Блог Автобиография Ледли Кинга

Глава двадцать пятая. И тут появляется Краучи!

«Тоттенхэм» завершил сезон 2008/2009 на восьмом месте, и это при том, что еще в октябре команда находилась на дне таблицы, имея в своем активе всего два очка. Я выходил в старте 24 раза из 38-ми игр лиги и провел на поле в 61% игр сезона. Это стало большим прогрессом по сравнению с 4-мя играми под руководством Рамоса в предыдущем сезоне, что составило всего 8% от общего количества матчей.

Таким образом, у меня были большие надежды на сезон 2009/2010, особенно когда наш тренер, Харри Реднапп, воссоединил маленького Джермейна Дефо с его поразительно долговязым партнером по «Портсмуту» – Питером Краучем, который покинул «шпоры», когда мы с ним были еще стажерами. Он успел поиграть по всей стране, и мы шутили о том, что я до сих пор дожидаюсь его на том же самом месте, где он меня оставил! Я люблю Краучи как человека и как личность; он мой очень хороший друг, и я был очень рад его возвращению.

Между тем, у меня была череда травм подколенного сухожилия, бедра и колена, что вылилось в то, что я сыграл лишь половину наших игр в лиге, проведя на поле еще меньшее количество времени в процентном соотношении.

Но если многое из того, что должно было помочь мне, опытному защитнику, еще не достигшему тридцатилетнего возраста, провести пиковый сезон в своей карьере, я положил на медицинский стол, то команда под руководством Харри продолжала прогрессировать, начав в день открытия сезона с домашней победы над «Ливерпулем» со счетом 2:1. Как же это приятно начинать новый сезон не только с победы, но и самому принимать в ней участие!

Я чувствовал, что ситуация с коленом улучшается, но частые растяжения стали моей проблемой. Я проводил на поле 2-3 игры, а затем ломался, возможно, из-за того, что не полностью восстанавливался после определенных игр перед тем как перейти к следующим. Я постоянно получал растяжения: паха, подколенного сухожилия, снова подколенного сухожилия, бедра.

Я все время хотел играть. Я не чувствовал никакой усталости, подходя к играм; я чувствовал себя отлично, как будто у меня не было никаких проблем. Но мышцы давали понять обратное.

Было трудно, ведь после травмы я выбывал на 2-3 недели. После восстановления я некоторое время тренировался и как можно скорее возвращался к игре. После этого никаких тренировок и тренировочных игр. Думаю, я даже развил в себе некоторую излишнюю нервозность, потому что на самом деле не знал, как мое тело собирается среагировать. Я играл, надеясь, что не сломаюсь, вместо того, чтобы быть в этом уверенным.

Восстанавливаясь от растяжения, я прибывал на тренировку около 10:30 утра и сразу ложился на медицинский стол для массажа, а затем, под наблюдением физиотерапевтов, делал определенные упражнения на выпрямление, растяжку и мобилизацию моих коленей. Там всегда находились еще один, двое или трое других игроков, но конечно, от недели к неделе, они сменяли друг друга, в то время как я находился там постоянно. В любую погоду я был там, и я уверен, что физотерапевты, прекрасно делавшие свою работу, были сыты мной по горло. К тому времени я проводил с физиотерапевтами Уэйном Дизелем, Джеффом Скоттом, Дэнни Мерфи (никакого отношения к игроку) и двумя массажистами Джо О'Рилли и Стюартом Стиллом больше времени, чем с кем-либо из тренерского штаба. Все они знали, как нужно работать со мной на ежедневной основе. Вернувшись из поездки в Барселону, Уэйн продолжил работать со мной, потому что изучил за границей некоторые нюансы – методы, которые подходили мне, и которые он передал остальным физиотерапевтам. Поэтому они знали, что нужно делать.

31-ое октября вызвало у меня смешанные чувства. Мы отправились на игру с «Арсеналом» без нашего плеймейкера Луки Модрича и правого полузащитника Аарона Леннона и проиграли 0:3. Я не смог показать хорошей игры против Робина ван Перси.

Находясь на «Эмирейтс», я пропустил забег скаковой лошади, которой я владел вместе со своим старым другом из Боу – Эшли Коулом. В 19:05 на ипподроме Кемптон-Парка, она победила в первый и последний раз. «Король Защиты» был каштановым мерином, купленным для нас нашими агентами Джонатаном Барнеттом и Дэвидом Манассия из «Стеллар». Я исправно присутствовал на всех забегах этой лошади, и когда единственный раз не смог прийти – она победила! Разумеется, Эшли тоже пропустил гонку. Но тогда с «Челси», куда он перешел из «Арсенала», они обыграли на выезде «Болтон» со счетом 4:0, и это утешало его. Так или иначе, я не слишком увлекался скачками; это было просто небольшим хобби, которое могло доставить немного веселья.

Хотя Эшли намного чаще меня находился в центре внимания, нельзя сказать, что он был гламурным парнем, каким его обрисовывают СМИ. Я всегда знал его тихим и застенчивым, особенно в молодости, примерно до пятнадцати лет, до того, как он стал матереть и чаще появляться на поле.

Он женился на Шерил Твиди, которая и без того уже была большой звездой, и с этим событием к Эшли пришло еще больше пристального внимания со стороны СМИ, к которому он, конечно, привык, хотя я и не знаю, насколько это ему самому нравилось. Они стали второй знаменитой парой футболиста и поп-певицы после Дэвида и Виктории Бекхэм. Думаю, что Дэвид Бекхэм с ранних лет хотел стать знаменитостью, тогда как Эшли не задумывался об этом заранее, просто жил своей жизнью и позволял случаться тому, что случалось. Я хорошо это понимаю. Мы росли в одном и том же месте, в районе, где не ждешь, что с тобой случится что-то хорошее. Боу не производит суперзвезд. Поэтому для нас все это было в новинку, и в молодости мы допускали ошибки. Для него все произошло слишком внезапно от попадания в «Арсенал» до становления игроком сборной Англии, и все это пристальное внимание может стать тяжелым испытанием для молодого парня, не готового ко всему этому. Я уверен, Эшли никогда не предполагал, что будет получать внимание из-за чего-то кроме футбола.

Не жажда славы должна заставлять человека хотеть стать профессиональным футболистом, а любовь к игре. Некоторые игроки теряют этот момент из виду. И как только они сыграют несколько игр за первую команду, они начинают думать о деньгах. Это опасно. У меня всегда были другие приоритеты. Пока я наслаждался своим футболом и окружением, в котором находился, они и были моими главными приоритетами. К счастью для самой игры, и вопреки мнению людей, футболисты, сосредоточенные на известности и деньгах, а не на футболе, встречаются довольно редко.

Фантастической игрой, которую я вынужден был наблюдать с трибун из-за травмы подколенного сухожилия, стала победа 9:1 над «Уиганом» 22 ноября, когда к перерыву мы вели всего 1:0 (благодаря голу Краучи), а наши соперники выглядели способными отыграться. Но во втором тайме Дефо был неудержим. Все его удары отправляли мяч в сетку, и он завершил матч с пятью голами.

Я не играл до самого Дня Подарков, когда вышел на замену в нулевой ничье с «Фулхэмом». Это был тот случай, когда мы с Робби, два капитана команды, расходились во взглядах с тренером, что доставило Робби неприятности. Харри всегда говорил, что игроки не должны выпивать в течении сезона – без исключений, поэтому он не хотел, чтобы клуб проводил рождественскую вечеринку. Но команда хотела, и игроки пришли ко мне и Робби сказать, что они не понимают почему нам нельзя, ведь все команды их проводят. Я считаю, что если все делать в подходящее время, то в этом нет ничего плохого. И это несмотря на то, что после моих проблем с перебором алкоголя в компании одноклубников, я вообще не слишком хотел выпивать. Поскольку Харри придавал этому большое значение, в то время как ни одна из других команд не имела проблем с рождественскими вечеринками, большинство игроков чувствовали себя обделенными и даже наказанными, что стало для нас еще большей проблемой.

Некоторые молодые игроки любили собираться вместе и отдыхать в подходящее для этого время. Поскольку пресса подчеркнула то, что нам не разрешено праздновать, это заставило людей делать снимки, если они видели кого-то из игроков, развлекающихся на публике. Даже старшие игроки не рассматривались как взрослые: игроков, которые встретились с товарищами поужинать и пропустить пару стаканчиков, все время спрашивали: «Что вы здесь делаете? Вам же нельзя». Краучи и Вуди попали на несколько фотографий; они не делали ничего дурного (они танцевали или что-то вроде того), но на фотографиях все выглядело так, будто они пьяны. Ощущения под таким пристальным вниманием были не из приятных.

В эпоху, когда Харри был игроком, выпивка была неотъемлемой частью футбольной культуры. Это считалось частичным объяснением того, почему его клуб, «Вест Хэм», несмотря на то, что имел в своем распоряжении чемпионов мира, оставался без наград. Но с тем количеством матчей, что мы имеем теперь, это просто непозволительно. Конечно, всегда найдутся игроки, позволяющие себе выпить на выходных после игры. В молодости я играл с Тедди Шерингэмом, и он был таким игроком, которому после матча было необходимо немного выпить, чтобы расслабиться. В этом он находил свою пользу; он никогда не травмировался и играл до 42-х лет. Но этой олдскульной культуре – выпивать среди недели и ходить в паб после тренировок – больше нет места в современном футболе. Игроки могут собраться вместе и немного выпить только в подходящее для этого время. Очевидно, что главное не злоупотреблять этим, а редкая выпивка не сможет оказать слишком большого влияния на игроков.

Таким образом, я понимал, к чему клонит Харри, особенно принимая во внимание мои недавние проблемы, возникшие из-за злоупотребления выпивкой с моими партнерами по команде. В то же время я чувствовал жалость к парням, за которыми следили и фотографировали каждый раз, как они выходили совершенно невинно провести свое личное время в ресторане, баре или клубе. Поэтому перед Рождеством 2008-го я должен был пойти и поговорить с Харри. Я сказал, что понимаю, что в рождественской вечеринке нет необходимости, и мне самому лучше было бы не подвергать себя риску слишком расслабиться и попасть в неприятности, но я чувствовал, что, если вечеринка состоится, я, как капитан, должен на ней присутствовать. Если же ее все-таки не будет, то игрокам все равно нужен выходной, чтобы они могли выйти и отдохнуть каждый по-своему; я хотел избежать недовольства среди игроков.

Поэтому мы решили, что пока нет никаких проблем, мы можем отпраздновать, и это случилось. Но год спустя, приблизительно за неделю до Рождества 2009-го, проблема возникла, когда Робби организовал командную поездку в Дублин, где мы заранее отпраздновали Рождество, поскольку только так позволяло расписание игр. Думая, что мы отправились туда только для игры в гольф, тренер сказал что-то прессе об отмене рождественской вечеринки, но не сказал об этом нам, и тогда было уже поздно: мы провели вечеринку и забыли об этом. Когда пресса разузнала, что у нас было празднование, это выглядело плохо. Это выглядело так, будто мы сделали все за спиной у тренера и высмеяли его авторитет. Позже мы были оштрафованы и наказаны.

Но в конечном итоге, время было подходящим и никаких проблем не возникло. Кроме случайного поражения от «Вулверхэмптона», в тот рождественский период мы показывали хорошие результаты, и они не отбрасывали тень на проведенную праздничную вечеринку. Вместе мы хорошо провели время, еще сильнее сплотившись как команда. Все разговоры обращались к футболу. Мы часто обнаруживали себя в компании, обсуждавшей, что нам нужно делать на поле. Все это только способствовало укреплению командного духа.

Мы не часто выбирались куда-нибудь всей командой, скорее всего потому, что я не тренировался с парнями. Находиться в единении с командой и быть связующим звеном, не тренируясь вместе с игроками, было очень сложно для меня. К тому же, попав однажды в неприятности, я старался избегать подобных командных встреч.

Наряду с Краучи и Джермейном Дефо еще одним бывшим игроком «Тоттенхэма», которого Харри Реднапп подписал из «Портсмута», был французский защитник Юнес Кабуль. Он вернулся к нам во время январского трансферного окна 2010-го. Изначально Юнес пришел в клуб в юном возрасте. Он обладал габаритами, обладал скоростью, обладал мощным ударом и любил выйти из защиты и пробить с 30-40 ярдов. Он обладал всеми необходимыми качествами. За исключением внимательности.

Я часто видел игроков, у которых было все, кроме холодной головы. Думаю, чтобы исправить тенденцию к потере концентрации игрокам нужен опыт. Им нужно как можно больше играть и учиться. На первых порах Юнес был игроком, который любил рисковать. Иногда он завладевал мячом и слишком долго не расставался с ним – именно этого он учился избегать. Он заматерел как игрок, достиг нужного возраста. Теперь, несмотря на то, что он все еще любит пойти в атаку (т.к. он очень хороший атлет и сопернику довольно непросто отобрать мяч, когда он находится у него в ногах), Юнес делает это гораздо реже, но делает это в подходящий момент. Так проявляется зрелость игрока: он знает, когда можно придержать мяч, а когда нельзя.

В «Портсмуте» ему также помогла игра с такими опытнейшими игроками как Сол Кэмпбелл и Сильвен Дистен. Играя каждую неделю, он учился понимать Премьер-лигу.

Вернувшись в «Тоттенхэм», под конец сезона он довольно часто стал выходить на позиции правого защитника со мной и Доусоном в центре. Мне нравилось, когда Юнес играл справа по одной причине: он обладал габаритами и при любом кроссе, направленном в штрафную площадь, он занимал хорошую позицию, потому что его родным местом был центр обороны. Также благодаря своим атлетическим способностям Юнес в то время подходил для этой позиции, поскольку, будучи молодым парнем, он обладал энергией для рывка и мог быстро перемещаться по флангу в обоих направлениях. Когда у игрока есть энергия для рывка и много желания, он хочет быть вовлечен в игру и часто, стремясь поддержать атаку, оказывается там, где не должен быть, а это может стать проблемой, играй он в центре обороны.

С Юнесом в составе мы чувствовали, что у нас есть хорошие предпосылки пойти в прорыв, стремясь к заветному четвертому месту, дающему право сыграть в Лиге Чемпионов.

Под конец того сезона у нас выдался непростой отрезок, включая игры против «Арсенала», «Челси» и обеих манчестерских клубов в шести последних играх лиги, и люди начали списывать нас со счетов. Хотя победный матч с «Челси» я провел на скамейке, я принял участие в дерби Северного Лондона, в котором мы победили со счетом 2:1, и которое увенчалось впечатляющим голом слета. На десятой минуте игры мы давили на «Арсенал», но их вратарь Альмуния сумел парировать мяч далеко за пределы штрафной площади. Не давая опустится мячу на землю, наш молодой левый защитник Дэнни Роуз не стал делать очевидный навес в штрафную площадь, а пробил, и мяч, посланный с сорока ярдов, просвистел над головами игроков и влетел в сетку ворот. Это был момент вдохновения, а также демонстрация техники мирового класса, как и в случае с тем голом Дэвида Бентли на «Эмирейтс» восемнадцатью месяцами ранее. Гарет Бэйл провел великолепный матч, измучив игроков «Арсенала» и забив наш второй гол сразу после перерыва. Незадолго до конца игры, Никлас Бентнер, отыграл один мяч, но этого было слишком мало, слишком поздно. В ту ночь рухнули надежды «Арсенала» на чемпионский титул, в то время как мы приблизились к квалификации в Лигу Чемпионов.

Хотя нам и не удалось победить на «Олд Траффорд», мы боролись до самого конца. Затем была еще одна большая игра с «Ман Сити»; выиграй ее, мы квалифицировались бы в Лигу Чемпионов, заняв четвертую строчку над ними. Так что в этом матче решалась наша судьба.

Хорошая командная форма обычно порождает уверенность в своих силах, и мы были уверены в том, что сможем достичь желаемого результата. У нас также была неплохая серия против «Ман Сити», но теперь у них собралась команда (включая Петрова, Адебайора, Тевеса и Барри), которая могла побороться за титулы. Они были на пути к завоеванию трофеев, а мы – к выходу в Лигу Чемпионов; наши пути пересеклись, и этот матч приравнивался к серии пенальти.

Глядя на игроков вроде Тевеса, восхищаясь их командной яркостью и талантом, мы чувствовали, что вместе пережили слишком многое, прошли через падения и разочарования от непопадания в топ-4 и поэтому обязаны победить любой ценой. У нас был командный дух и, я думаю, именно он помог нам той ночью.

Мы сыграли превосходно. Не слишком часто «Тоттенхэму» удавалось на выезде обыграть хозяев 1:0. Это была зрелая игра. Первый тайм «Ман Сити» начали довольно ярко и имели несколько хороших шансов, но мы вошли в игру и создали еще больше: Краучи попал в штангу, я забил гол, который не засчитали, а удар Гарета Бейла с левой прошел впритирку со штангой. К перерыву мы чувствовали, что играем лучше, чем они. Мы просто чувствовали, что выйдем на второй тайм и сможем сделать это снова. В любом случае, Краучи окупил свой трансфер, забив гол, который окончательно решил нашу судьбу.

На этот раз проигрыш в последней игре сезона (с «Бернли»), не имел никакого значения. Мы оказались там, куда пытались вернуться на протяжении многих лет – в число европейской элиты.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья