Блог Пять углов

Борис Аркадьев – великий тренер, которого нельзя забывать. Он изменил мировой футбол и тактику, вдохновляясь стихами Блока

Вадим Кораблев – про мужчину, который со всеми был на вы. 

Борис Аркадьев – это человек, о котором мы часто слышим, но мало что помним. Он начал тренировать еще в 1937-м, а закончил в 1969-м, став легендой «Динамо» и ЦДКА, с которыми шесть раз выиграл чемпионат СССР. Возглавлял Олимпийскую сборную Союза и относился к людям и жизни так, что никто из окружения не помнит про него чего-то сомнительного или неловкого. 

Ниже – рассказ лишь о небольшом периоде из жизни Аркадьева. Небольшом, зато крайне насыщенном: он навсегда остался в истории футбола, теперь им иллюстрируют перемены в лучших современных книгах о тактике. 

В СССР поняли, что с футболом плохо, когда приехали баски. Они мучили наши команды, играя по схеме, о которой тут даже не знали 

В 1936-м рванул первый чемпионат СССР и был снят фильм «Вратарь» Семена Тимошенко, после которого все напевали «Эй, вратарь, готовься к бою, часовым ты поставлен у ворот». Дети хотели отбивать удары, как главный герой Антон Кандидов, интерес к футболу в СССР расцветал. А летом 1937-го все окончательно сошли с ума: в Союз на несколько матчей прилетела сборная Страны Басков. 

Мировое турне (в маршруте еще были Франция, Чехословакия, Польша, Скандинавия, Мексика и Куба) придумали с одной целью: показать, что баски, давшие жестокий отпор войскам генерала Франко, вообще-то очень покладистые ребята и что никаких проблем в Испании нет. 

Союзные чиновники тем временем видели в туре возможность прорекламировать мощь советского спорта, но готовились сдержаннее, чем обычно: гости привезли пять участников ЧМ-1934 (Испания проиграла Италии лишь в переигровке четвертьфинала), да и вообще Европа значительно опережала СССР в развитии футбола. Когда на Западе починили правило офсайда (футболист не был вне игры, если в момент передачи перед ним находились как минимум два соперника, а не три) и перешли на дубль-вэ (3-2-5), у нас все еще играли по устаревшей схеме с двумя защитниками. Чиновники подозревали, что будет тяжело, но не знали, что настолько. 

Баски смяли «Локомотив» (5:1), повалили «Динамо» (2:1), сыграли 2:2 со сборной Ленинграда и порвали сборную клубов «Динамо» (7:4). Последний матч в России был со «Спартаком», тренер Николай Старостин готовился к нему особенно: вызвал несколько футболистов из других команд, в том числе форвардов киевского «Динамо» Виктора Шиловского и Константина Щегоцкого, а еще подумал отзеркалить схему противника, спустив полузащитника в оборону. 

Тем самым полузащитником был брат Старостина Андрей. И он очень разозлился, когда узнал, что будет не атаковать, а сдерживать форварда Исидро Лангару, забившего 7 голов за 4 матча. «Ты хочешь, чтобы я прославился на весь Союз? – вспоминал ругань брата Старостин в книге «Звезды большого футбола». – Ты же перекрываешь мне кислород! Кто поможет атаке? Ты уничтожаешь тактику, которая наигрывалась годами».

«Спартак» уже как-то пробовал дубль-вэ, но отказался, проиграв в товарняке «Динамо» 2:5. Эта деталь не смущала Старостина, но на базе «Спартака» поселилось напряжение: председатель комитета физической культуры Иван Харченко и глава комсомола Александр Косарев так нервничали, что несколько дней спали в Тарасовке. «Спартак» был последней надеждой, – писал Николай Старостин. – Все сошли с ума! Были письма, телеграммы и звонки, в которых нам давали советы и желали удачи. Меня вызывали к нескольким начальникам разной величины, и они объясняли, что вся страна ждет победы».

План Старостина сработал: красно-белые выиграли 6:2 на стадионе «Динамо», где собрались 90 тысяч зрителей. Только восторг длился ровно неделю – потом баски, начав с Киева, проехались по другим республикам. Самое терпимое – 2:0 с тбилисским «Динамо», а обидное – 6:1 со сборной Минска. 

Поняв, что победа «Спартака» была исключением, газета «Правда» растерзала советский футбол, написав, что в СССР слишком уж шоколадно относятся к молодежи, и заключив: «Повышение квалификации советских команд напрямую зависит от матчей с серьезными противниками. Матчи против басков были особо ценны для наших игроков (длинные передачи, игра на флангах, игра головой)».  

Стало очевидно, что футболом правит дубль-вэ и нужно поскорее осваивать эту схему. И в советском футболе нашелся человек, который не только применял дубль-вэ, но и нашел в системе потенциал, о котором не догадывались на Западе. 

Этот человек – Борис Аркадьев. 

Он первым в мире преобразовал дубль-вэ: в «Динамо» игроки атаки постоянно менялись, этот стиль назвали «организованным беспорядком» 

В 1937-м Аркадьев возглавил московский клуб «Металлург», в котором только что закончил играть. Он бегал то в защите, то в полузащите, но ярким футболистом так и не стал. «Меня слишком отвлекали от игры самые разнообразные заботы», – не стеснялся Аркадьев. 

Забот действительно было много: он блестяще окончил университет физической культуры и преподавал в спортивных секциях ЦДКА и в Военной академии имени Фрунзе. Занимался фехтованием вместе с братом-близнецом Виталием, заслуженным тренером СССР, выигравшим 8 раз подряд чемпионат мира. Даже думал серьезно тренироваться, чтобы попасть в сборную, но все-таки выбрал футбол. 

«Металлург» не играл в первом чемпионате СССР, но заявился на второй – и хоть футболистов Аркадьева почти никто не знал, они заняли 5-е место из 9 среди лучших команд Союза. Аркадьев работал с «Металлургом» до 1939-го, а потом его пригласили в «Динамо», страдавшее от нехватки трофеев: клуб дважды был чемпионом, но в 1938-м провалился на пятое место, с которого в 1939-м упал на седьмое. За это время там сменилось несколько тренеров, игроки тосковали, а руководство из НКВД не понимало, что происходит. 

Аркадьев знал, что в «Динамо» есть проблемы с самоотдачей, некоторые игроки поплыли после двух чемпионств подряд. В первый день тренер устроил собрание и выступил так же красиво, как герой Аль Пачино в фильме «Каждое воскресенье»: «Среди тех, кто сидит передо мной, – люди, составляющие гордость и славу нашего футбола, любимцы публики, действительно выдающиеся мастера. Я присоединяюсь к тому общему уважению, которым вы окружены. Но вместе с тем я говорю: ваше положение обязывает вас работать больше, чем когда-либо. Высшая мера взыскательности к себе – вот условие, при котором мы сможем сработаться».

В феврале 1940-го команда отправилась на предсезонные сборы в Гагры. Спустя два года после баскского тура почти все команды в СССР перешли на стандартный дубль-вэ, но Аркадьев понимал, что система гораздо вариативнее – просто нужно пофантазировать. На сборе у него была четкая цель – придумать парочку фокусов, которые определят стиль команды и поразят лигу. Но сначала Аркадьев поразил игроков, проведя двухчасовое занятие по тактике: они даже не представляли, что можно так долго обсуждать прессинг и передвижения, но вытерпеть было несложно, ведь тренер предлагал то, о чем раньше никто не говорил. В книге «Тактика футбольной игры», которая вышла в 1948 году, Аркадьев так описывал свое видение футбола: 

«С возникновением игры «с тремя защитниками» во многих наших и зарубежных командах в линиях нападения появились так называемые блуждающие игроки. Но если за рубежом эти творческие поиски игроков не получили дальнейшего развития, то в нашем футболе они явились началом радикальной перестройки всей игровой тактики. 

Правда, не всегда игрок начинал «блуждать» по полю в силу каких-то тактических соображений. Иногда это являлось следствием его большой физической силы, быстроты и выносливости, которые «выносили» игрока за пределы положенного ему территориального участка игры. Потеряв свой «дом», игрок начинал «блуждать» по полю. 

Выглядело это так: четыре игрока, придерживаясь своего позиционного стандарта, передвигались в основном вдоль поля, то есть вперед и назад по своим «желобкам». И вдруг в этой «прямолинейной игре» один игрок начинал путать все «расписание движения» своими косыми и поперечными перемещениями. При этом защищающимся оказалось очень трудно за ним следить, а остальным нападающим, то есть его партнерам, было очень выгодно в любой момент и на любом участке поля иметь рядом свободного партнера, которому можно отдать мяч».

Пять игроков атаки бесконечно менялись местами, иногда к ним подключался кто-то из полузащитников. Аркадьев считал, что это единственный шанс эффективно нападать в лиге, где все применяли персональную опеку. Газеты назвали стиль «организованным беспорядком», но признали его не сразу, потому что начало сезона вышло ужасным: ничьи с московскими «Крыльями Советов» и сталинградским «Трактором» и поражение от тбилисского «Динамо». Аркадьев наверняка подумывал сделать новую схему осторожнее, но не отступил. Он собрал команду и попросил каждого написать отчет о своей игре и действиях партнеров. А еще продолжил мучить игроков теорией: «Ежедневные лекции, которые я проводил с подопечными, расширяли их кругозор, учили мыслить, сближали наши точки зрения на футбол».

Что такое футбол Аркадьева, все увидели в четвертом туре – в матче с киевским «Динамо». Москвичи победили с рекордным счетом 8:5, поверили в себя и тренера и обыграли 2:1 ЦДКА. Закончили первый круг на четвертом месте, но дальше их было не остановить – 7:0 в Киеве и домашние 5:1 со «Спартаком». Тот матч поразил форварда ЦДКА Григория Федотова (это его именем назван главный клуб бомбардиров), который смотрел игру с трибуны. Он описал матч в книге «Записки футболиста»: 

«Казалось порой почти непостижимым, почему мяч, посланный кем-нибудь из динамовцев не на игрока, а просто на свободное место в поле, непременно достигал цели, попадал к партнеру. И непонятно, каким шестым чувством угадывали игроки путь мяча, появляясь всякий раз в наиболее выгодном месте для его приема и, главное, свободными от «опеки». Выбор места – мы знали, что это такое. Но на этот раз игроки нападения не просто умело выбирали место на поле в зависимости от обстановки. Они сами строили благоприятную для себя обстановку, создавая живой, стремительно меняющийся рисунок игры. Главным действующим лицом в атаке оказывался не игрок с мячом, а его партнеры – игроки без мяча». 

«Динамо» Аркадьева боялись примерно так же, как «Ливерпуль» Клоппа, команда больше не проигрывала и взяла третье чемпионство в истории. Аркадьев, превратившийся в звезду, раскрывал секреты: 

«Динамовцы много поработали над тем, чтобы уйти от схематичного дубль-вэ, вдохнуть в английское изобретение нашу русскую душу, наш размах, наше пренебрежение к догмам. И это нам удалось, причем в наиболее главном звене – в линии атаки. Игроки в каждом матче сбивали с толку защитников и полузащитников противника, действовали на больших скоростях, обезоруживали внезапностью, точностью, пробивной мощью. Интересно отметить, что большинство «своих» мячей левый крайний Сергей Ильин забил, находясь на месте центрального нападающего, правый крайний Михаил Семичастный – с места левого инсайда, а центр нападения Сергей Соловьев – с краев».

В книге Аркадьева лаконично обозначены его ключевые тактические принципы. Вот некоторые из них: 

• «Решающим в футболе является не расстановка игроков, а система их передвижения».

• «Важный фактор успешной игры – принцип максимальной интенсивности борьбы. Увеличение степени участия в игре каждого игрока в отдельности. За счет увеличения интенсивности и большего объема действий каждого игрока в отдельности увеличивается и атакующий и оборонительный потенциал».

• «Держать игрока – находиться от него и передвигаться вместе с ним на дистанции, позволяющей перехватить адресованные ему мячи или атаковать его в момент приема мяча».

• «Обычная длина комбинации – 2-4, 5 передач. Больше не практикуется, так как сложно предугадать действия соперника».

• «Быстрота – решающий фактор футбольной игры. Но одна быстрота – без точности – не даст желаемого результата. Тактически верно играть быстро – и чем быстрее, тем лучше. НИКОГДА быстроты не будет достаточно!»

• «Полузащитник, который не умеет обыгрывать противника, никогда не будет полноценным игроком середины поля. Так как в те моменты, когда некому отдать мяч, ТОЛЬКО обводка (хотя бы в сторону или назад) позволит ему выиграть время для своих партнеров, которые, перестроившись, изменят игровую ситуацию».

Аркадьев вырос в интеллигентной семье: в доме гостили Блок и Мейерхольд, тренер увлекался поэзией и живописью (даже рисовал сам) 

Аркадьев строго относился к дисциплине, не доверял ленивым, при этом был очень тонким и эрудированным человеком. Все шло из детства. 

Братья Аркадьевы выросли в семье ведущего актера театра Комиссаржевской Андрея Ивановича. Он обожал читать детям Лермонтова, Пушкина и Толстого, а его брат Владимир – Горького, Джека Лондона и любимых скандинавов: норвежского лауреата Нобелевской премии по литературе 1920 года Кнута Гамсуна и основателя европейской «новой драмы» Генрика Ибсена. 

В доме постоянно играла классическая музыка, в основном Бах, в гости к Аркадьевым приходили актеры, режиссеры и поэты. Детей знакомили с Комиссаржевской (знаменитая драматическая актриса начала ХХ века), Мейерхольдом (один из первых авангардных режиссеров СССР) и Брюсовым (наш большой поэт, основоположник русского символизма), но с особой любовью они слушали Блока. «Красив, обаятелен, особенно когда декламировал. Всегда открытая мощная загорелая шея, отложной воротничок. Это от него нам передалась страсть к солнцу на всю жизнь», – цитирует тренера фехтовальщица и журналист Татьяна Любецкая в книге про Аркадьевых «Контрапункт». 

Борис даже в зрелости цитировал любимые строчки из Блока:

О, весна без конца и без краю – 

Без конца и без краю мечта!

Узнаю тебя, жизнь! Принимаю!

И приветствую звоном щита…

Братья наизусть знали все актуальные спектакли, отец говорил им, что в современном мире не обойтись без эрудиции и образования, поэтому Борис и Виталий занимались живописью и музыкой: рисование их цепляло, а вот с фортепиано было сложнее – его они быстро забросили, потому с гораздо большим удовольствием тратили время на спорт. 

Футболисты очень уважали знания и мудрость Аркадьева, им хотелось к нему тянуться, узнавать то, чем он владел в совершенстве. По его просьбам клубы устраивали игрокам экскурсии в музеи и походы на концерты классической музыки. Аркадьев очень редко кричал на футболистов и обращался к ним только на вы.  

«Я не знаю другого тренера, который принес бы такую огромную пользу нашему футболу, – говорил Константин Бесков, игравший у Аркадьева в «Металлурге» и «Динамо». – Он добивался абсолютного послушания только силой своего авторитета. Игроки безмерно уважали его и твердо знали: их успех во многом зависит от него, ибо он великий знаток своего дела. Никогда не забуду, как на сборах Борис Андреевич приглашал меня смотреть закат, как увлекательно рассказывал о живописи… Среди тренеров мне больше никогда не приходилось встречать человека такой культуры, интеллекта, эрудиции».

«Я не представляю своей жизни без него, – отмечал Всеволод Бобров, которого Аркадьев тренировал в ЦДКА. – Он для меня не просто тренер, и даже слово «наставник» не вмещает всего того, что значит для меня Аркадьев. Это и школа, и уроки футбола, и университет культуры – все на свете… Я на многое смотрю глазами Бориса Андреевича, хотя это вовсе не значит, что я вижу все то, что видит он».

«Борис Андреевич был художником, – рассказывал Андрей Крушенок, защитник Аркадьева в ЦДКА. – Когда прилетели с «Локомотивом» в Индонезию на товарищеские матчи, мы блуждали по рынкам, покупали одежду и сувениры, а Аркадьев набирал кисти, краски и в свободное время занимался рисованием. Вообще, куда бы мы ни приехали, он старался отвести нас в музей: показывал знаменитые картины, рассказывал историю их появления.

Очень воспитанный, начитанный, культурный. На ты никогда не обращался. Плохих слов никогда не скажет. Как бы ты ни сыграл, никогда не оскорблял, спокойно втолковывал – что ты выполнил, что нет. Всегда на вы. Если хоть одно матерное слово проскочит, осекался и говорил, что это цитата из Александра Блока».

Схемы Аркадьева ошеломили англичан в 1945-м. Тогда они впервые задумались, что их тактика устарела 

Аркадьев оставил «Динамо» и в 1944-м, перед возобновлением чемпионата после войны, перешел в ЦДКА, с которым пять раз выиграл лигу. Но его наследие в «Динамо» жило еще несколько лет – команда, которую возглавил Михаил Якушин, играла по схемам Аркадьева, в том числе во время знаменитого турне по Англии в 1945-м. И это была сенсация. 

Во-первых, британцев поразили результаты. Ни одна их команда не победила: «Динамо» сыграло 3:3 с «Челси», 4:3 с «Арсеналом», 2:2 с «Рейнджерс» и (готовьтесь) 10:1 с «Кардиффом». Автор The Guardian, The Independent, World Soccer и основатель журнала The Blizzard Джонатан Уилсон, восхищавшийся Аркадьевым в тактической библии «Революция на газоне», цитировал соперников «Динамо». Вот как после матча жаловался левый защитник «Челси» Альберт Теннант: «Русские все время перемещались. Мы едва за ними успевали». А Дэйви Мэйклджон, бывший капитан «Рэйнджерс», написал в Daily Record: 

«Они менялись позициями вплоть до того, что левый защитник бежал на правый фланг атаки – и наоборот. Я такого футбола еще не видел. Шансов разгадать их запрограммированные перемещения было не больше, чем решить китайскую головоломку. Они просто ходили по полю так, как им захочется, но была еще одна вещь – они никогда не мешали друг другу». 

Когда «Динамо» улетело, английские газеты разнесли местный футбол, удивляясь, как команда из страны, которая всячески отстранялась от остального мира, вырвалась вперед. 

Тогда у англичан впервые возникли неудобные вопросы к себе, но желание разобраться с ними сникло после успехов: они не проигрывали два года с мая 1947-го, разделали 10:0 Португалию, справились 2:1 с Италией (чемпионом мира-1938) и были вполне счастливы. Но снова вспомнили про «Динамо» и стиль Аркадьева, когда в 1953-м без шансов проиграли Венгрии на «Уэмбли» 3:6. После этого англичане окончательно осознали, что очень зависимы от отдельных игроков и слишком полагаются на вингеров.  

«Ирония заключается в том, что Герберт Чепмен, основатель дубля-вэ, всегда предостерегал от игры с вингерами, – объяснял Джонатан Уилсон. – Его система – первая значительная тактическая наработка за последние полвека – разрабатывалась с целью избавления от крайних полузащитников, но именно они в итоге стали главными. То, с чем его изобретение должно было покончить, вернулось, чтобы покончить с самим изобретением».

Поэтому уже в середине 1950-х англичане, повторно изучая матчи с «Динамо» и Венгрией, начали перестройку – отказались от зацикленности на флангах и попытались уйти в более сбалансированные 4-2-4. 

Так революция, которую Аркадьев произвел в СССР, повлияла и на европейский футбол. 

Аркадьев еще не раз впечатлял смелыми идеями, которыми вскоре пользовались все – например, с ЦДКА он первым в Союзе оставил только двух форвардов и максимально насытил полузащиту. 

Гениальность Аркадьева не раскрыть одной историей. Но одна история легко доказывает, что он был намного впереди современников.  

Советский тренер, который менял футбол. Он изобрел прессинг и первым в Европе перешел на 4-4-2

Фото: РИА Новости/Яков Берлинер; fclm.rupfc-cska.comwikimedia.org

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья