android-character-symbol 16.21.30apple 16.21.30@Combined ShapeЗагрузить фотографиюОчиститьdeleteinfoCombined ShapeИскатьplususeric_avatar_placeholderusersview
Блог Полюса Хоккея

Революция сверху. С чем Аркадий Ротенберг приходит в руководство ФХР

Блог «Полюса хоккея» отмечает неожиданную смену власти в ФХР и разбирает новый план спасения российского хоккея от Аркадия Ротенберга.

Во вторник свою официальную программу в качестве кандидата (отдадим дань формальностям) на пост председателя правления ФХР огласил Аркадий Ротенберг. До последнего времени он носил неофициальный титул куратора сборной, а теперь формализует свое присутствие непосредственно в федерации. 

Слухи о том, что близкий друг президента страны возьмет на себя управление хоккейной федерацией, ходили еще перед прошлогодними выборами главы этой организации. В итоге этот сценарий реализован не был, зато был найден другой – этакая аппаратная революция сверху. 

Тупик «красных машинистов». К выборам президента ФХР

Напомню, уже озвучено, что действующий президент ФХР Владислав Третьяк на своей должности остается. Получается, в федерации одновременно будут и президент, и председатель правления. Это самое правление – новый орган, который призван заменить совет с исполкомом и непосредственно заняться оперативными вопросами. В общем, с формальной точки зрения налицо самое настоящее двоевластие, ну а на деле же Ротенберг однозначно становится ведущей фигурой в ФХР. 

Революционность перемен подчеркивает и тот факт, что в своем программном интервью «кандидат», по сути, мягко дезавуировал работу федерации при Третьяке, указав на все те застарелые проблемы, которые регулярно поднимали критики ФХР и которые вновь и вновь оказывались актуальными. Было упомянуто и про чрезмерную сосредоточенность федерации на делах сборных команд, и про низкие зарплаты детских тренеров вкупе с недостаточностью их профессиональных знаний, и про коррупцию в детско-юношеском хоккее, и про все еще недостаточное количество катков. Среди достоинств же самого Владислава Александровича были очень метко названы его широкая международная известность и статус легенды хоккея. По сути, из этого следует, что функции Третьяка будут сведены к представительским. Что ж, с президентами такое бывает. Таким образом, у нас получается своеобразная «парламентская республика» в стенах ФХР, что довольно необычно для существующих политических реалий страны. 

С формальной точки зрения – двоевластие, ну а на деле же Ротенберг однозначно становится ведущей фигурой в ФХР

В своем послании Ротенберг также выдвинул целый ряд масштабных инициатив, которые вроде как должны вывести российский хоккей на новый уровень. Как уже было сказано выше, большинство «болевых точек» выделены верно, и новая концепция даже претендует на системный подход по их ликвидации. 

Другой вопрос, есть ли «кем взять» все эти реформы. Ведь ФХР уже давно превратилась в довольно консервативную и пассивную структуру, которая явно не привыкла работать в режиме анонсируемого всеобщего хоккейного аврала.

Получается, необходимы и кадровые перестановки – да, наверху они уже идут (например, на ключевые посты привлечены Роман Ротенберг и Дмитрий Курбатов), но этого недостаточно. Современных и активных людей явно не хватает региональным федерациям, которым, в общем-то, и предстоит выполнять основную работу по новым проектам. Иначе вся та поддержка (а речь идет о «существенных средствах»), которую обещает региональному хоккею Ротенберг, грозит уйти в песок. Кроме того, нужно что-то делать с тем, чтобы инициативы двигались не только сверху вниз, но и снизу вверх, иначе мы снова возвращаемся к командно-распределительной системе. 

Помимо новаций, которые должны помочь преобразовать детский хоккей, затронута оказалась и тема первой сборной – без нее никуда. Ожидаемой новостью стало... нет, не отстранение Андрея Сафронова с поста генменеджера, а «упразднение» самой должности. То есть, Сафронова не выгнали из кресла – оно под ним развалилось само. 

Экс-традиция. О возможном уходе Андрея Сафронова из сборной России

Если вернуться к так называемой новой организации работы штаба сборной, то здесь два момента. Во-первых, окончательное возвращение к системе единовластия главного тренера. Был заявлен отход от североамериканской практики, хотя, по сути, она в России так никогда и не была реализована. 

Во-вторых, в качестве компенсации обещана организация некоего супер-органа, который будет заниматься «тотальным контролем спортивной жизни всех кандидатов в национальную команду» с применением самых современных технологий. Раньше таким контролем занимались тренеры на почти круглогодичных сборах на базе, как это будет выстроено в нынешних реалиях – пока вопрос. Учитывая еще и то, что многие сборники выступают в НХЛ, а скаутские вояжи представителей сборной за океан зачастую носили ритуальный характер. 

Проблема в том, что вся апробация нового механизма работы штаба ложится на ключевой для сборной сезон, включающий домашний ЧМ плюс Кубок мира в Канаде. Наши политические реалии таковы, что результаты этих турниров сами по себе способны привести к новым пертурбациям, что грозит сделать управленческую перестройку и в сборной, и в ФХР перманентной.  

Среди концептуальных моментов программы особо выделяется «единая модель игры сборных команд» для всех возрастов. На отсутствие такой модели как одну из ключевых проблем, влияющей на сыгранность сборной на краткосрочных соревнованиях, регулярно указывалось после всех последних провалов на топовых турнирах. Во многом проблемы с утратой идентичности были связаны с теми сложными временами, которые испытал отечественный хоккей после распада СССР. Здесь, конечно, подразумевается не унификация всего и вся, но наличие неких базовых компонентов национальной школы, которые теоретически позволяют наигрывать команды «с листа». 

Вопрос именно в системности подхода. Ведь те же канадцы или финны, которых приводят в пример в данном случае, начинают прививать свою систему еще с ранних этапов подготовки. У нас же на фундаментальные пробелы юниоров в тактике указывает даже тренер молодежной сборной! То есть начинать надо с самого низа, идти «на землю», работать с дальним прицелом. О проблемах подготовки юниоров, в легитимационной речи, кстати, тоже говорится:

«Директора спортшкол требуют результат от тренеров, а те – с совсем крохотных ребят. Результат – это главное в хоккее, но в ДЮСШ важнее обучение и тренировки. В итоге играют не все дети, а сильнейшие на данный момент, остальные же вынуждены сидеть на трибуне. Но и сильнейшие тоже не учатся – они боятся импровизировать, боятся обострить ситуацию смелым решением, потому что за ошибку их накажет тренер.

И к 16-17 годам мы получаем не мастеров, способных сыграть нестандартно и красиво, а своего рода недоделанных роботов, к тому же уже уставших от хоккея. Кто-то из них попадает в профессиональные команды, и там их пытаются доучить, но, как правило, бывает уже поздно».

Про «недоделанных роботов» – это сильно, но я бы больше обратил внимание не на необходимость доведения до ума этих самых роботов, а на системную нехватку «инженеров игры». В современном хоккее эту роль, как правило, выполняют центральные нападающие и защитники. И именно эти два амплуа являются головной болью сборных России всех уровней. Буквально недавно наставник юниорской сборной U18 Виталий Прохоров высказывался на эту тему по итогам Мемориала Глинки. В общем-то, все закономерно. По хоккейным меркам «инженеры игры» – это высокотехнологичная продукция. У нас же есть проблемы и с процессом производства (то есть, тренерскими кадрами), и с конкуренцией (не самый богатый выбор игроков). И именно на примере высоких технологий они высвечиваются наиболее наглядно – доказательством тому и практически безальтернативный статус Ивана Проворова (кстати, с юных лет игравшего в Северной Америке) как российского топ-проспекта среди защитников, и финальный матч с Канадой на ЧМ-2015. 

О нем у Ротенберга тоже есть – дескать, «обидное» поражение. Но оно, к сожалению, не обидное, а как раз четко ставящее диагноз состоянию нашей хоккейной технологии, как и результаты последних Олимпиад. И о какой «единой модели» можно говорить, если есть проблемы с производством ее главного элемента – конструкторов (а не роботов!), которые в идеале ее должны на льду воплощать в жизнь? С нынешним положением дел с «инженерами», наверное, только о подобии той, которую внедряли Билялетдинов или Варнаков. Но это явно не то, чего хотелось бы кандидатам в эпигоны славы советского хоккея.

Поэтому перспективное внедрение такой модели – это не просто лозунг (например, «а давайте-ка будем позиционно атаковать»), это же по сути перестройка всего хоккейного хозяйства России. И снова непонятно – не слишком ли большой замах для существующих в ФХР реалий? 

Новоиспеченный кандидат в спасители отечественного хоккея и это признает, указывая, что федерация должна становиться более современной, отвечать вызовам времени и привлекать серьезных специалистов. Все верно, но ни одна структура не сможет реформировать сама себя изнутри – хотя бы из-за инстинкта самосохранения. А хватит ли у берущей власть команды Ротенберга умения, ресурсов и политической воли на расчистку авгиевых конюшен ФХР, и не сведется ли все к банальному пусканию пыли в глаза – по-прежнему большой вопрос.

Фото: РИА Новости/Алексей Куденко (1,2); Global Look Press/Roman Vondrous/CTK

Присоединяйтесь к «Новому Уровню»!

 «Новый Уровень» в ВК

 «Новый Уровень» в ФБ

 «Новый Уровень» в twitter

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы