– Но ЦСКА же все ругают за то, что они никого не покупают.

– Но здесь почти нет вины селекционного отдела. Я уверен, что они свою работу делают, предлагают кандидатов, изучают рынок. Если по каким-то причинам трансфер не совершается, это вопрос не к селекционерам. Они же не могут за свои деньги покупать футболистов. Покупают владельцы клуба, это уже вопрос финансовый.

– Давай представим: я просыпаюсь и понимаю, что хочу стать скаутом. Что мне делать?

– А ты просыпаешься с базой или без? Ты в прошлом кто – просто смотрел футбол, занимался профессионально футболом, закончил детско-юношескую школу? Исходя из этого и будут рекомендации.

Если ты просто любишь футбол и играл во дворе или просто где-то с друзьями, то тебе нужно повысить базовое понимание футбола – чтобы ты мог, смотря матч, видеть игру не глазами болельщика, а глазами профессионала. Чтобы ты мог вычленять эпизоды, которые не влияют напрямую на игру. Например, мяч на краю у правого нападающего, он готовится сделать передачу – большинство людей смотрит на мяч, на то, как он будет подавать. А многие специалисты в этот момент смотрят на расположение защитников, как нападающий делает ложные действия.

Важно базовое понимание футбола. Особенно это важно при просмотре игры на стадионе, где нельзя перемотать и посмотреть эпизод еще раз. Для того чтобы это понимание повысить, вовсе не обязательно быть профессиональным игроком – достаточно много читать, изучать специальные сайты, смотреть матчи с людьми, которые в этом более компетентны, чем ты сам. Здесь нет предела совершенству. Каждый раз, когда я общаюсь с Андреем Мовсесьяном или тренерами серьезного уровня, я постоянно черпаю от них ценную информацию и откладываю к себе в копилочку.

Наш проект «Футбологика» на это и направлен: чтобы люди, которые не прошли через систему профессионального футбола, но у которых есть желание и какие-то другие способности, смогли поднять уровень понимания игры. И доросли до уровня, например, Антона Евменова, который не был футболистом и в футбол пришел из другой области. Работая со Слуцким и другими людьми, он осваивал базовое понимание футбола, у него есть свое мнение о каждом игроке и каждой команде.

– Ты поработал видеоаналитиком, скаутом. Что дальше? Спортивный директор?

– Цель – да, стать спортивным директором. Это моя мечта, я хочу работать в этой должности. Чтобы я мог искать игроков, покупать их, интегрировать в клуб. Чтобы команда прогрессировала, а футболистов можно было выгодно продать. Я вижу себя спортивным директором такого типа клубов, как «Монако» или «Порту», где задача футбольного менеджера – это не побеждать любой ценой, как в «ПСЖ», например. «ПСЖ» не нужен спортивный директор – можно просто ткнуть пальцем и купить любого футболиста. А вот в «Монако» и «Порту» нужен – чтобы понять, на кого сделать ставку и купить за 20 миллионов. «Монако» купил Бернарду Силву за 20 миллионов, а продал за 50. Вот это работа селекционного отдела и спортивного директора. Тот уровень крутости, на который я равняюсь.

Создать блог

Как создать свой блог? Пошаговая инструкция: как завести блог и заявить о себе перед тысячами читателей уже сегодня

Фото: instagram.com/armen051083; РИА Новости/Александр Вильф, Виталий Тимкив; Global Look Press/imago sportfotodienst, Kenzaburo Matsuoka/AFLO

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья
Реклама 18+
Реклама 18+
Включите уведомления,
чтобы быть в курсе самых важных новостей