8 мин.

Дражен Петрович Реквием

Это было в первую неделю июня 1993 года. Дражен Петрович тогда находился Польше, где проходил отбор к европейскому чемпионату, защищал честь Хорватии. Он звонил своему другу и адвокату Нику Гояку, который находился тогда в Портленде, чтобы поведать новость. Эти двое часто болтали друг с другом, даже после того, как Петрович оставил Портленд и начал все с нуля. А звонил он вот по какому поводу: Его выбрали в третью сборную Всех Звезд и он хотел обрадовать своего друга.

"Он сказал, 'Ник, мое имя оказалось в топ-15. Это действительно что-то значит для меня,'" вспоминает Гояк. "Последние слова, которые он сказал мне, заключались в том, как он действительно был горд этим."

Ему пришлось отработать четыре сезона. Испытать все тяготы, как физические, так и психологические, чтобы заслужить уважение. Он прибыл из европейских лиг как курьез. Американские журналисты называли его Моцартом и часто рекламировали не его мастерство, а человека преемника Пита Маравича.

Моцарт рано понял, что лигу под себя не подстроишь, поэтому придется подгонять себя под нее. Его тело изменилось, его игра изменилась. Трэйл Блейзерс не дали ему шанса, но в Нетс он воспользовался им сполна. В то время он был третьим лучшим шутинг-гардом лиги. Он стал оригиналом, и первым европейцем кому удалось попасть в Звездную сборную.

В голосе Петровича не было ни капли волнения. Он был очень горд. Он любил свою страну за то, что она воспитала его. Теперь он отдает ей долг, пытаясь вывести ее на ЧЕ. Получить эту награду означало опровергнуть суждение того, что в НБА нет место европейцам.  Петрович стремился изменить мнения многих. Он смог заставить людей заметить его, уважать, и ожидать от него еще большего.

Два друга попрощались. В душе Гояка был огонек, радость за друга, за то, что его выбрали в топ-15. Это означало, что он продолжит совершенствоваться и достигнет вершины.

Два дня спустя жизнь Петровича прервалась.

***

Баки Бакуолтер, вице-президент по баскетбольным операциям Трэйл Блейзерс, уже давно был очарован возможностями европейских игроков. Джордж Фишер, американец, который тренирует во Франции, подтверждает большую часть своих опасений:

"Я думаю, что изначально тренеры лиги так колебались, потому что у международных игроков была совершенно другая репутация. Они были немного темпераментны," сказал Фишер. "У них не было такого физического превосходства. Тренеры, которых я тогда знал, постоянно говорили об этом."

Бакуолтер постоянно обсуждал европейских игроков. И всегда беседа затрагивала тему двух игроков из Европы: Петровича и Арвидаса Сабониса. У Петровича и Сабониса было что-то вроде конкуренции в то время.  "Между Сабонисом и Петровичем было две игры. Первая - выявить, какая команда сильнее. Вторая доказать всей Европе кто круче, Сабонис или Петрович," вспоминал Зелько Павлицевич, тренер Цибоны, за которую играл  Петрович в сезоне 85-86. "Это было действительно важно для него." Эти два игрока любили начинать битву еще до матча, через СМИ. (В тот год Цибона Петровича обыграла Жальгирис Сабониса в 1986).

Бакуолтер пользовался каждой возможностью, чтобы попасть в Европу и посмотреть на молодое дарование. То, что он показывал, была красивая комбинация таланта и основных принципов, которые и привлекли Бакуолтера. "Я убежден в том, что у него есть талант играть в НБА," сказал Бакуолтер. "Вы смотрите на Дражена и  видите, насколько он хорош. Его форма с самого начала была превосходна. Он был прекрасен."

С благословения владельца Трэйл Блейзерс Ларри Вайнберга Бакуолтьеру был дан зеленый свет. Он мог взять и Сабониса и Петровича на драфте 1986 года, даже если ни он, ни какой-либо другой руководитель лиги не имели ни малейшего представления о том, как вырвать игрока из Европы и поместить в суровую среду Америки.

Но в Америку Петрович приехал только три года спустя. Как и обещал, он завершил все дела в Европе и приехал в лигу в сезоне 89-90. Он нанял Уоррена ЛеГари в качестве своего агента, который знал, как помочь европейцу в лиге. ЛеГари представлял интересы первого западноевропейца в истории лиги (испанца Фернандо Мартина) и был сведущим в этих вопросах.

"[Менеджмент] хотел получить уникального и в то же время разностороннего игрока. Одна из проблем заключалась в тренере," рассказывает ЛеГари. "Они всегда чувствовали, что европейцы были в роли маркетингово инструмента, вместо действительно конкурентоспособного игрока. Многие тренеры боялись, что игроки не смогут выразить эмоции, так как не знали языка. И в важные моменты игры, не смогут понять партнеров."

Однако это не относилось к Петровичу. На горизонте замаячила другая проблема. Дражен не смог заиграть, так как в то время главным в Портленде был звездный атакующий защитник Клайд Дрекслер.  "Он всегда говорил мне, я могу сделать его, я могу сделать его, я могу играть, тренер просто глуп, не используя меня" - поведал Дино Раджа, бывший товарищ по команде Петровича по сборной Югославии, а потом и Хорватии, который позже отыграл четыре сезона в Бостон Селтикс.

И вот прошло почти половина второго сезона  Петровича в лиге(1990-91), как он оказался в Нетс. На этом настаивали обе стороны и команда и ЛеГари. Дражен был молод и отчаянно пытался проявить себя. Для Петровича завоеванная Европа была только первым шагом. В мире Петровича самодовольство было ловушкой, простоя он терпеть не мог.

Нью-Джерси было благословением. В Нью-Джерси у него появился "новый  Бакуолтер" - Уиллис Рид, генеральный менеджер команды. Рид верил, что со временем парень мог стать очень хорошим игроком. Петровичу это напомнило его пребывание в Портленде. Но окрыленный мечтой стать лучшим защитником в лиге, он отбросил все сомнения прочь.

"Дражен всегда был готов познавать что-то новое. Он учился у НБА," - говорил Рик Карлайл, в те времена помощник главного тренера Нетс. "Он знал историю НБА, и также знал, что открывал новые возможности для будущих европейских игроков. Он не хотел, оказавшись здесь быть обычным игроком. Он хотел доказать, что европейцам есть место в лиге. Он хотел стать одним из лучших игроков НБА"

Следующее лето 1991, Дражен запер себя вместе Ричем Далатри, тренером "сетей", в спортзале, работая над физикой и пониманием игры. "Он хотел быть лучшим," сказал Далатри. "Он хотел быть лучшим, и он действительно мог им быть. Он хотел доказать всем, что он может играть в этой лиге." Петрович набирал по 20.6 очков, реализуя 50 процентов с поля в '91-92. Он финишировал вторым в номинации Самый прогрессирующий игрок. И в первом же матче плей-офф набрал 40 очков.

"До этого момента НБА и не предполагала, что европейцы могут показывать такой результат," говорил Раджа. "Но он сделал результат, и все стали относиться к нам иначе."

Петрович был лидером сборной на Олимпийских играх 1992 года в Барселоне. И затем в сезоне 1992-93, он показывал совершенно другую игру. Он стал сильнее, осмысленнее, стал лучше понимать игру. Он набирал по 22.3 очка за матч (девятый в лиге) и еще раз помог Нетс выйти в плей-офф. И все же его будущее вызывало сомнение. Поговаривали, что Петрович переживал, так как его не выбрали на Матч Всех Звезд. Он собирался стать свободным агентом тем летом и был недоволен медлительностью Нетс на рынке, так как считал, что он фундамент той команды. Масло в огонь подливали и СМИ, которые все время говорил о предложениях, которые поступают ему из Европы. После того, как Нетс были разбиты Кливлендом в первом раунде, Петрович поклялся репортерам, что его карьера в НБА закончена.

В нем было то, что отличало его от своих "собратьев" европейцев. Он был уверен в себе и своем деле. Он относился к себе совершенно иначе. Он не считал себя  ролевиком, хотя другие европейцы были бы рады и такой роли. Но его пример, подстегнул других сомневающихся европейцев сделать шаг вперед.

"Дражен был первым парнем, который вел себя как звезда," - сказал Харви Аратон из Нью-Йорк Таймс. "Это был его язык тела на площадке."

А потом он ушел. Это было жуткое стечение обстоятельств. Дражен в последнюю секунду решил все-таки сесть в автомобиль, за рулем которого находился его друг. Быстрая немецкая трасса, мокрая дорога и все... Его смерть опустошила всех. Несчастный случай заставил Чака Дэли уйти в отставку с должности тренера Нетс. Сами Нетс, команда неплохого потенциала, самоликвидировались и сели на дно. Хорватская национальная сборная, серебряные медалисты Барселоны, перестала покорять вершины.

Однако, с точки зрения истории, Петрович внес огромный вклад в развитие баскетбола. На следующий сезон, после его смерти, хорваты Раджа и Тони Кукоч вошли во вторую команду новичков. Детлеф Шремпф, немецкий форвард, играл на трех Матчах всех звезд и, как Петрович, вошел в третью сборную. Также и другой немец, в 2001 году вошел в третью сборную. Этим парнем был Дирк Новицки. В следующем сезоне сразу два европейца побывали на Матче Всех Звезд (Новицки и Пежа Стоякович).

Это было время Дражена Петровича. Позже он был включен в Зал Славы. Однако больше за его международные заслуги. Он ощутил на себе тенденцию. Но он смог противостоять ей, заставив общественность изменить свое мнение не только о нем, но и обо всех европейских игроках. Возможно, сам он считал иначе. Но именно он дал толчок к тому, чтобы не бояться и шагать вперед.

Оригинал Тут