Блог овечкин и седины

У СКА 7 поражений в 9 играх. Разбираемся, почему валится самая богатая команда страны

Главная история месяца в КХЛ – суперклубов больше не два. Если сравнивать с чемпионским 2017-м, у СКА огромные проблемы: девятое место, серии из поражений, 2:3 от «Нефтехимика» дома. Самая громкая новость октября – обмен Бывальцева на Швеца-Рогового – будто бы не про СКА, а про «Северсталь» и «Адмирал». Первый сезон КХЛ Питер закончил на 8-м месте – напрашивается заголовок о том, что мы видим самый слабый СКА в истории КХЛ.

Я бы сказал вот так – похоже, что мы видим самый слабый состав СКА в истории, если тупо сравнивать этот с прошлыми. Но современная КХЛ такое своеобразное место, что тут можно побеждать и с Лехтерей в роли первого центра. И главная проблема немного в другом.

Для начала, посмотрите классический гол СКА в исполнении Ковальчука.

Я писал про эту команду много разного, но если говорить чисто про позиционное нападение, то все мы запомнили СКА именно таким: много классных передач, движение, красота, опасные броски в упор в исполнении суперзвезд.

В какой-то момент я сам для себя назвал такие атаки пинболом – помню, как Василий Уткин придумал такое название бесконечным позиционкам «Барселоны» Пепа Гвардиолы, и мне показалось, что тут это слово подходит идеально. Вы помните что такое пинбол? Ну, это такая игра: шарик летит вниз по наклону игровой доски, а задача игрока – нажимать на кнопки так, чтобы он не упал в ворота. То, что шарик рано или поздно провалится – это данность, весь вопрос – сколько продержится игрок.

Последние пять лет команда побеждала как раз такими атаками. В умении так атаковать была ее главная фишка. Драма современного СКА в том, что он больше не может так играть – отсюда проблемы с очками и слабое визуальное впечатление, которое серьезно уступает даже ощущениям от хоккея в прошлом сезоне. Отсюда – странные слухи про увольнение Кудашова. Без пинбола СКА не выглядит монстром, а это – новое для КХЛ ощущение.

Позиционным атакам СКА научили Быков и Захаркин. Схемы прожили до весны 2019-го

До Быкова/Захаркина в СКА был просто хаос: куча громких имен, Сушинский, Афиногенов, Набоков, какие-то иностранные тренеры, куча амбиций, но пустота в области генерального плана и сплошные вылеты в плей-офф. Быков и Захаркин в 2014-м задали четкий вектор на совершенно адское, техничное и умное позиционное нападение. Они вложили тьму времени в оборону, но в итоге победили за счет того самого пинбола – когда атака растягивается на несколько смен, когда раздается много передач, когда игроки постоянно меняется местами и бросить может любой.

Именно этому вектору следовали все последующие тренеры и составы команды (кроме Назарова, у него был свой вектор, который свернули через три месяца). Знарок в лучший сезон в СКА играл доминирующим (и достаточно красивым) позиционным нападением. Все тренеры, кроме Воробьева, использовали схему «конверт» в большинстве – а ведь она не про эффективность, а про красоту, уверенность команды в себе, про доминирование и неизбежность гола. Когда Шипачев/Панарин/Дацюк/Гусев располагались парой за воротами, это смотрелось захватывающе и само по себе внушало страх. Это была крутая и очень претенциозная схема – вы попробуйте хотя бы так расставиться.

Но у этого вектора есть один явный минус – он держится на 2-3-4 топовых исполнителях. Вспомните, как для Быкова и Захаркина прокачали и так не слабый состав. Из НХЛ к ним приехали защитник Белов (в 2014-м – игрок реальной олимпийской сборной России) и нападающий Ковальчук (тогда – реальная звезда). Они привезли Джимми Эрикссона, единственного неэнхаэловца в составе шведов на Олимпиаде-2014. У них было не два, а три играющих звена – в топ-10 бомбардиров команды, кроме тройки Панарин-Шипачев-Дадонов были Ковальчук, Эрикссон, Червенка, Мортенсен, Торесен и Виктор Тихонов — это очень и очень приличный состав для топ-9 команды КХЛ.

А для четвертого звена оставались Бурдасов, молодой Кадейкин, Кетов, Поникаровский, Хохряков и Макаров. Это был не просто мощный состав с 2-3 звездами — это были 7-8 звезд с очень большой глубиной. Вот как в КХЛ появился пинбол.

