Блог La Strada

«Вы должны признаться, что достигли дна». Что бывает после ухода из футбола

Денис Романцов – о Клаусе Лундекваме

Он учился в самом проблемном классе Беккьярвика. Годы спустя один его одноклассник застрелил вышибалу в ночном клубе Осло, а другой выиграл миллион в лотерее и сошел с ума. В пятнадцать лет Клаус Лундеквам сидел в раздевалке «Эустеволла», команды третьей лиги, и не видел ни одного человека моложе тридцати. У них жены, машины, дети, собаки, охота и рыбалка, у него – подростковые приключения: родители уехали, старший брат созвал друзей, угостил водкой, Клауса вырвало, но это не отвратило его от выпивки – наоборот.

Через три года он дрожал под простыней, не мог заснуть. Север Италии, пара километров от Генуи, середина ноября, а ему и одеяла не дали. Днем Клаус тренировался с молодежкой «Сампдории», он выиграл эту поездку как лучший юниор Бергена. Утром Клаус увидел, как Джанлука Виалли сел в кабриолет «Мерседес», и решил: к черту карьеру страховщика, буду футболистом.

Летом 1994-го, играя за «Бранн» против «Согндала», он упал на плечо после стыка с Ховардом Флу, завыл от боли, попросил пристрелить его и заснул от обезболивающих. Пропустив полтора месяца, Клаус полетел с молодежной сборной в Южную Африку. Экипировщик команды Тур Греннеруд не то шутил, не то издевался: игроки должны заплатить за новую форму, потому что старую подарили игрокам Мальты после товарищеского матча. Но Клаус на мели: он спустил последние деньги на танцовщицу в ночном клубе Валлетты. Возвращение домой – еще один стресс. В аэропорту Йоханнесбурга отказал один из двигателей самолета, но пилот успел затормозить за несколько секунд до взлета и спас жизни Лундеквама, Сульшера, Туре-Андре Флу и других.

На излете мая 1995-го Лундеквам очутился на окраине Минска. «Ой, где был я вчера – не найду, хоть убей!» Вспомнился мальчик у отеля. Он попросил майку, и Клаус вынес ему сумку с одеждой. Потом приходили родители мальчика – благодарили. Вечером проиграли белорусской молодежке 2:4, дальше – ресторан, ночной клуб. Местные ребята увлекли Клауса на afterparty, подогрели, обобрали, и он проснулся черт-те где без одежды и наличных. Он достал из шкафа чьи-то джинсы, спустился на улицу, поймал машину и в отеле попросил взаймы у полузащитника Рогера Хелланда – оплатить проезд.

Через год у Клауса столько денег, что уже не нужно три дня в неделю страховать чужие автомобили. «Саутгемптон» начал сезон с двух поражений, и его тренер Грэм Сунесс предложил Лундекваму трехлетний контракт: «Мне нужен защитник, который опасен и у чужих ворот, и при этом недорог. Мне нужен ты», – сказал Сунесс.

По прилете – отель с запахом сырости, яичница с фасолью на завтрак; утром – первая тренировка. В раздевалке Клаус раньше всех. «Я подумал, что какой-то бомж забрел к нам на экскурсию», – вспоминал потом знакомство с Лундеквамом Мэтт Ле Тиссье, главный герой «Саутгемптона». Через несколько дней – первая игра. Соперник – «Ноттингем Форрест». Пока Клаус очухался – 0:2. Сунесс качал головой: боже, кого я купил. «Не зевай, Клаус, играй быстрее», – крикнул другой защитник Джейсон Додд. Сразу после перерыва забил левый защитник «Саутгемптона» Драйден, за минуту до конца Клаус побежал в чужую штрафную на угловой, прыгнул за мячом с закрытыми глазами, а через секунду понял, что отдал голевой пас Мэтту Ле Тиссье. После игры двоилось в глазах, кружилась голова, сердце выскакивало из груди, не было сил разуться – только бы восстановить дыхание.

Потом автобусом в Линкольн, на Кубок Лиги. В раздевалке тренер «Линкольна» Джон Бек окатил игроков ледяной водой, и те носились по полю, как бешеные собаки, чтобы согреться. В предыдущем раунде это помогло – прошли «Ман Сити», но с «Саутгемптоном» не прокатило, 1:3. Дальше – «МЮ», озлобленный поражением 0:5 от «Ньюкасла». «Ты иностранный **здюк!» – орал в ухо Рой Кин. Через пятнадцать минут Клаус подобрал мяч в центре, рванул в атаку, но Кин ударил его коленом в бедро и получил красную. «Саутгемптон» выиграл 6:3.

После победы в финале Кубка Турции-1996 Грэм Сунесс вонзил флаг «Галатасарая» в газон стадиона «Фенербахче», но в «Саутгемптоне» трофеями и не пахло: шесть побед в тридцати одном туре и предпоследнее место. В семи последних играх нужны четыре победы, иначе вылет. «Вы были хорошим игроком, но как тренер вы неудачник», – услышал он от защитника Кена Монку на следующий день после того, как покритиковал его в интервью. Монку собрал сумку и ушел с тренировки. Завтра – решающая игра с «Сандерлендом». Руководство избавило игроков от шестичасовой поездки на автобусе и арендовало самолет. Увидев его, полузащитник Эял Беркович сказал, что не сядет в эту консервную банку, и поехал в Сандерленд на машине. Клаус добрался со всеми, самолетом, а на десятой минуте матча упал. Ему надели кислородную маску и увезли в госпиталь – пятый вывих плеча за три года. «Морфий! Мне нужен морфий! Скорее!» – кричал он медсестре, а утром узнал: «Саутгемптон» победил.

Неделю перед следующей игрой команда провела в Тенерифе – кто в гольф играл, кто у бассейна загорал. По пути домой Сунесс попросил Клауса выйти против «Блэкберна». Так болты же в плече! Но в футбол играют ногами. Не отвертишься. Плечо закрепили ремнем, ввели обезболивающее, Клаус выдержал девяносто минут, «Саутгемптон» не пропустил, забил два и остался в премьер-лиге.

На сборе в Германии Мэтт Ле Тиссье сильно поранил локоть, Клаус отвез его в сельскую больницу – он лучше понимал немецкий – и услышал от местных докторов: нужно ампутировать пол-руки. Перепуганный Ле Тиссье помчался в аэропорт, в Англии успокоили: через полтора месяца будешь играть. Перед последним туром Клаус сказал Мэтту: «Если забьешь «Тоттенхэму» – с меня подарок» – «С чего это?» – «Если не проиграем и останемся двенадцатыми, я получу бонус – сто тысяч фунтов». Ле Тиссье забил в середине первого тайма и утром увидел на пороге Клауса с двенадцатью бутылками ликера «Малибу» и двадцатью четырьмя – «Кока-Колы».

Новый тренер Дэйв Джонс пришел из «Стокпорта», который вынес «Саутгемптон» из Кубка Лиги. Хорошо не «Линкольну» проиграли, а то умывались бы ледяной водой перед каждой игрой. Посреди второго сезона в премьер-лиге Джонс объявил: нужно выиграть все оставшиеся домашние матчи, иначе – привет, вторая лига. После трех поражений подряд, падения на последнее место и арифметического откровения тренера «Саутгемптон» отделал «Уимблдон» 3:1. Неплохо для начала, решили Лундеквам с Ле Тиссье, и дернули отмечать в ночной клуб Chicago Rock. Ле Тиссье подкатил к девушке на танцполе, получил от ее парня пивным бокалом по голове и снова поехал в больницу с Клаусом. Завтра Рождество, а у Мэтта четыре шва.

Месяцем ранее в «Саутгемптоне» прибавление – еще один норвежец Джо Тессем. Сначала все думали, что это брат-близнец Лундеквама: те же рост, прическа, черты лица. Фамилия почему-то другая, но мало ли, какие у них там порядки, в Норвегии-то. И главное – оба родились в конце февраля. «Но он старше меня на год! Вы когда-нибудь видели таких близнецов?» – ворчал Клаус на исходе недели однотипных шуток. – «Да я до тебя вообще норвежцев не видел», – ответил Ле Тиссье. Через девять лет отгремел прощальный матч Лундеквама, и один болельщик сказал: «Клаус, ты великий игрок, я был ребенком, когда ты дебютировал. Я уже женился, а ты все еще играешь за нас!» – «Очень трогательно. Но скажите это самому Клаусу. Я Джо Тессем».

А в остальном обстановка скверная. Мало того что в зоне вылета, так еще и тренера Джонса обвинили в растлении малолетних. Якобы в восьмидесятые он совратил четырех мальчиков, работая в центре для трудных подростков. «У них сплошные неувязки, – сказал игрокам Джонс. – Говорят, что я был в красном «Опеле». Но я родился фанатом «Эвертона» и играл за «Эвертон». Даже мертвым я не оказался бы в машине цветов «Ливерпуля». После ареста Джонса его отец впал в кому, так и не узнав, что  сын оправдан по всем пунктам. Отец Дэйва скончался вскоре после суда.

«Саутгемптон» финишировал семнадцатым, не вылетел, но вместо Джонса возник Гленн Ходдл, не взявший Ле Тиссье в сборную после шикарного сезона-97/98. К тому же Ходдл помешан на диетах, а Мэтт завтракал в «Макдоналдсе» и три раза в неделю выпивал после тренировок с Лундеквамом. Но ничего, сжились, притерлись, в подвале уже не болтались, приблизились к еврокубкам, а потом Ходдла переманил «Тоттенхэм», и Гленн увлек туда партнера Клауса по центру защиты Дина Ричардса (через десять лет Дин умер от опухоли мозга).

Новый тренер, шотландец Гордон Стракан – вот тот и правда тиран. Первое нововведение – спринт каждый день. Второе – закрытие комнаты на новом стадионе, где игроки и тренеры выпивали после матча. «Клаус, ты здесь давно, поговори с ним», – просил Билл Бини, администратор команды. – «Я не могу с ним спорить». – «Но ты когда-нибудь видел непьющего шотландца?» – не отставал Бини. – «Ладно, попробую».

Стракан и слышать ничего не хотел: «Алкоголь губит ваши карьеры, ребята, как вы не понимаете?» Через полгода Мэтт Ле Тиссье завязал с футболом – не из-за сухого закона, с мышцами беда. Стракан обещал выпустить его на пятнадцать минут в последнем туре, но защитник «Саутгемптона» Эль-Хадедж получил красную, и пришлось отстаивать счет 2:1, поднимавший команду с пятнадцатого на одиннадцатое место – а это лишние сотни тысяч фунтов от телевидения. Стракану стало не до Ле Тиссье, он выпустил трех защитников – Тессема, Гарри Монка и Фабриса Фернандеса.

Француз Фернандес, протеже Стракана, прославился скоростью не только на поле, но и на дорогах. Однажды он умчался в Лондоне от трех полицейских машин и девять раз проскочил на красный свет. «Почему не остановился-то?» – спросил Лундеквам на тренировке. – «Я думал, за мной гонятся папарацци». Летом 2002-го Фернандес игнорировал приказ Стракана бежать в холодное Северное море после мучительной тренировки по песку. Лундеквам послушался и простудился, но после такой бесчеловечной предсезонки достиг с «Саутгемптоном» финала Кубка Англии. Перед игрой с «Арсеналом» не спалось, Клаус взял у клубного врача снотворное, не заметил будильник и проснулся в половине одиннадцатого от долбежки в дверь. Что может быть хуже, чем проспать самый важный матч в карьере? Только удалиться на двадцатой секунде. Клаус схватил за шорты Тьерри Анри, убегавшего один на один, но тот не упал и понесся дальше. В итоге ни удаления, ни гола – спас вратарь Ниеми.

«Саутгемптон» все равно проиграл, но Лундеквам утешился вызовом в сборную, где восхитился высокими отношениями Йона-Арне Риисе и Джона Карью. Эти двое вечно ссорились из-за девушек, вызывали их по три за вечер и не всегда могли поделить. Перед отъездом на тренировку Карью влетел в автобус и треснул кулаком в лицо Риисе, сидевшего перед Лундеквамом. Клаус стал оттаскивать Карью, но и сам чуть не отхватил. Тем же вечером Карью выгнали со сборов, а Лундеквам через пару дней впервые сыграл за сборную в статусе капитана.

В конце того сезона Клаус забил первый мяч в премьер-лиге. Восемь лет этого ждал, представлял, как побежит к камере, передаст привет жене, дочерям и родителям, покажет болельщикам духоподъемный жест, но какой там – после гола на него свалилось шесть игроков «Саутгемптона», не вырваться. А больше он и не забивал. Стракан лег на операцию по замене тазобедренного сустава, тренеры замелькали, свалился Харри Реднапп, вылетели во вторую лигу, Клаусу сломали два ребра в игре с «Лидсом», он пропустил два месяца, но болельщики все равно признали его игроком сезона. На четвертой минуте нового чемпионата, в игре с «Дерби», Лундеквам порвал связки и опять надолго выбыл – перед тем матчем бутсы ему чистил шестнадцатилетний дебютант «Саутгемптона» Гарет Бэйл. Заканчивали сезон игрой за выход в премьер-лигу с тем же «Дерби» – колумбиец Джон Виафара забил два мяча, но «Саутгемптон» уступил в серии пенальти.

Через несколько дней Виафара обратился к Клаусу в столовой: «Преступники узнали, что я много зарабатываю в Англии и похитили мою сестру. Они прислали родителям пакет с ее отрезанным пальцем». Бросив обед, Лундеквам побежал в кабинет тренера Крейга Берли. Первым же самолетом Виафару отправили домой с двадцатью тысячами фунтов.

Клаус же полетел в Марбелью. Он часто отдыхал там с семьей, собирался покупать дом и сказал жене, что летит оформлять документы. В баре Linekers одна из трех новых подруг предложила колумбийский кокаин. С футболом покончено: три серьезные травмы за два года, восемь операций, скачки на костылях и изнурительное восстановление – все уже не то, нужны новые эмоции. Устроив прощальный матч, Клаус вложился в ночной клуб «Будда Бар», стал совладельцем фотостудии и арендовал офис. «Когда мне нужно было два грамма, их привозили в офис в течении нескольких часов», – написал Лундеквам в своей книге «Борьба». Кроме кокаина, Клаусу доставляли таблетки, снотворное и обезболивающее, которые он запивал водкой. За месяц до Рождества 2008 года он обнаружил, что агент по недвижимости Крис О’Хара исчез с 400 000 евро – авансом за дом в Марбелье.

Сначала Клаус говорил себе, что заполняет таблетками и наркотиками пустоту, образовавшуюся после ухода из футбола, но теперь он просто отключался от реальности, в которой не осталось денег на будущее жены и детей. После благотворительного аукциона в гольф-клубе он напился бесплатного вина и сел за руль. На трассе М3 отвлекся на поиск подходящей радиостанции и очнулся под подушкой безопасности. Выбрался через пассажирскую дверь, но был ослеплен полицейским фонарем. Отпечатки пальцев, камера, суд – и двести пятьдесят часов исправительных работ. Владельцы магазина в Истли привыкли, что к ним присылают трудных подростков, а тут увидели футболиста, десять сезонов отыгравшего в АПЛ. Клаус по восемь часов в день гладил рубашки. Прохожие смотрели то с насмешкой, то с сочувствием.

Отработав срок, Лундеквам начал заказывать таблетки в интернете – их доставляли из Индии, США и Кореи. Посылки часто задерживались на таможне, а иногда отправлялись черт знает куда. «Нина, где находится Уайтли?» – спросил Клаус, получив почтовое извещение. – «Кажется, по дороге в Портсмут». – «Эти идиоты послали мой пакет в Портсмут! Но мы еще успеем до закрытия отделения. Отвези меня!» – «А девочки?» – удивилась жена. – «Возьмем их с собой. Тиа, Кая, одевайтесь, едем кататься». Богом забытая затуманенная деревня. Пожилая дама протянула Клаусу коричневую сумку, он сразу открыл, увидел сотню таблеток окситоцина, проглотил горсточку и запил колой. Домой ехали молча. Нина тихо плакала. Лил дождь.

Клаус перестал спать и есть, только кокаин и таблетки, одежда висела на нем, как на огородном чучеле. Нина увезла детей в Норвегию, он остался один. Лежал на кровати, собственная кожа казалась смирительной рубашкой. Он услышал, что дверь открылась, кто-то поднимается по лестнице. Полиция: «Вы арестованы за хранения наркотиков». Он рванулся на кухню и схватил нож: сначала поймайте. Через несколько минут его загнали в угол, выбили нож и надели наручники. В камере Клауса рвало кровью, болело сердце. Вернувшись домой, он купил на последние деньги билет в Рио-де-Жанейро, выпил две бутылки водки и позвонил маме: «Звоню попрощаться. Для меня все кончено. Попрощайся с папочкой. Скажи, что мне очень жаль». Клаус отключил телефон и закрыл глаза.

Он проспал вылет в Бразилию и вскочил от звонка в дверь. Сотрудница фотостудии, проглотившей четверть миллиона фунтов, сказала, что пора продлевать аренду офиса, а не на что. Клаус не ответил. Он попросил отвезти его в реабилитационную клинику Тони Адамса.

На пять пациентов – семнадцать сотрудников. Ни компьютеров, ни телефонов. Все пациенты – бывшие спортсмены. Четыре недели Клаус отвечал на неудобные вопросы психологов, тренировался и общался с главврачом Питером Кэем, который в конце восьмидесятых загонял в себя по две бутылки водки и три грамма кокаина в день, после чего впал в кому из-за почечной недостаточности и остановки сердца. Выйдя из клиники, Клаус встретил жену и дочерей. «За последние месяцы я была спокойна, только когда ты был в тюрьме и в больнице – там хоть кто-то о тебе заботился», – сказала Нина. Они вернулись в Норвегию, Клаусу предложили работу на канале TV2, эфиры будоражили так же, как матчи когда-то, но вскоре его позвали на турнир в Саутгемптон. Через три дня Клауса нашли в номере с четырнадцатью пустыми бутылками вина и шестью – ликера.

Вернувшись в Норвегию, он принял двадцать таблеток трамадола, запил шампанским, но выжил и несколько дней провел в психиатрической клинике. В интервью Norsk Rikskringkasting Лундеквам рассказал, что в Англии ставил от одной до десяти тысяч на события матчей с его участием – кто первым коснется мяча, кто подаст угловой, но ни разу – на результат. Клауса облепили английские журналисты, от них не скрыться и в Бергене. Ему снова понадобились кокаин и водка. Его закрыли в психушке на девять недель. «Вы должны признаться себе в том, что достигли дна, – сказал врач, – Если вы хотите жить, вы должны понять, что вам больше некуда падать».

Сегодня Клаус тренирует юношескую команду Бергена, хвалится новым искусственным газоном, а на Рождество продает в клубном магазине фейерверки и бенгальские огни.

«В 16 лет я открыл для себя пиво и девушек». Путь офисного клерка в АПЛ

«Кажется, он с другой планеты». Футболист, которого считали ненормальным

Фото: ebok.no; Gettyimages.ru/Mark Thompson, Jamie McDonald, Shaun Botterill, Mike Hewitt; REUTERS

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья