Блог Le Блог Sportif

«В «Барсе» говорили, что почти не буду играть, но мне было насрать – я знал, что стану миллионером». Алексу Сонгу 33 – и он звезда чемпионата Джибути

Теперь доигрывает в чемпионате Джибути.

2011-й год. Лидер «Арсенала» Сеск Фабрегас сбежал в «Барселону» за трофеями.

Арсен Венгер, всегда любивший франкоговорящих игроков, не стал реинвестировать деньги в другую суперзвезду. Потратил треть выручки на Микеля Артету и понадеялся на камерунца Алекса Сонга, который при Фабрегасе всегда оставался в тени.

Сонг выдал лучший сезон в карьере – 1+11 в АПЛ, но не стал любимчиком Венгера – и ушел вслед за Фабрегасом. За восемь лет в «Арсенале», с 15 лет, парень ничего не накопил, на его счету лежало меньше ста тысяч евро (зарплата за две недели). А тут Алекс увидел увидел контракт на 70 тысяч евро в неделю – и не поверил глазам.. 

«Даже не задумывался, когда «Барселона» предложила мне контракт, – сказал Сонг в прямом эфире в инстаграме. – Решил, что моя жена и дети должны жить в комфорте, когда моя карьера закончится. Спортивный директор «Барсы» сказал, что я почти не буду играть, но мне было насрать. Я знал, что теперь стану миллионером».

В этот момент, почти десять лет назад, закончился футболист Алекс Сонг.

Сонг всегда мечтал о богатой жизни. Хотел машину, как у Анри, но продал ее через два месяца

 Алекса с детства воспитывал двоюродный брат (Сонг рано потерял отца) Ригобер, начинающий футболист «Метца», а много лет спустя камерунская футбольная легенда и лидер по количеству матчей за сборную. Он помогал маме Алекса и учил брата играть в футбол.

В шесть лет Алекс смотрел, как брат бегает на чемпионате мира, называл его кумиром и мечтал стать таким же. В 8 лет уехал из Камеруна в пригород Парижа Сент-Уан к маме, а в 12 попал на первую тренировку в школе «Ред Стар».

«До 14 лет я даже не думал о профессиональной карьере, – говорил Сонг The Telegraph. – Мне просто нравилось играть. Я смотрел на профессионалов и думал: «Когда-нибудь и я так смогу».

Когда Сонг проявил себя в матче с «Пармой» на одном из юношеским турниров, его родителям позвонили из «Бастии» и предложили переехать на Корсику. Алекс согласился, хотя мама не хотела его отпускать – боялась, что не справится в интернате без родителей.

«Мама предупредила менеджера, что у меня непростая жизнь и что я рано потерял отца. Сказала, что хочет защитить меня от неприятностей. Не знаю, почему, но у меня было хорошее предчувствие. Я поверил главному тренеру и уехал на Корсику», – говорил Сонг.

Этим человеком был главный тренер академии Франсуа Чикколини – один из важнейших людей в биографии камерунского опорника.

Франсуа опекал и защищал Алекса в академии, а через три года стал главным тренером «Бастии» и подтянул 16-летнего парня в основу. В перспективе – на замену ушедшему в «Лион» Майклу Эссьену.

«Франсуа мне как отец. Он дал мне все, – говорил Сонг в 2009-м. – Я очень скучал по нему, когда перешел в «Арсенал», но здесь нашел другого отца».

Вторым отцом для Сонга стал Арсен Венгер. Он забрал пацана в «Арсенал» после первого сезона на профессиональном уровне, хотя Сонг не сделал ни одного результативного действия, а «Бастия» вылетела из Лиги 1.

Венгер оберегал Сонга от критики, хвалил его на пресс-конференциях, а через полгода выпустил в старте на матч с «Туном» в Лиге чемпионов – рядом с Анри, Юнгбергом и Ван Перси. В первом же сезоне в Англии Сонг вышел в финал Лиги чемпионов.

Тогда у 17-летнего парня от успеха немного слетела крыша.

«Когда я только попал в «Арсенал», мне подняли зарплату с 4 до 15 тысяч фунтов в неделю. Я был в восторге. Общался со старшими партнерами, покупал все, что хотел, проводил сумасшедшие ночи», – говорил Сонг в прямом эфире в инстаграме.

Особенно Алекс завидовал Тьерри Анри – мечтал о такой же машине.

«Я ходил на тренировки и видел короля Анри, подъезжающего на базу на невероятной тачке, – продолжил Сонг. – Чистый бриллиант. И сказал себе, что куплю такую же, сколько бы это ни стоило. Я пошел в автосалон и взял ее в кредит. Мне нужна была такая же машина, как у короля! Через два месяца я вернул ее обратно – все деньги уходили на бензин. Сказал им: дайте мне какую-нибудь простую «Тойоту», потому что эту я не потяну.

На следующей тренировке Анри спросил меня: «Ну что, малыш, где твоя машина?». Я сказал, что не могу позволить такой уровень».

Алекс с детства мечтал о семье. Ему очень не хватало папы, поэтому Сонг женился в 18 и в 21 стал отцом двоих детей

Такая яркая жизнь продлилась недолго, буквально пару месяцев. Сонг просто попробовал свободу и беззаботность, но быстро отказался от этого ради камерунской возлюбленной.

В Оливию Алекс влюбился еще в Камеруне, в 18 они поженились в Лондоне. В 19 у Сонга родился первый сын Нолан, в 21 – Кайлиан.

«Когда у меня родился первый сын, я благодарил Бога, потому что очень хотел иметь семью. Теперь у меня двое детей, и я дам им все, что нужно. Люди говорили, что я слишком молод. Говорили, что два ребенка в 22 года – это слишком рано. Но я счастлив и горжусь, что дети могут наблюдать за мной на поле. Каждый раз, когда я выхожу на «Эмирейтс», смотрю вверх и ищу глазами Оливию с детьми. Машу им рукой и выкладываюсь ради них, потому что они делают меня сильнее», – рассказывал Сонг в интервью The Mirror в 2009-м.

У Сонга действительно особенное отношение к родным. В его огромной мусульманской семье (семь братьев и 17 сестер) папа был главной фигурой. У него было пять жен, которые после его смерти разъехались с детьми по всему свету. Кто-то остался в Камеруне, кто-то умчал во Францию.

Алекс общался и поддерживал всех, но действительно нуждался в одном человеке – отце, которого он практически не застал.

«Моему старшему сыну три года. В этом возрасте я потерял папу. Когда он приходит из детского сада и говорит: «Папа, поиграй со мной!», я начинаю думать, что со мной происходит. Бывает, сижу дома на диване и чувствую, что мне чего-то очень сильно не хватает. Кого-то не хватает. Говорю это и понимаю, что хочу плакать. Я почти не знал отца, поэтому было тяжело в школе смотреть на то, как папы забирают моих одноклассников. А у меня никого не было. Поэтому в восемь лет я решил, что хочу быть отцом. Хочу, чтобы моя семья была рядом. Хочу, чтобы меня просто любили», – говорил Сонг в интервью The Telegraph.

С 2009-го Алекс действительно сильно прибавил, стал крепким игроком основы «Арсенала», пусть и не самым ярким. На фоне Сеска Фабрегаса, Робина Ван Перси и Самира Насри это было довольно сложно.

Сонг взбунтовался, потому что Это’о забрал капитанскую повязку брата. И чуть не пропустил из-за этого чемпионат мира

В сборной Камеруна все тоже было непросто. В 2009-м перед чемпионатом мира в ЮАР Камерун возглавил Поль Ле Гуэн и отдал капитанскую повязку Самюэлю Это’О.

Все бы ничего, но он отобрал ее у двоюродного брата Алекса Ригобера.

«Это решение дестабилизировало сборную, – говорил Radio Sport Info ветеран Камеруна Эжен Экеке. – Ле Гуэн отобрал капитанскую повязку у Сонга и отдал Это’о, которому она была не нужна».

Сборная разделилась на кланы. 

Первый – за нового капитана Это’О, который обещал, что подарит каждому часы Eto’o World за 33 тысячи евро, если Камерун пройдет на чемпионат мира-2010

Второй клан – друзей братьев Сонг. Алекс очень разозлился на Это’О, потому что его брата откровенно выдавливали из команды. И обвинял Это’О в фаворитизме.

Третий клан – метисы. Камеруно-немцы Матип и Шупо-Мотинг и франко-камерунцы Бассонг и Ассу-Экотто. Этих ребят не принимали другие игроки, потому что они якобы «не понимают менталитет Камеруна».

Камерун, разорванный на микрогруппы, провалился на чемпионате мира, а Сонг ушел из сборной.

Через год, перед отборочным матчем Кубка Африканских наций с Сенегалом, Алекс вернулся. Но в первый же день отказался пожимать руку Это’О. Самюэль обиделся, нашел главного тренера, чтобы пожаловаться, но тот отказался слушать капитана. Это’о разозлился, ушел в номер и выключил телефон, а потом не пришел ни на командный ужин, ни на утреннюю тренировку. Конфликт дошел даже до министра спорта.

На следующий день главный тренер сборной Хавьер Клементе попросил Сонга уехать из сборной. В тот же вечер Это’О раньше всех пришел на ужин, ехидно улыбаясь. Сонга затем еще и оштрафовали на 1352 фунта. 

И такие конфликты продолжались примерно каждые полгода. Это’О тешил самолюбие, говоря, что Сонг не может считаться одним из лучших в мире, потому что он не самый сильный игрок даже в Камеруне. Сонг наоборот пытался сгладить конфликт и называл Это’О лучшим среди камерунцев и одним из лучших в мире. 

В «Барселоне» Сонг променял амбиции на деньги и комфорт на скамейке

После чемпионата мира в ЮАР и ухода Сеска Фабрегаса из «Арсенала» праймовый Алекс Сонг стал одним из лучшим опорников в Европе.

Наладил взаимопонимание с Робином Ван Перси и доказал, что не просто типичный африканский опорник-разрушитель, а еще и креативный плеймейкер.

Правда, за годы в АПЛ Сонг не выиграл ни одного трофея. И почти ничего не заработал.

«Я проработал в «Арсенале» восемь лет, но клянусь вам, что нормально зарабатывал только в последние четыре года. Зарплата реально выросла, но я и очень много тратил. За восемь лет даже не смог накопить 100 тысяч фунтов, хотя все вокруг думали, что я миллионер».

Поэтому Сонг не смог отказать «Барселоне», хотя спортивный директор каталонцев Андони Субисаррета предупредил, что выходить на поле Сонг почти не будет. Так что в 2012-м Алекс перестал думать о карьере. Теперь его приоритет – благополучие семьи.

Алексу нарисовали 63 миллиона евро отступных, но через четыре года он ушел из «Барсы» бесплатно.

Сонг не вписался в игровую модель и выглядел хуже Серджи Бускетса. Алекс напоминал манерой игры другого бывшего африканского опорника «Барселоны» Сейду Кейта. Только малиец спокойно принял роль вечного запасного, а камерунец – нет.

Главное, чем запомнился Сонг в Каталонии – фейл на вручении чемпионского кубка сезона-2012/13. Карлес Пуйоль передавал трофей Эрику Абидалю, который заканчивал карьеру в клубе, но перед этим отодвинул Сонга. Камерунец подумал, что это ему предназначен кубок от капитана.

«Алекс со своим опытом и возрастом должен играть в стартовом составе любой команды мира», – подталкивал его к отъезду Самюэль Это’о.

Алекс, как и Сеск Фабрегас, хотел вернуться в «Арсенал», но лондонцы не смогли забрать парней обратно, поэтому испанец оказался в «Челси», а камерунец – в «Вест Хэме».

«Я мог бы играть в Лиге чемпионов. Звали «Наполи», «Рома», «Марсель» и турецкие команды. Но мой приоритет – вернуться в Англию для комфорта семьи. Нам тут нравится. Поэтому я выбрал клуб, который не очень хорошо знаю. Но тут все довольно неплохо».

Сонг припарковал карьеру в огромном доме на окраине Лондона, который построил, еще выступая в «Арсенале». С колоннами на входе, Bentley в гараже и Land Rover с номерами 000 5ONG. Потому что «не хочет быть как все».

Сонг выбрал уют в большом городе и клубе, который никогда не мог претендовать на Лигу чемпионов. И был уверен, что останется в зоне комфорта надолго.

«Мое будущее – в Англии. У меня будет много возможностей остаться здесь. У меня дом в Лондоне, семья, друзья детей. Мое сознание говорит: «Оставайся!». Дети просят остаться. Но я пока не знаю, как поступлю после окончания аренды в «Вест Хэме», – говорил Сонг в интервью The Guardian в 2015-м.

После окончания контракта с «Барселоной» Сонг не остался в Англии. Ни в АПЛ, ни в «Галатасарае» не потянули зарплату в 4 миллиона евро в год (с учетом премиальных).

Даже в «Рубине» не рассматривали Сонга первым номером.

«Мы рассматривали Нойштедтера, – говорил Хави Грасия в интервью «Бизнес Online». – Видели его как игрока середины поля. Но поскольку этот вариант сорвался, мы выбрали Сонга». 

Сонг в «Рубине»: жил в отеле напротив Кремля, почти ни с кем не общался и даже не ездил на машине

28 лет – пиковый возраст для полузащитника. Казалось, поигравший в АПЛ и Ла Лиге камерунец разорвет РПЛ.

К тому же Сонг убеждал, что переезд в Россию – только ради амбиций и большого проекта.

«Переход в «Рубин» – история не про деньги. Если бы дело было в деньгах, прошлой зимой, когда у меня было большое предложение из Китая (около восьми миллионов евро), я бы поехал туда. Но я этого не хотел. Мне всего 28 лет, у меня еще есть время и силы. Я просто хотел что-то поменять. Я амбициозный человек, а «Рубин» – большой проект. Хочу творить историю», – сказал он в эфире программы «КульТура».

Поначалу Сонг действительно показывал лояльность новой команде. Призывал голосовать за Казань как эмблему для 200-рублевой купюры, говорил, что планирует выучить русский, долго общался с болельщиками после матча с «Уралом». 

Сонга поселили в дорогом отеле «Мираж» прямо напротив Кремля (номер – от 6000 рублей за сутки, люкс – от 13 000 рублей, президентский люкс – от 36 000). В нем видели лидера новой команды Хави Грасии, ставили в старт и ждали чего-то сверхъестественного.

Но получили доигрывающего в России парня, который сидел в отеле, ни с кем не общался и даже не выбирался из номера.

«Игроки делятся на два типа, – рассказывает в интервью Sports.ru бывший переводчик «Рубина» Артем Журавлев. – Одним все интересно, они много общаются с людьми как Мортитц Бауэр или заводят русские семьи как Жоаозиньо или Нобоа. Как правило, иностранцы начинают учить язык, когда у них появляются русские подруги.

Другим это просто не нужно. Они живут в скорлупе и ни с кем особо не общаются. Яркий пример – Гекдениз Карадениз. За 13 лет в России он почти не говорил на русском, хотя почти все понимал. Сонг тоже общался только с франкоговорящими ребятами – Мвилой и Лестьенном – и еще какими-то местными камерунцами».

Сонг старался держать себя в форме. Каждый день по несколько часов уделял массажу и физиотерапии – стремился продлить карьеру. Совсем не пил и лишь иногда выбирался в местные рестораны с Лестьенном и Мвилой. 

Алекс жил по системе Tchakap. Это что-то в духе растафарианства, но с камерунской спецификой: комфорт, спокойствие, смех, любовь и все хорошее.

«Сонг никогда не стремился выделиться, пролезть на первый план. Был в тени. Но высказывал мнение, когда просили. Алекс не тщеславный, флегматичный и неконфликтный. Всегда был немного сам по себе. И еще прикольно одевался. В Tchakap свой», – продолжал Журавлев.

 
 
 
View this post on Instagram

A post shared by Systeme Tchakap (@systemetchakap)

Алекс еще в 2014-м выпустил бренд одежды Tchakap. Одевал всю «Барселону». Даже сделал розовую кепку под третий комплект команды (такая стоит примерно 45 евро).

«Некоторые смеялись над моей одеждой – говорил Сонг Daily Mail в 2014-м. – Говорили: «Ты сумасшедший!» Но в этом весь я. Такой экстравагантный парень с необычным стилем. И я никогда не изменюсь».

До зимней паузы Алекс жил в отеле. Ему предлагали несколько вариантов квартир, но он от всего отказывался. Говорил, что ждет жену и детей, а им нужен дом.

В клубе быстро поняли, что Алекс не стоит 4 миллиона евро в год. Он не тянул роль лидера ни в раздевалке, ни на поле. В ноябре 2016-го экс-звезда АПЛ перестала попадать в состав: Алекс не сыграл в ни минуты в четырех последних матчах года, потому что проиграл конкуренцию Руслану Камболову.

Но самую фантастическую фразу насчет уровня Сонга сказал Хави Грасия в октябре 2016-го:

– Почему не играет Алекс Сонг?

– У нас не играет еще и Магомед Оздоев! Сонг не играл с «Крыльями Советов» не из-за травмы. Он пропустил несколько тренировок.

Вскоре Сонга переселили на базу – очевидно, чтобы поскорее найти команду. Алекса предлагали турецким середнякам – «Трабзонспору» и «Османлыспору» – и китайцам. 

Дошло до того, что партнеры по «Рубину» стали жаловаться на лень Сонга и Лестьенна. Но Хави Грасия все еще верил в камерунца.

«Я жду от Алекса большего. Думаю, что нам всем нужно ждать большей отдачи. На мой взгляд, он еще не показал свой уровень», – надеялся Грасия в марте 2017-го, но через три месяца попытки прекратились, потому что главным в Казани снова стал Курбан Бердыев.

Сонг сказал новому тренеру, что сложности в клубе возникали из-за проблем в семье. Уже после «Рубина» Алекс с огромной болью вспоминал этот период жизни на базе.

«Я говорил жене и детям, что все хорошо, но это было не так. Я просто не хотел, чтобы они волновались, потому что я должен быть позитивным для Оливии и своих мальчиков и не грузить их проблемами», – говорил он в интервью The Telegraph.

Сонг признавал, что жизнь на базе была комфортной, но ему сильно не хватало дома.

«У Сонга была по контракту клубная машина, но Алекс ей почти не пользовался. Был в комнате на базе все время. Иногда я его возил куда-то. Но вообще он любил размеренную жизнь», – говорит Журавлев.

«У меня была хорошая комната на базе. Отличные условия. Но почему-то было не очень комфортно. Не было возможности расслабиться. Я все время сидел в комнате и даже не включал свет. Не знаю, почему. Просто сидел в интернете. Даже не смотрел телевизор, потому что ничего не понимал. Вся моя жизнь – телефон и компьютер. Только два или три раза я выбирался в рестораны. Честно говоря, так редко, потому что у меня не было друзей. Хотя в Казани хорошие люди, отличный город. Вроде все хорошо, но мне было одиноко», – говорил Сонг The Telegraph.

Старый новый коуч не стал церемониться с Сонгом – и дал ему два матча. С «Зенитом» и «Арсеналом». 

«Играли с тульским «Арсеналом». Выиграли при этом, да еще и сам Сонг забил, – рассказывал в интервью «Спорт День за Днем» Магомед Оздоев. – Бердыев никогда не придавал особо большого значения статистике. Верил прежде всего глазам. Матч закончился, все рады победе… Через день теория. Я сижу и не понимаю: почему я столько набегал, около 13 километров?! А Курбан Бекиевич включает запись и начинает прямо с этого момента. Здесь Алекс не идет на подбор, здесь не пошел еще куда-то, и так далее. Бердыев и говорит: «Алекс, я тебя уважаю и как футболиста, и как человека, но играть ты больше не будешь. До тех пор, пока не будешь работать по максимуму».

Больше Сонг ни разу не вышел в старте, но искренне не понял, почему.

«Мы выиграли в матче с тульским «Арсеналом», я даже забил. Но потом меня посадили на лавку. До сих пор не понимаю, что случилось. С сентября до декабря меня ни разу не выпустили на поле!»

В тот же момент Сонг узнал, что такое задержки зарплаты. В «Рубине» не платили примерно четыре месяца, но Алекс подумал, что без денег оставался только он.

«Возможно, руководство решило не платить тем, кто получает слишком большую зарплату. В клубе говорили, что деньги вот-вот поступят на счет. Было сложно. У меня не так много денег в банке, и я не мог просто сидеть и ждать. Мне звонили из банка насчет ипотеки в Лондоне. Спрашивали, где мои деньги. Это просто ужасно. Раньше у меня никогда не было проблем с деньгами, а тут звонили банки и требовали заплатить!» – делился Сонг российскими ужасами с The Telegraph.

После России Сонга уволили из «Сьона» за то, что отказался сокращать зарплату. Алекс доигрывает в Джибути – его позвал президент страны

Зимой 2018-го Сонга не взяли на сборы «Рубина», полузащитник уехал тренироваться на базу «Арсенала». Венгер разрешил ему прийти в форму на английских газонах. 

А потом камерунец разорвал контракт в одностороннем порядке из-за задержек зарплаты и подал жалобу в ФИФА, заявив, что в Казани ему не доплатили 9 млн евро. «Рубин» в ответ подал на него в суд с требованием компенсировать 40 млн евро за неправомерное расторжение контракта. В итоге стороны отозвали иски – «Рубин» просто компенсировал два миллиона. 

После России лучше не стало. За полтора сезона в чемпионате Швейцарии Сонг сыграл 20 матчей (0 голов и 0 ассистов) и шесть раз вышел за молодежку «Сьона». В начале пандемии камерунца уволили. Он отказался поддержать клуб и урезать зарплату.

«В 16:00 нам пришло сообщение в WhatsApp, где написали, что снижают зарплату до 12 тысяч евро. Ну, или что-то такое. И прислали документ. Мы должны были подписать его и вернуть до полудня. Нам никто ничего не объяснил, поэтому мы логически не могли его подписать. Даже наш капитан ничего не понял. Поэтому мы решили, что не будем ничего подписывать».

Всех, кто не подписал (девять человек, включая Сейду Думбия и Алекса Сонга), сразу уволили.

Теперь Алекс заканчивает карьеру в Джибути. Это крохотная страна на восточном Африканском побережье размером с Орловскую область. Одна из беднейших в мире (162-е место в мире по ВВП на душу населения), в которую в последние годы активно вкладываются китайцы. Здесь стоят китайская и американская военные базы. 

В «Арта/Солар 7» Сонга позвал лично президент Джибути. В аэропорту Алекса встречала толпа, местные даже не выпускали машину Сонга. Камерунца здесь любят и ценят. Как короля.

«Африканский футбол многое дал моей карьере. Теперь я должен помочь ему. Выстроить академию и развивать футбол в Джибути. Это челлендж, который меня заинтересовал».

«Арта/Солар 7» – лидер чемпионата Джибути, но в этом чемпионате не затерялся бы, наверное, любой игрок РПЛ.

Даже по африканским меркам «Арта/Солар 7» очень слабая команда. В ноябре проиграла 1:9 египетскому «Эраб Контракторс» (четвертой команде Египта) в отборочном турнире Кубка Конфедераций – это африканский аналог Лиги Европы. Алекс сыграл в этом матче один тайм. 

Теперь Сонг строит дом в Камеруне

Но реально футбол в Джибути Алексу не слишком интересен. Он уже давно занимается другими проектами. 

Еще во время игры в «Сьоне» он создал школу для камерунских детей: Canadian International Schooland College. Колледж включает в себя детский сад, начальную и среднюю школу. Правда, непонятно, как Алекс связан с Канадой.

 
 
 
View this post on Instagram

A post shared by Alex_Song (@team_song17)

Но главное детище Сонга в последние годы – огромный особняк Nokay 17 (название – в честь имен детей и игрового номера). Алекс начал строить его в самом модном районе столицы Камеруна еще в 2014-м и потратил 7 млн долларов. На фоне одноэтажного Яунде огромный дом с тренажерным залом, бассейном, бильярдом, модными картинами и стеклянной лестницей выглядит как вершина африканского зодчества.

Прямо как два года на скамейке «Барселоны».

Фото: Gettyimages.ru/Mike Hewitt, Christian Fischer / Stringer, Tom Dulat / Stringer, Michael Regan, Alex Caparros, Lefty Shivambu / Gallo Images, Epsilon / Stringer; globallookpress.com/Panoramic/ZUMAPRESS.com ; РИА Новости/Максим Богодвид; East News/JAVIER SORIANO/AFP ; instagram.com/systemetchakap; instagram.com/team_song17; instagram.com/17alexsong

Автор

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья