Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Одинаковы с лица

    77 обгонов на трассе «Шанхай Интернэшнл» выдались под стать самим китайцам: внешне друг на друга похожие до невозможности, а вот по сути разнящиеся едва ли не радикально. Sports.ru пробует разглядеть в толпе знакомые лица и улыбнуться самым симпатичным из них.

    Одинаковы с лица
    Одинаковы с лица

    Безусловно, самым смешным маневром уик-энда отметился Дженсон Баттон. Правда, это был не тот случай, когда жертвами действий гонщика оказались соперники, а редкий для элитного класса эпизод, в котором мысли пилота опередили его поступки.

    Судя по всему, в голове британца на момент торможения уже роились расчеты, как пройти первый поворот на непрогретых шинах с минимальными временными потерями. Математика оказалась настолько высшей, что красно-синие комбинезоны механиков «Ред Булл» в глазах представителя «Макларена» принялись отливать «серебряным». Секундное помешательство стоило Баттону позиции в борьбе с Феттелем, нервотрепки после пит-стопа и патриархата в отношениях. После финиша девушка спортсмена Джессика Мичибата посоветовала любимому взять пару уроков парковки, дабы в дальнейшем не повторять ошибок.

    Дженс, может, тебе стоит немного поработать над защитой позиции?

    Шутки шутками, но на месте прекрасной дамы имело бы смысл намекнуть парню: «Дженс, может, тебе стоит немного поработать на симуляторе над защитой позиции?» Ведь в Китае британец допустил несколько несвойственных для себя ошибок. Их квинтэссенцией, на наш взгляд, является вынужденная рокировка с Льюисом Хэмилтоном на 36 круге, совершенная под давлением напарника.

    Ее предпосылки стоит начать искать на последних метрах предыдущей петли, ведь Баттон начал нервничать (чуть раньше оттормозился, чуть срезал оптимальную линию движения) именно на отрезке, предшествовавшем длинной прямой. Почему это случилось, сказать сложно, ведь любому мало-мальски знакомому с манерой езды Льюиса человеку известно: в связках между 14-м и 16-м поворотами лидер «маков» никогда не атакует. Исключение составляют лишь обгоны-«верняки», успех которых заложен в колоссальной разнице потенциалов машин или в полярной работе шин.

    Вот наглядный воскресный пример: англичанин, имеющий преимущество в характеристиках компаунда, спокойно выжидает широкого выхода из виража Фернандо Алонсо, после чего просачивается вперед по внутреннему радиусу. Причем делает все без шума и пыли, прекрасно осознавая — механического сцепления с трассой алому болиду на торможении катастрофически не хватает. Запас же маневренности у Хэмилтона более чем достаточный…

    На счастье Дженсона нагнетать обстановку перед прямой старта/финиша напарник не стал (хотя при выходе из заключительного виража поддушить конкурента мог) — ошибка в такой ситуации нанесла бы репутации Баттона ущерб еще больший, чем неправильная парковка. Но и облегченно переводить дух лидеру тандема не стоило: чуть отпустив оппонента, Льюис приготовился к штурму в первом повороте.

    Это читалось и в раннем смещении к правой части полотна, обозначавшем претензии на внутренний радиус, и нехарактерную для заключительной части прямой скорость — намек на позднее торможение. Вот здесь-то Баттон и допустил первый серьезный просчет. Не став повторять маневр 10-секундной давности с подрезкой траектории (на тот момент он еще ни разу не перекрещивал путь, а значит имел на это право по регламенту), он пошел по внешнему радиусу. Полагаем, с расчетом пропустить Льюиса в первом вираже, а затем за счет потери тем темпа из-за позднего торможения «вынырнуть» впереди — эдакий контрманевр, традиционный для «шпилек».

    Чуть отпустив оппонента, Льюис приготовился к штурму в первом повороте

    При входе в длинный правый Баттон взялся за осуществление плана. И поначалу преуспевал, но на выходе из виража допустил вторую серьезную ошибку — не учел недостаточную поворачиваемость. Еще в квалификации ее проказы мешали пилотам и вынуждали корректировать технику прохождения поворотов. В гонке же температура трассы чуть подросла, что еще больше отразилось на состоянии и поведении шин. Хэмилтон за счет планово широкого выхода из виража этого нюанса не заметил.

    А вот носовую часть болида Дженсона повело, из-за чего тому пришлось корректировать траекторию подруливанием. Разумеется, побочный эффект такого маневра — потеря времени, которой Льюис воспользовался на пятерку с плюсом. Связку плавных правого и левого поворотов он проходит буквально на полудвижении «баранки» — линия движения словно по команде принимает форму оптимальной траектории. А вот Дженсу не остается ничего иного, кроме как признать поражение… Подчеркнем: это было одно из самых умных противостояний напарников в реальной борьбе за позицию.

    На том же месте несколько раз выясняли отношения и представители конкурирующих фирм. Наиболее увлекательным, на наш взгляд, получился спор Фернандо Алонсо и Михаэля Шумахера.

    Посягать на позиции семикратного чемпиона мира испанец принялся еще в конце второго десятка кругов. Но несколько раз кряду обламывал зубы, раззявив рот на каравай не по размеру. Обратите внимание: в отличие от Баттона, немец не выжидает и не принимает половинчатых решений, а сам работает с позиции силы. Ему не выгодно жесткое торможение — значит, он сам займет внутренний радиус. Опасается ломки линии движения соперником в последнюю секунду — значит, сам сознательно сократит расстояние. Даже DRS Нандо особо не помог: то ли потому, что работал через пень-колоду, то ли потому что Шумахер грамотно рвал дистанцию, не оставляя пространства для маневра.

    Лишь на 26-м круге испанец добился желаемого — хотя даже в той ситуации Михаэль почти сохранил статус-кво.

    Окажись чуть лучше сцепление шин с трассой — и после выхода по внутреннему радиусу на апекс у него сохранилась бы возможность поставить машину вровень с «Феррари». В таком случае судьба пальмы первенства решилась бы в связке следующих виражей.

    Нельзя обойти вниманием и замечательный двойной обгон, который по факту случается в королевских гонках крайне редко

    Нельзя обойти вниманием и замечательный двойной обгон, который по факту случается в королевских гонках крайне редко. Не у дел остался Ник Хайдфельд, пропустивший разом Фелипе Массу и Льюиса Хэмилтона.

    Британец поначалу держался на почтительном расстоянии, изучая, как гонщик «Феррари» прощупывает коллегу из «Лотус-Рено». Было интересно: Фелипе то и дело подергивался в сторону, рассчитывая спровоцировать визави на неосторожное (наверное, даже рефлекторное) движение рулем и наезд на кромку трассы. Ник только усмехался в бороду, железно придерживаясь изначально избранной линии.

    Знал бы уроженец Менхенгладбаха, к чему приведет подобный консерватизм! При подходе к первому повороту Хайдфельду кровь из носу требовалось сместить машину чуть правее: после такого маневра даже в случае активации DRS Массе пришлось бы вплотную прижиматься к правой границе полотна и брать на душу риск опасного выхода после атаки по внутреннему радиусу. Однако немец так увлекся следованием за белым кроликом… ой, простите, болидом, шедшим впереди по протоптанной колее внешнего радиуса, что пропустил момент атаки. А когда спохватился — было уже поздно…

    Однако Нику наверняка было обидно вдвойне, потому как необходимость сбрасывать скорость интенсивнее обычного, дабы предотвратить аварийную ситуацию, открыла путь к прорыву еще и Хэмилтону. Тому даже не пришлось прикладывать особых усилий, чтобы совершить прорыв — следовало просто идти на апекс по стопам бразильского мачо. Резкий доворот руля, выставление машины в промежуточное положение, оставлявшее за Льюисом право выбора дальнейшей траектории — и Хайдфельд уже просто статист, поскольку инициатива полностью на стороне соперников.

    Напоследок любопытное наблюдение. Если атаки с помощью DRS и KERS в воскресенье клонировали друг друга так активно, что этому позавидовали бы даже овечки Долли, то обгоны на торможении представляли собой штучный товар.

    Атаки с помощью DRS и KERS в воскресенье клонировали друг друга так активно, что этому позавидовали бы даже овечки Долли

    Понятно, что разница в качестве резины под занавес гонки у представителей «Ред Булл» и «Мерседеса» была колоссальной. Однако то, каким образом Марк Уэббер рискнул оставить за спиной Нико Росберга, даже с учетом этого фактора заслуживает внимания. В первом и втором повороте австралиец активировал куда менее заковыристые, но вполне себе проходившие на «Шанхае» комбинации по вскрытию обороны соперников. Безрезультатно — испытывавшему дефицит сцепления с трассой и экономившему топливо немцу за счет грамотного выбора траектории удавалось сохранять лидерство в паре.

    Следом Марк попробовал играть в угадайку, сделав паузу перед выбором Росбергом траектории. Но и здесь Нико ответил блестящим контрманевром: «запустил» соперника по внутреннему радиусу, но позже, чем предусматривалось, по линии движения — точка торможения оказывалась безнадежно пропущенной. Наверное, 99 пилотов из 100 в таких случаях постараются спешно втопить педаль тормоза и, дико вращая рулем, сохранить контроль над машиной. Однако «оззи» оказался тем самым уникальным исключением из правил.

    При брэйкинге он загрузил лишь левое переднее колесо, одновременно в противовес выворачивая руль в сторону правого поворота. Тем самым не только сбалансировал линию движения, но и подготовил баланс для разгона после выхода на апекс. Если бы не вынужденное подруливание для стабилизации шасси, маневр вовсе получился бы образцовым — Марк выигрывал бы у Нико полкорпуса. А так потребовалось дотянуть еще до следующего левого, чтобы получить заслуженную награду за превращение форс-мажора в преимущество.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы