Буханов о базе данных LIMS: «Сейчас должны будем передать WADA четыре пробы биатлонистов, которые интересны в рамках расследований IBU»

Исполняющий обязанности гендиректора Российского антидопингового агентства (РУСАДА) Михаил Буханов рассказал об обязанностях организации в связи с передачей базы данных Московской антидопинговой лаборатории Всемирному антидопинговому агентству (WADA).

– Что именно должно делать РУСАДА в отношении базы данных московской лаборатории, согласно решению CAS?

– Если мы посмотрим резолютивную часть решения, то там все четко – информация об обязанностях РУСАДА в отношении базы LIMS содержится в подпунктах b и c раздела 5.

Если толковать их буквально, то в пункте b сказано, что РУСАДА должно под контролем департамента расследований WADA или Athletics Integrity Unit проводить расследование любых случаев, на которые повлияли удаления и/или изменения данных московской лаборатории, в том числе сделать все возможное, чтобы найти полные и подлинные данные из лаборатории, относящиеся к этим случаям, с тем, чтобы исправить полностью исправить фальсификации, относящиеся к ним.

В пункте с говорится, что РУСАДА должно, действуя без задержек и добросовестно, оказать любую другую поддержку (включая поиск и предоставление любых дополнительных данных или информации, и/или проведение интервью или других следственных мероприятий) по требованию ВАДА или любой другой антидопинговой организации для содействия в определении того, есть ли основания для открытия дел о возможном нарушении антидопинговых правил в отношении тех российских спортсменов, чьи пробы указаны в базе данных московской лаборатории.

Эта поддержка включает, без ограничений, предоставление подлинных и полных цифровых и/или бумажных копий следующих документов, относящихся к этим пробам: а) формы допинг-контроля; b) формы цепочки хранения; и c) электроферограммы и другие записи результатов анализа проб на ЭПО или родственные субстанции.

То есть речь идет о выяснение тех или иных аспектов, связанных с уже совершившейся передачей базы данных.

– Запросы от WADA поступали?

– Поступали и поступают до сих пор. Но, так как РУСАДА не обладает реальной фактурой по вопросам базы, мы можем выступать только как сторона, которая направляет запросы WADA в московскую лабораторию или Следственный комитет.

Сейчас партнерские отношения сложились с московской лабораторией – мы направляем им запрос, они пишут ответ, мы его переводим и направляем в WADA. То есть РУСАДА выступает в роли легального исполнителя по этому вопросу, что и указано в решении CAS. 

А вот прямого требования, что РУСАДА обязано передать оригинальную базу данных лаборатории – в этом решении нет. Текст решения базируется на факте уже свершившейся передачи, но, так как другая сторона имеет вопросы, она продолжает процессуальные действия в соответствии с Кодексом WADA и международным стандартом по расследованиям.

– И тем не менее, говоря предметно, в подпункте 5.c сказано, что РУСАДА, среди прочего, должно предоставить по запросу: формы допинг-контроля; формы цепочки хранения. Насколько я понимаю, эти формы допинг-контроля полностью, а формы цепочки хранения частично, находились в распоряжении РУСАДА, не лаборатории. Они были переданы?

– Скажем так – все, что находилось в распоряжении РУСАДА было предоставлено сразу после вступления решения CAS в силу. Отсканировали и направили. Все остальное уже – во взаимодействии с лабораторией.

– Что-то реальное удалось получить от лаборатории? Пробы, файлы и так далее?

– Вот сейчас мы должны будем передать четыре пробы биатлонистов, которые интересны в рамках проводимых расследований IBU. В данный момент согласовываем регламент передачи проб с WADA, все остальное готово, – сказал Буханов.

Россия и правда меняла базу данных – стерли 121 файл с положительными пробами. После вопроса о манипуляциях наш эксперт рассмеялся в суде