Следующие после первой победы годы для СКА – история распада этой схемы. Чтобы играть такими позиционными атаками нужны исполнители и реально классные тренеры. Назаров все сломал, Зубов ничего не исправил. Знарку привезли Дацюка, и он быстро сориентировался на месте, разогнал и замотивировал звезд так, что Ковальчук был самым динамичным игроком Европы осенью 2016 года. Весной 2017-го играть в хоккей против СКА было бессмысленно. Тогда позиционная атака команды пережила второй мощный пик. Потом пошли смурные два с половиной года.

СКА все это время оставался необычно токсичным местом: Быков и Захаркин ушли через год работы, Знарок – через два, Воробьев продержался один год – и ни к кому из них не было больших вопросов по игре. Воробьев точно так же, как и Знарок, вышел в финал конференции – и боролся с ЦСКА на равных.

Но менеджмент СКА будто бы просто перебирал всех классных тренеров и игроков в стране, сохраняя идейную и эмоциональную свежесть в команде. Сейчас, по ощущениям, просто наступил момент, когда классные игроки и тренеры в России закончились. Если клуб захочет серьезных перемен, придется возвращать тех людей, от которых отказались в последние годы. СКА сохранил высокий средний уровень, но там нет звезд.

Вот как это отразилось на позиционных атаках. По опыту СКА-2014/2017 для пинбола нужны были четыре технические штуки:

1. Организованный ход в зону. Поставленные тренерские схемы + скилл отдельных игроков, который включается в экстренных случаях. У Быкова/Захаркина был полный порядок и в теории, и с игроками – Панарин до сих пор неплохо зарабатывает на умении разогнать атаку с нуля в НХЛ.

2. Связки, которые на суперуровне играют в пас. Шипачев – Панарин с поддержкой Дадонова, легионеры Торесен – Мортенсен, Шипачев – Гусев, Дацюк – Гусев и так далее. Еще более детальная расшифровка этого пункта – нужен центральный нападающий с прокачанным пониманием игры и топовым умением играть в пас. Который подстроится под хорошего крайнего, найдет с ним химию и начнет выжигать лед. Вот так образуются связки.

3. Интеллект на синей линии. Войнов, Белов лучших лет, Кутейкин лучших лет – в общем защитник для обеспечения высоты и ширины атаки, для подыгрыша и броска.

4. Нападающие с топ-бросками. Адской позиционной атаке нужны 2-3 источника кровавой опасности. Защита должна понимать, что бросить может практически кто угодно и откуда угодно – тогда будет напряжение, тогда у защиты задрожат колени и под любой ложный замах будут прыгать толпы людей. И СКА все это время был очень хорошо бросающей командой.

Тогда все получается.

Сегодня команду надо либо собирать заново, либо искать новую модель хоккея

А вот как это работает у современного СКА.

1. Вход в зону. Кстати, смешная штука – после того, как из СКА/сборной уволили Воробьева, я раз сто слышал, что во время ЧМ-2019 он был там номинальной фигурой, а на самом деле процессом рулил Кудашов. Я в это даже и не собираюсь верить, но, раз уж заговорили – как раз на ЧМ-2019 был матч с финнами, на котором у сборной просто выключилась опция «вход в чужую зону». Ее вообще не существовало, пока Орлов, Задоров и Зайцев не включили проходы от своих ворот.

Я к тому, что пока не очень известно, насколько качественно Кудашов ставит конкретно вход в зону. Давайте проверим цифрами – они как раз показывают, что на уровне мысли СКА, скорее всего, в порядке.

В среднем за 10 последних матчей: 10 входов через вброс, 33 – на ведении, 24 – через пас.

В среднем за 10 матчей прошлого октября-сентября: вброс – 14, ведение – 46, пас – 9.

Другие 10 рандомных матчей прошлого сезона показали примерно такую же пропорцию – сейчас СКА входит через пас почти в три раза чаще, чем в прошлом году, и это очень крутая улика в пользу Кудашова.

С другой стороны, «-13» в колонке индивидуальных проходов выглядит как реальная разница в мастерстве. Вот цифры по последней игре с «Нефтехимиком»: лидер по входу на ведении – предсказуемо Владимир Ткачев (как гусевозаменитель в этом составе) с 6 проходами. Дальше по 3 у Кетова, Швеца-Рогового, Рукавишникова, Кагарлицкого и Бурдасова. Кагарлицкий может и больше, но ему в СКА не очень доверяют даже и просто играть.

С «Нефтехимиком» не играл Барабанов, у которого в среднем 5 входов через ведение за матч – зачет. Но выходит, это только вторая точка силы в топ-клубе. Вы вспомните про быстрого Якупова, но Наиль всю свою карьеру с шайбой суетится так, что после его входа она вылетает из зоны иногда быстрее, чем залетает.

2. Связки и центральные нападающие. Это самый депрессивный раздел быта современного СКА. Контроль в чужой зоне строится на химии двух нападающих, которые включают третьего, а потом и защитников. В этом составе нет никаких связок – то, что в предсезонке показывали Ткачев и Лехтеря, не перенеслось в регулярку.

Самый яркий симптом – история с Кагарлицким. Дмитрий, по сути, готовая половина для крутой связки в топ-клубе КХЛ. Но его сериями не ставят в состав и у него всего 7 очков в 16 играх. 

По идее, это важная часть работы тренера (помните, Быков и Захаркин рассказывали, как собрали звено с Шипачевым, Панариным и Дадоновым – а они ведь не сразу заиграли вместе) и будто бы прямой вопрос к Кудашову, но есть одна интересная штука: линия центральных нападающих. Для связки, химии и организации позиционного нападения нужен реальный плеймейкер, мобильный центр с пасом и пониманием игры. Дацюк, Шипачев, бодрая версия Прохоркина. 

Сейчас в СКА играют: Лехтеря (9 голевых передач за два прошлых сезона), Кемппаинен (центр для работы под воротами при креативном Умарке в «Салавате»), Коскиранта (рабочий центр), Каблуков (рабочий центр) и Швец-Роговой в роли последней надежды менеджмента СКА расшевелить состав вообще и Кагарлицкого в частности. Это сильная вертикаль, но она не способна обеспечить надежные связки с крайними и, в итоге, мощное позиционное нападение. Это все центры для игры в 1-2 передачи, бросок, подбор, работу назад и отбор в своей зоне. На самом деле СКА примерно так и играет.

3. Интеллект синей линии. Это лучше всего прокачанный компонент – в Санкт-Петербурге уже много лет работает пылесос, затягивающий лучших защитников страны. В этом списке нет яркой пушки типа Херсли, но народу полно – Белов, Зуб, Токранов и Рундблад прямо хорошие игроки на уровне КХЛ.

4. Страйкеры. Ткачев – безусловно, но за ним не очень большая очередь. Бурдасов – да. Кагарлицкий может бросить, но ему никто не может отдать. Когда я вижу Максима Карпова на правом борту в первой спецбригаде, я понимаю, что оттуда не прилетит много горячих выстрелов. У Якупова есть бросок, но этот бросок, как правило, летит в молоко. В целом похоже, что это самый плохо бросающий состав СКА с 2014 года. 

И вот что главное в этой истории. СКА, конечно, может побороться за возвращение старой модели, но это выглядит нереально. Вопрос же не в тренере – даже просто по цифрам входа в зону, по количеству моментов (СКА – самая бросающая команда лиги) работа Кудашова не выглядит проблемной. Нет ощущения, что он с чем-то не справляется.

Вопрос один – у команды нет той мощи в позиционном нападении, которая была 2-3-4 года назад. И как будто бы, ее хотя восстановить. Но для этого нужны крутые центральные нападающие с компьютером в голове, желательно 2-3 человека – а в России такой вообще один, и от него СКА уже отказался. Нужно еще 2-3 элитных края – с пасом, с броском, с пониманием игры: на рынке таких тоже нет.

Я думаю, выход сейчас только такой – искать новую модель хоккея, отталкиваясь от этого набора игроков, потому что других просто нигде не найти. Увольнение тренера и прочая истерика будет только ухудшать ситуацию, как в той же «Магнитке»; то есть, по большому счету, впервые за все существование в КХЛ, СКА нужно отказаться от статуса избранного клуба и работать наравне со всеми, раскрывая своих игроков (Швец-Роговой, Дергачев), воспитывая новых звезд и разрабатывая новую модель хоккея. И это не то чтобы сильно отложит Кубок Гагарина – Алексей Кудашов уже добирался до финала конференции с гораздо более спорным составом в «Локомотиве». Сейчас его позиции только улучшились – правда, там была совсем другая модель игры.

Вызов для менеджмента СКА – не пересборка красивого хоккея с суперзвездами, который в Санкт-Петербург привезли Быков и Захаркин. А признание, что этот хоккей закончился – и изобретение чего-то принципиально нового. С учетом того, что прошло уже пять лет – не самая плохая новость.

Наш инстаграм / Наш телеграм / мой телеграм / мой твиттер

Фото: ska.ru; РИА Новости/Алексей Мальгавко, Алексей Даничев, Игорь Руссак

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья