Блог На максимальной скорости
Трибуна

В дни гонок «Ф-1» пилот на симуляторе трудится до ночи: получает данные реальных тренировок, пробует новинки и улучшает машину

От редакции: вы в блоге «На максимальной скорости», где регулярно выходят крутые переводы о «Формуле-1». Подписывайтесь, ставьте плюсы – и таких постов на Трибуне будет еще больше!

Долгожданный сезон-2020 начался, первые гонки позади, но команды по-прежнему активно работают, чтобы как можно лучше подготовиться к следующей гонке, используя имеющиеся у них в наличии данные и разнообразные инструменты. Одним из важнейших является симулятор, а также гонщик, который на нем работает.

Только надпись снаружи обозначает здание, где находится симулятор, и отличает его от других. Внутри серая ткань, серые диваны и три ряда столов с компьютерами на них. Но они не будут использоваться все, для обычной процедуры работы на симуляторе нужно всего три человека. Но если в комнате Льюис Хэмилтон или Валттери Боттас, тогда сюда сбегаются все инженеры, а также ребята из Бриксуорта, где создают силовые установки.

Входит Стоффель, приветствует нас, а потом спрашивает, может ли он быстренько удалиться на обед. День предстоит долгий, но не настолько, как иногда случается, как он сам нам объясняет по возвращении.

«Эта гонка не так уж плоха, потому что не придется сидеть за симулятором до глубокой ночи. Обычно я прихожу сюда в конце второй тренировки. Льюис и Валттери проходят брифинг после нее, мы обычно слушаем их комментарии, пытаемся понять, чего не хватает машине. Тут начинается наша работа. Я сажусь за симулятор, провожу несколько установочных кругов, пытаясь привести машину в соответствии с трассой по резине, балансу и прочим параметрам. Мы пытаемся убедиться, что корреляция данных верна. Потом мы получаем от инженеров с трассы список параметров, которые они хотели бы попробовать изменить. Это могут быть изменения в настройках, или аэродинамический обвес – все, что можно изменить в машине. В зависимости от длины списка на одних гонках требуется больше времени, на других меньше. Обычно смена длится 8-9 часов. Сегодня мы начинаем в 15 часов, к полуночи должны управиться».

Как только команда на базе заканчивает работу на симуляторе, все данные отправляются инженерам на трассу в виде подробного отчета. И они уже решают, будут ли вносить изменения в машину или нет. «Можно обнаружить что-то, что при одинаковом времени на быстром круге делает машину более стабильной на дистанции гонки. Или какой-то параметр позволяет быть быстрее в квалификации».

Точность совпадения данных симулятора и реальности делает его важным технологичным инструментом, а не просто дорогой игрушкой. До сих пор есть люди в паддоке «Ф-1», считающие симулятор излишеством. В «Мерседесе» же все рассчитано. Здесь в расписании работы на экране отдельно выделено время на подготовку. После подготовки оборудования начинается базовая настройка, хотя во время уик-энда она проделывается максимально быстро, ведь уже есть накопленный за годы опыт и перечень настроек, которые используются и корректируются каждый год. Гонщик же (или, как ласково его зовут в команде симулятора, «прокладка между рулем и сидением») – это один из важных элементов в поиске проблем с машиной. В «Мерседесе» Стоффеля высоко ценят, потому что он может объяснить разницу в поведении машины на симуляторе и на трассе.

Стоффель: «Перед уик-эндом мной или другими парнями проводится большая работа по подготовке, чтобы машина уже имела изначально хорошие настройки. Обычно они хорошо подходят трассе. А затем мы подстраиваемся под условия трека: температура важна в контексте работы резины, мы оцениваем скорость на прямой и прочие параметры».

Симулятор находится на первом этаже, и это сама по себе впечатляющая конструкция: макет кокпита с гало, установленный на подвижной платформе и окруженный панорамным экраном. Как нам сказали, гало установлено по просьбе Эстебана Окона, который работал на симуляторе до Стоффеля. Ему было важно, чтобы вид из кокпита был максимально приближен к реальности. Вандорн совмещает работу на симуляторе с гонками в «Формуле Е», которая тоже использует гало, так что для него это не проблема.

Несколько проекторов передают изображение на экраны, также есть радио, чтобы гонщик мог взаимодействовать с инженерами. Хотя вычислительная мощность компьютеров не называется, известно, что используется движок rFactor. Это золотой стандарт для симуляторов из-за точности передачи трасс вплоть до покрытия и поребриков и из-за удачного моделирования работы резины. Руль максимально похож на настоящий, а педали построены так же, как в W10, вплоть до усилия и ощущений. Но нагрузки, конечно, отличаются. Стоффель поясняет:

«Это симулятор, он не совершенен на 100%. Здесь нет перегрузок, которые дают понять, что происходит с машиной. Но в симуляторе есть пара умных штук, которые позволяют понять, как управляется машина. Многое можно понять по рулю. Иногда лучше иметь возможность оперировать короткими движениями, а не долгими. Многие симуляторы вызывают неприятные ощущения, значит, что-то не так с симуляцией движений. Иногда лучше вообще обойтись без них, чем если они будут неверными».

Михаэль Шумахер в свое время не смог подружиться с ранними версиями симулятора «Мерседеса». Многие испытывают «морскую болезнь» за рулем симулятора, есть много теорий, объясняющих это. Например, говорят, что мозг враждебно реагирует на конфликт в получаемой информации: некоторые ощущения указывают на движение, другие – нет. Некоторые ученые говорят, что симптомы проходят со временем, а также на это влияет, получает ли человек удовольствие от симулятора. Это работа не для новичков.

«Найти нужный баланс не всегда просто из-за ощущений, получаемых на симуляторе и на реальной трассе. Я играл в игры с самого детства, так что я знаю, как добиться постоянства, но для тех, кто делает это впервые, бывает сложно проехать один круг, а потом повторить его в точности, потому что они не могут скопировать ощущения. По сравнению с реальной машиной здесь нужно думать по-другому».

Постоянство является ключевым элементом в работе на симуляторе: пока инженеры на трассе не будут уверены в точности данных, полученных на симуляторе, они не смогут внести изменения в машину. И без этой зависимости симулятора и настроек машины для реальной трассы Стоффель тоже бы сидел дома на диване с котиком на коленях и играл бы в видеоигры.

Это перевод статьи Стюарта Кодлинга из журнала GP Racing UK за февраль 2020.

Этот блог в соцсетях:

Твиттер

Телеграм канал

Фото: Gettyimages.ru/Bryn Lennon, ABB FIA Formula E/Handout; globallookpress.com/HOCH ZWEI; instagram.com/svandoorne

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья