Red
Блог

Глава 14. Босс остается

Мне довелось слышать, что тренер ничего не может поделать после начала матча. Это абсолютная чушь. Если кто-то так говорит, значит, у него самого никогда не было хорошего тренера.

Наш тренер оказывает огромное влияние на команду в любой момент матча. Ты ощущаешь его присутствие в голове постоянно. Иногда в затылке, иногда во лбу, и ты говоришь себе: «Боже, я встречусь с ним лицом к лицу в перерыве. Мне лучше прибавить, или он снимет с меня скальп».

Поймите меня правильно, команда не живет в постоянном страхе. В основном ты концентрируешься на своей игре. Но в то же время ты знаешь, что ты всего лишь марионетка в его руках. У него все под контролем. Он создает, либо рушит твою карьеру. Он решает будет ли это отличным субботним вечером с фирменными «Отлично, сынок», либо это будут бессонные выходные. Все зависит от него, будешь ли ты есть за ужином любимую китайскую еду, попивая вино со своей семьей, после матча, либо будешь ли ты сидеть в полном безмолвии. Он управляет твоей судьбой.

Тренера беспомощны у кромки поля? Вы никогда не услышите это от игрока «Юнайтед», который видит своего тренера у кромки поля, кричащего во всю глотку. Ты видишь его уголком глаза, ты знаешь, что он обращается к тебе, и ты пытаешься показать, что не видишь его, сконцентрировавшись на чем-то другом.

Иногда ты притворяешься, что не видишь его (Гиггзи овладел этим искусством мастерски в последние годы), иногда ты начинаешь ничего незначащую беседу со своим товарищем по команде, чтобы сделать вид, что ты занят. Но ты знаешь, что он не купится на это. Ты знаешь твое время придет или в перерыве, либо после игры, если ты не уйдешь оттуда вовремя. Это очень сильно влияет на тебя. Ты сожалеешь о любом промахе и работаешь с удвоенной силой, чтобы исправить это. Ты понимаешь, что это тренерский талант, что игрок постоянно чувствует его присутствие.

Он находится постоянно возле вас. На тренировках он никогда не берет на себя руководство. За все проведенное мною время, он считанное количество раз вмешивался в тренировочный процесс. Он всегда был строгим менеджером, не тренером. Но каким-то образом он никогда ничего не упускал. Он внезапно появляется, прохаживающимся туда-сюда у кромки поля, разговаривая с тренерами или по мобильному телефону, но всегда во внимании. Все знают, что он трудоголик и приходит на тренировочную базу раньше всех. И ничего не может скрыться от его глаз и ушей, пока он находится здесь.

До матча он просто присутствует, но в день матча он оживает по-настоящему. С 13-30 до 14-00 часов проводит беседу. Это его время – самые важные тридцать минут в неделю. Он рассказывает нам, как мы будем действовать в игре, сильные и слабые стороны соперника. В поздние годы мы просматривали видео, но менеджер постоянно пользовался собственными заметками, сделанными вручную. Было необходимо рассказать многое, как всей команде, так и индивидуально. Он может упомянуть самого опасного игрока соперника, либо сказать нам постараться избегать нарушений. Он может сказать: «Старайтесь всегда опережать их левого защитника, потому что он медленный».

Он не кричит, он просто доносит свой посыл, как генерал перед битвой, уверенно и понятно. Каждое сказанное слово имеет причину. В основном он серьезен, хотя иногда он смягчается, часто непроизвольно. Мы всегда предвкушали игры с «Астон Виллой», потому что хотим услышать как он коверкает имя Уго Эхиогу. «Постарайтесь закрывать Эхугу, Эхогу, ладно не важно как его звать, но вы поняли». Мы всегда смеялись над этим про себя. Он никогда не мог произнести его имя правильно.

В раздевалке перед матчем, он не говорит много, хотя иногда он чувствует, что надо воодушевить игроков. Под его руководством состав разных национальностей, разных возрастов, разных характеров, ребята из Бразилии и местные парни, такие как я, и он хочет, чтобы мы чувствовали себя как единое целое. Частью команды.

Три или четыре раза за сезон он произносит одну и ту же речь – и это всегда работает. «Оглянитесь вокруг», – скажет он. «Посмотрите друг на друга и гордитесь тем, что вы в одной команде». Он укажет на каждого лично. «Я выбираю его в свою команду. Тебя и тебя». Как только он заканчивает, вы чувствуете, что у ваши волосы встали дыбом, по коже ползут мурашки, сердце пытается выпрыгнуть из груди.

Иногда он может остановится на каком-то инциденте, как когда работник «Стэмфорд Бридж» схлестнулся с Патрисом Эвра. «Посмотрите на Патриса, в нем 4 фута роста, но он никого не боится. Он не уступит никому. Он боец. А что вы можете сказать про себя?»

Потом, перед тем, как вы будете выходить из раздевалки, он будет стоять в дверях. Вы можете увидеть его там всегда перед матчем и в перерыве. Вы проходите мимо него и он будет пожимать руку каждому игроку и персоналу клуба. Ему не нужны слова. Он босс, наверное величайший менеджер в стране. Что еще вам нужно для мотивации?

Влияние и сила нашего босса никогда не подвергались сомнению, несмотря на преклонный возраст. Поэтому до сих пор непонятно, как он мог уйти на пенсию в 2002. Какая бы это была потеря! Только представьте сколько чемпионств и других трофеев он бы пропустил. Посчитайте сколько соперников он бы не победил.

Приближался сезон 2001/02, и мы отсчитывали дни до пенсии босса. Он подтвердил, что это будет его последний сезон, даже несмотря на то, что мы выиграли 3 последних чемпионата. Мы были машиной, проходящей катком по нашим соперникам, но теперь каждую неделю возникали слухи, кто будет нашим менеджером, и кем будет Ферги в будущем.

Я не могу описать, как все эти слухи подрывали команду. Слухи давно вышли за пределы клуба, но эффект огорчения был бесспорным. Авторитет менеджера как всегда был на уровне, но мне кажется подсознательно ты начинаешь тратить энергию, обдумывая, что тебя ждет дальше. Но это непозволительно, когда вы замешаны в таком серьезном деле, как погоня за трофеями.

Находясь в страхе от того, что нас ждет в будущем в случае, если босс уйдет, Стив Макларен покинул команду и ушел в «Боро», и он не был заменен должным образом. Мы бы могли добиться большего с его тактическими наработками, особенно учитывая, что в команде проходила перестройка. 

Яп Стам был продан, что имело эффект разорвавшейся бомбы, таким же как и новость об уходе Спарки, даже для игроков, я бы даже сказал, особенно для игроков. Множество слухов окружало уход Япа, основным была его выпущенная «противоречивая» автобиография, но мне кажется, что книга была лишь второстепенным фактором, можно сказать не имеющим к этому никакого отношения.

Я знаю, что менеджер не был в восторге от этой книги, также не был я, так как меня обозвали «навязчивая п****». Яп говорил мне это в лицо много раз, и я знаю, что он говорил это шутя, но на страницах Daily Mirror это выглядело иначе.

Он был очень тактичным, потому как он был очень мягкий в душе, такой большой веселый медведь. Фил, Батти и я часто подшучивали над ним, щелкая его по ушам или давая подзатыльник, и он бежал за нами, как отец за непослушным ребенком. Он не хотел задеть своей книгой кого-либо, он просто не думал, что следствием его сериализации будет то, что короткие отрывки вырастут в огромные истории. Как я объяснял ему, ты можешь сказать, что Руд ван Нистлроой вел себя слишком эгоистично в голевых моментах, но заголовок не сможет передать суть того, что его эгоистичность была частью его футбольного гения. 

Многие считали, что на уход Стама повлияло то, что менеджер перестал ему доверять, что было ошибкой, босс позже это подтвердил. Он думал, что  Яп уже не такой быстрый, и исключил его из своих планов. Хотя это и было отчасти правдой, он оставался незаменимым звеном в обороне нашей команды. Его не хватало.

Яп находился в шоке, когда я наткнулся на него выходящим из офиса босса.

«Я уезжаю. Я лечу в Рим вечером, чтобы подписать контракт с Лацио».

«Но у тебя еще не истек контракт. Ты можешь остаться».

«Нет, он хочет чтобы я ушел. Нету смысла оставаться там, где тебя не хотят видеть».

Это выглядело загадочным, особенно странным было то, что Лоран Блан, классный защитник, но у которого все лучшее было позади, был выбран в качестве замены Стаму. Есть не так много решений, вспоминая о которых, наш тренер признавал свою неправоту. Но это точно было одним из них.

Одной из позитивных сторон было несколько значимых подписаний. По прошествии года, как и было запланировано был подписан Руд ван Нистлрой – самый классный нападающий, с которым мне доводилось играть. 

Дальше пришел Хуан Себастьян Верон, он был куплен из «Лацио» за 28 миллионов фунтов. Как и все, я был рад его приходу. Он был успешен в Италии. Смесь его южно-американского стиля с нашим британским характером вполне могла стать отличным подспорьем для повторного завоевания Европы.

К сожалению, это не сработало. Мы видели Себу на тренировках, он был фантастичен. Он обладал хорошим пасом и ударом, он имел хорошее видение и достойные физические данные, также он выкладывался по полной. Но оказалось невозможным ввести его в состав. Использование Себы вместе с Роем в центре, означало, что Сколзи будет выдвинут вперед вторым нападающим под Рудом. Ему не нравилось играть спиной к чужим воротам. У нас был сильнейший состав, но он не работал.

Я понимал, что пытался сделать босс. Мы должны были лучше контролировать матчи в Европе, диктовать и варьировать скорость, а не подавлять соперников мощью. Поражения в Лиге чемпионов от «Реала» и «Баварии» научили нас этому. Но теперь мы были на полпути нашего плана.

У нас были вингеры, но они вешали мяч нашему центру-форварду Руду, который не очень любил играть головой. Мы пытались действовать через центр, но Сколзи и Себа постоянно друг другу мешали. Нам надо было продолжать играть, но было очень трудно менять наши привычки. В декабре мы находились на девятом месте, после трех поражений подряд. И менеджер не мог бросить нас в такой момент.

Ходили слухи, что клуб хочет пригласить Свена-Йорана Эрикссона, ввиду позитивных результатов на посту тренера сборной Англии. Возможно другой тренер, может Свен мог прийти и привести клуб к завоеванию трофеев. Но я рад, что мы так это и не выяснили. Ведь работа в таком клубе тренером – это огромная ответственность, справиться с которой может разве только кто-то вроде Моуринью с его рекордами и уверенностью. Лично я даже представить себе не могу, что играю под руководством кого-то другого. В феврале мы узнали, что босс никуда не уходит, чему все были очень рады.

Он собрал всех игроков в раздевалке, чтобы рассказать нам об этом. Не было никаких эмоций – этого не происходит в раздевалке, но мы все были очень счастливы в глубине души. Я говорю «все», но лицо Йорка стало еще темнее, после новости, так как босс не включал его в состав и он рассчитывал снова выходить на поле при новом менеджере. Как только босс покинул комнату, Кино вскликнул: «Тебя поимели, Йорки».

Решение тренера остаться, повлияло на нас очень сильно, но было очень поздно, чтобы что-либо исправить в этом сезоне. Положительным моментом была форма Руда. Наверстывая упущенное время, он забил 23 мяча в 32 играх в чемпионате в его первом сезоне. Он был прирожденным голеодором, он владел всей штрафной площадью, что свидетельствовало об огромной силе, но иногда всех разочаровывало. Он был единственным членом команды, с которым я почти подрался.

Мы играли на выезде с «Мидлсбро» и я выдал пас по флангу. Руд вскинул руки вверх, как бы говоря: «И что мне делать с таким пасом?». 

Я побежал вперед: «Беги за мячом, ты ленивый ублюдок».

В тот момент я думал о том, что Спарки, Энди Коул или Оле-Гуннар Сульшер побежали бы за этим мячом. Но не Руд. Он хотел сохранить свою энергию для штрафной площади.

Я сразу же забыл об этом, но после игры я сидел в углу, снимал бутсы, когда он подлетел ко мне, размахивая головой: «Не смей кричать на меня на поле, твою мать!»

Я встал и попытался оттолкнуть его. Но товарищи подбежали и разняли нас. Это все были пустяки, но Руд был остановлен. За ночь вся злость ушла на нет и на следующий день мы пожали руки.

Частично я могу его понять. Руд игрок штрафной площади. Это было его сильной стороной, и он возможно лучший нападающий, который играл в «Юнайтед». В отношении коэффициента голов, он был невероятен. Он был на одном уровне с Ширером, может даже выше. Но он был высокомерным. Он наверное думал, что я простой неотесанный английский правый защитник, а он наследник Ван Бастена. Бежать за мячом не был его сильной стороной, и где-то он был прав. Во времена Маклера и Спарки, они бы догнали мяч, удержали бы его и отдали назад, но это стало слишком предсказуемым. Игра изменилась, и изменилась в лучшую сторону. Она стала более утонченной. 

Несмотря на все голы Руда в 2001/02, этот сезон стал для нас первым без трофеев после 1997/98. Мы потеряли слишком много очков в начале сезона и отпустили «Арсенал» слишком далеко, также было слишком много проигрышей в Европе, самый обидный из которых пришелся на матчи с «Байером».

Нас выбили в полуфинале, команда, которую мы должны были проходить и я сломал ногу в ответном матче и пропустил финальную часть чемпионата мира. Я чувствовал боль в ноге и даже ходил на рентген перед матчем с «Леверкузеном». Мне сказали, что у меня ушиб. Во время матча я совершил подкат и почувствовал, что что-то не так. Через пару минут я хромал, и я понял, что не смогу продолжать играть. В течение часа я отправился в госпиталь для рентгена и доктор скажет мне, что я сломал плюсневую кость.

«Я смогу сыграть на чемпионате мира?»

«Нет. Не получится».

Восстановление займет от 8 до 12 недель. Я хорошо считал, поэтому понимал, что пролетел. Это было несчастьем, потому что я был на пике формы. Я восстановился после событий 2000-го года и действительно набрал свою лучшую форму.

Я решил поменять стиль жизни. Раньше я читал много газет, очень много. Я брал на заметку все плохие статьи. Я был слишком эмоциональным. Поэтому после Евро-2000, и после того сезона в «Юнайтед», я решил расслабиться. Я решил не читать желтую прессу.

Я переехал в новый хороший дом из старого в пригороде Манчестера, в пентхаус в Динсгейте в самом центре города. Я хотел больше участвовать в социальной жизни. Это не означало, что Гари Невилл превращается в тусовщика – нет, это было не так. Я все так же рано ложился перед играми. Но я стал чаще ходить выпить вина и поесть по четвергам, чем ложиться в 9-30, думая о соперниках. Я почувствовал больше баланса в жизни. Как раз вовремя.

Я сознательно ставил перед собой цель стать более прогрессивным правым защитником, стал работать над атакующей манерой и кроссами. Я знал, что выбора у меня не было, если я хотел остаться в «Юнайтед». Я должен был стать гибким защитником, способным делать проникающие забегания, а не только защищаться.  

Моя решимость к улучшению зашкаливала, и я действительно чувствовал пользу. Я был подавлен, что пропускаю чемпионат мира-2002, не только потому что я опять наслаждался своей игрой, а потому что мы отлично играли под руководством Свена, пришедшего после Кевина (Кигана), и он незамедлительно наладил и улучшил нашу игру.

Я полюбил Свена с самого начала. Наверное, к нему появились определенные упреки в конце его пребывания на посту тренера, но первые несколько лет были незабываемыми. В сборной мы наслаждались нашей игрой и командным духом, также как и во времена Терри Венейблса. У меня никогда не было проблем с тем, что нами руководил иностранный специалист. Все считали, что нам нужен тренер англичанин, но я хотел просто хорошего специалиста, особенно после предыдущих разочарований. Я до сих пор так считаю. Возможно, вариант с англичанином более предпочтительный, но приоритетом всегда должен оставаться лучший специалист.

Свен был хорошим боссом. Он унаследовал команду с плохим командным духом, но в течение нескольких месяцев привел нас к незабываемой победе 5-1 в Мюнхене. Его работа не была какой-то особенной, просто правильные решения в выборе состава и простое, но эффективное общение. Он внушил команде, что все находится под контролем, что, если мы не будем нервничать, все пойдет по плану. В то время, когда моя собственная игра и вера в себя удручала, его спокойствие и легкое общение было как раз то, что мне необходимо.

Свена боготворили в те дни. Даже когда мы сыграли вничью с Грецией в последней квалификационной игре перед чемпионатом мира. Плохая игра была забыта в эйфории после гола со штрафного в исполнении Бекса на последних минутах. Я стоял рядом, когда он оценивал ситуацию. Тедди попытался спросить, мог ли он пробить штрафной, но забрать штрафной удар у Бекса приравнивалось к чему-то вроде кражи бумажника.

Я развернулся и посмотрел вверх на часы на одной из трибун «Олд Траффорд». Время вышло. Думаю Бекс знал об этом, и вот это и отличает великих игроков от остальных: когда все потеряно, когда все зависит только от тебя одного, великие все равно делают свое дело.

Я знал, что он забьет, когда мяч отлетел от его бутсы. Это был изумительный удар и изумительная игра в его исполнении. Он всегда был трудолюбивым игроком, но повязка капитана сборной Англии по-настоящему раскрыла Бекса.

Он любил носить повязку, хотя я думал ее передадут мне в апреле 2002, во время товарищеского матча против сборной Парагвая. Но Свен посадил меня на скамейку по пути к выходу на поле: «Гари, сегодня я хочу сделать капитаном Майкла Оуэна».

Типичное поведение Свена, он был дипломатичным. Практично он сказал мне, что я был более прирожденным капитаном, чем Майкл. Он почти извинился передо мной. Но почему он не дал мне повязку?

Ничего личного против Майкла не имею, но у нас были другие игроки, такие как Рио, Стивен Джеррард, Фрэнк Лэмпард и я, которые были более подходящими кандидатурами. Но Майкл был более известным, и Свен имел слабость к таким вещам. Конечно, решение не повлияло на исход матча, но выбор был странным. Я смирился с этим, но, возможно, должен был возмутиться сильнее. Эта маленькая слабость в Свене еще даст о себе знать в будущем.

Однако я ни в коем разе не могу обвинить его в поражении в матче против Бразилии на ЧМ-2002. Эту игру я смотрел из ТВ-студии. Дэнни Миллс играл правого защитника. Я никогда не был его фанатом, но я не мог упрекнуть его или кого-либо другого из ребят, которые дошли до четвертьфинала.

Действительно, они не лучшим образом держали мяч, но они играли против команды топ-игроков под палящим японским солнцем. Они были вынуждены постоянно отбирать мяч и быстро устали. Я не мог быть очень критичным, так как сам играл там в составе сборной несколько раз, и знал, что значит быть переигранным более классным соперником.

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья