Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Сергей Вышедкевич: «Предложения из «Динамо» меня всегда устраивали»

    Динамовец Сергей Вышедкевич всю карьеру в российском чемпионате отыграл в одном клубе. В беседе с корреспондентом Sports.ru он рассказал, с каким тренером ему было легче всего, а также вспомнил о своем заокеанском опыте.

    Сергей Вышедкевич: «Предложения из «Динамо» меня всегда устраивали»
    Сергей Вышедкевич: «Предложения из «Динамо» меня всегда устраивали»

    – Вы очень давно в «Динамо». Неужели ни одна из команд страны не пыталась вас переманить?

    – Были предложения, конечно. Но как-то так получалось, что предложение родного клуба меня всегда устраивали.

    – А как же поверье, что каждые три-четыре года лучше менять место работы?

    – Я слышал об этом. Но… Не буду же я менять команду только из-за каких-то неписанных правил. Да и из Москвы уезжать не хочется. Тут как-то привычней.

    «Не буду же я менять команду только из-за каких-то неписанных правил. Да и из Москвы уезжать не хочется»

    – Но в Америке вы побывали.

    – Да, но вы вспомните, что за времена были. Середина 90-х годов, наш хоккей в полном упадке. Многие уезжали. И когда мне предложили попробовать в «Нью-Джерси», то особо не раздумывал.

    – Понравилось?

    – Только в том, что я приобрел хороший жизненный опыт. Я отправился туда совсем не зная языка, и первый год мне было очень трудно. Не столько даже в общении проблемы возникали, сколько сложности с американскими привычками. Например, там все денежные операции были в чеках. Что это такое, я даже не понимал. У нас тут и близко подобного не было. И еще одна проблема – огромное количество свободного времени. Мы тут в России привыкли быть постоянно на сборах, а за океаном потренировался и гуляй.

    – Были разговоры, что некоторые с тоски пить начинали.

    – Нет, у меня не было такой потребности. Проблему с досугом решил просто: купил себе компьютер и начал его осваивать. Все свободное время и занимало.

    – А как английский продвигался?

    – Клуб мне нанял преподавателя, с ним изучал язык. А потом началось постоянное общение с местными. Конечно, я не сразу идеально стал говорить, но если слышал незнакомое слово, то переспрашивал. Ребята все объясняли.

    – Когда ходили к репетитору над чем особенно бились, какая тема не давалась?

    – Вроде бы никаких сложных тем и не было.

    – Читать, писать тоже научились?

    – А кому писать-то? Записки партнерам, что ли? Так я и так могу сказать. А вот прессу просматривал, многое понимал.

    – А почему вернулись-то? Ваш стиль, кажется, идеален для той лиги.

    – Не получилось что-то. Так бывает. Мне вот помешала травма. Представляете, меня вызвали в «Атланту», я довольно неплохо начал, но выбыл на несколько дней из-за травмы. А когда вернулся, то отношение со стороны тренера стало уже другим.

    – Что случилось?

    – Да я даже не знаю, как это объяснить. Что-то поменялось, в общем. Я и решил вернуться. Зачем мне это все? Главное, пропустил-то всего недели две-три из-за проблем с плечом.

    – Друзья там остались?

    – Вот таких, с кем бы переписывался точно нет. Но если кто-то из ребят едет за океан, я передаю приветы. Да и на международных матчах с кем-то встречаемся. Я же там со многими известными хоккеистами пересекался. С Патриком Элиашем, например.

    «Мы тут в России привыкли быть постоянно на сборах, а за океаном потренировался и гуляй»

    – Сможете быстро назвать тренеров «Динамо», с которыми вы работали? Только не задумывайтесь.

    – Конечно, смогу. Владимир Голубович, Владимир Семенов, Зинэтула Билялетдинов, Владимир Крикунов, Владимир Вуйтек, Сергей Котов.

    – Много?

    – Нормальный показатель. Конечно, в каких-то командах этот список гораздо длинней.

    – Правда, что Владимира Семенова постоянно критиковали, хотя команда показывала практически идеальный результат?

    – Да, было такое. Мы же шли на втором месте, побеждали. Но за малейшие неудачи критиковали нещадно. Знаете, мы не особо вникали в эти дела, хотя, конечно, удивительная ситуация.

    – Было ощущение, что рано или поздно его снимут?

    – Да. Но все равно все произошло довольно неожиданно. Однажды мы пришли на тренировку, а нам объявляют об изменениях.

    – Не было желания пойти к руководству и разобраться?

    – А какой в этом смысл? С нами же никто не советовался, просто представили нового тренера.

    – А вообще принято было обсуждать такие вопросы?

    – Нет, за каких-то хоккеистов приходилось ходить и просить. Но это же совершенно другое дело. За товарищей можно замолвить словечко.

    – За кого?

    – Нет, имена я называть не буду. Но поводы пустяковые были. Например, нарушение режима. Хотели отчислить, но коллектив попросил предоставить шанс для исправления. Чаще всего это срабатывало. Впрочем, и провинившийся начинал работать за троих.

    Хотели отчислить, но коллектив попросил предоставить шанс для исправления. Чаще всего это срабатывало

    – Все, с кем ни приходилось разговаривать, тепло вспоминают о Владимире Крикунове. Ценили его честность, открытость.

    – Подтверждаю. Если у Крикунова были какие-то вопросы, он тебе их в лицо задавал. Никогда не держал камня за пазухой.

    – Ему, говорят, и ответить можно было?

    – Можно. Какие-то конфликты случались, но все решалось тут и сейчас. И когда все вопросы решались, можно было дальше работать.

    – Кто-то из динамовцев признавался, что у Крикунова были самые интересные собрания.

    – Точно, скучно не было. Если проигрывали, то он мог и жестко поговорить, но всегда старался сбить общее напряжение.

    – По его знаменитым баллонам не скучаете?

    – Ох, даже не напоминайте. Это было самое тяжелое. После тренировок Владимира Васильевича не было людей, которые чувствовали себя нормально. Все были выжаты.

    – Но вот после двух дней нагрузок он всегда на третий день давал расслабиться.

    – Давал, не спорю. Но я бы не назвал это расслаблением. Просто не было даже в эти дни.

    – Перед заключительным сезоном Крикунов жаловался, что кто-то из хоккеистов в него врезался. Он что в двусторонках принимал участие?

    – Нет, случайно все вышло. Но он с нами не играл.

    – Рассказывают, что Владимир Голубович мог поиграть с вами?

    – Да, он вратарем переодевался. Не хватало голкиперов, так он надевал форму и выходил на лед.

    – Вы посильней старались бросить?

    – Что вы!

    «Я бы ушел только в том случае, если бы клуб прекратил существование»

    – Вы немного забиваете, за всю карьеру в «Динамо» забили не больше 30 раз. Были какие-то памятные голы?

    – Это какие?

    – Обыграли 5 человек, уложили вратаря, а шайбу завели в ворота.

    – А, вы об этом? Нет, таких не было. Чаще всего голы забивал по одному сценарию: бросаю по воротам – попадаю. Или не попадаю.

    – Встречали хоккеиста с более сильным броском, чем у Дениса Куляша?

    – Нет, пожалуй, в этом плане он лучше всех. Но на тренировках Денис, конечно, такие броски не делал, жалел вратарей.

    – У Куляша были вечные недоразумения с Крикуновым. Как команда к этому относилась?

    – Так это их дело. Нет, мы, конечно, в курсе всего были, но особо не вмешивались.

    – Еще совсем недавно у «Динамо» были серьезные финансовые проблемы. Помните этот период?

    – Его нельзя забыть. Действительно же был вопрос, сохранится клуб или нет.

    – Многие искали другие команды, у вас уже были варианты?

    – Нет. Я бы ушел только в том случае, если бы клуб прекратил существование.

    – Были такие предчувствия?

    – Были, чего уж скрывать. Деньги не платили. Тяжело, конечно. Я, правда, ни у кого не занимал, жил за счет сбережений, но не у всех такая ситуация была, кому-то приходилось в долг жить. Но, впрочем, у меня не занимали.

    – Все ветераны уходят от вопроса, долго ли они собираются играть.

    – И я уйду. Вот есть нынешний сезон, пусть он закончится. Дальше видно будет.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы