Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Денис Паршин: «Закончим хорошо, поэтому начали не очень»

    24-летний Денис Паршин в ЦСКА проводит уже седьмой сезон. За последние два года скоростной форвард стал одним из лидеров нападения красно-синих. Но пока ни его, ни чьи-либо другие голы и передачи команду не спасают. В интервью Sports.ru Денис рассказал о причинах неудач армейцев, как попадал в аварию и о приключениях, которых не ищет.

    Денис Паршин: «Закончим  хорошо, поэтому начали не очень»
    Денис Паршин: «Закончим хорошо, поэтому начали не очень»

    «Удача к нам повернулась»

    – Часто меняете номер телефона?

    – Нет. Наверное, сейчас – первый раз лет за пять. Второй – тоже работает, но этот – основной.

    – А я думала, может, недовольные игрой команды донимали звонками.

    – Нет. Ни разу такого не было. Никто не доставал. Так, просто набирали, общались. Вы вот позвонили. Мама, папа, друзья, знакомые звонят.

    Посмотрим. Надеюсь, сейчас уже вообще не будет недовольных. В команде у нас все спокойно. Нет никакой паники.

    – А была?

    – Ну как... Присутствовала небольшая нервозность, но сейчас уже можно сказать, что она прошла. Конечно, уверенности нам не хватало, потому что не выигрывали. Будем побеждать, она появится и у тренеров, и у игроков.

    «Да причин-то много. Если искать, то можно прилично найти»

    – Почему же такой неудачный старт получился?

    – Закончим хорошо, поэтому начали не очень. Сейчас все вроде налаживается.

    – Есть мнение, что вы либо не доработали летом, либо нагружены до сих пор.

    – Скорее всего, переработали (смеется). Да нет, мы хорошо провели предсезонку, сейчас уже в форме, отошли от нагрузок. Усталости не видно. Хотя в начале сезона было дело, когда нагружали нас.

    – Это и есть причина, выходит?

    – Да причин-то много. Если искать, то можно прилично найти. Даже не знаю, как ответить: причина это была или нет. И сваливать на что-то другое не хочется.

    – В чем же тогда дело было? Где искать?

    – Только в себе, наверное. В других – смысла нет. Я иной раз плохо сыграл, тренера не послушал. Он ругался. Очень часто бывало такое. Сейчас уже поменьше. Проводим работу над ошибками после каждой игры.

    – То есть вы не побеждали, потому что не выполняли тренерскую установку?

    – Я не сказал бы, что «не выполняли». Просто, как мы заметили, бывает, что ведем в одну шайбу, а потом в третьем периоде пропускаем. И в итоге проигрываем. Не знаю, как это назвать… У нас так очень часто случалось. Отдавали очки, которые, в принципе, должны были брать. Вот в последних матчах мы почти всегда счет удерживали. Должно сейчас все пойти в нашу пользу. Удача к нам повернулась, надеюсь.

    «Паузу не ждал. В перерыве же больше тренируешься. А лучше играть»

    – Ситуация, сложившаяся на старте, самая пессимистическая за ваше время в ЦСКА?

    – Если честно, не помню, было хуже или нет. Случалось, тоже много матчей подряд проигрывали. Выходили из этого. Да и сейчас выйдем, я уверен. Команда у нас хорошая: и опытные, и молодые игроки есть. Коля Пронин, Слава Козлов, Егор Михайлов всех подбадривают, они лидеры в раздевалке. Вообще ребята стараются, все стоят друг за друга. Так что, я думаю, все у нас будет хорошо.

    – Паузу ждали?

    – Я, если честно, не особенно. В перерыве же больше тренируешься. А лучше играть. Тренироваться надо перед началом сезона. Мы должны были во время паузы отправиться в Финляндию на четыре-пять дней, но поездку отменили. По правде говоря, и не было желания ехать, хоть и ненадолго.

    – Собирались вместе вне льда?

    – Конечно. Встретились командой, кто с женами, кто с подругами. Не так давно. Сидели, общались.

    – Просто так или целенаправленно, потому что дела не складывались?

    – Второе. Мы решили поговорить по душам. Вне льда. Удалось – не со всеми, правда. Музыка мешала или сидели далеко. Команда большая, тяжело в одной куче находиться. Мне кажется, чем чаще у нас будут такие встречи, тем лучше. И, я думаю, Сергей Львович не против, даже наоборот – за.

    «А форма все не надевается»

    – Вам Штястны кто-то переводит?

    – Никто. Жестами понимаем друг друга. Если что надо со Штястны или Валиккетом обсудить, у нас многие говорят на английском. Никаких проблем. Даже Сергей Львович предлагал: «Если что-то хочешь у ребят спросить, ты подойди ко мне, я переведу, помогу тебе».

    – Обращались к нему?

    – Пока нет. Зачем? Так все понимаем. Да и что говорить-то лишний раз? Вышел, да играешь.

    – Последнее событие, не оставившее вас равнодушным?

    – Вот недавно: когда мы проигрывали постоянно. Удивлялся, если честно. Все, причем, одно и то же: на последних минутах. Ведем, ведем – и пропускаем. Уже начинаешь удивляться, задумываться, почему так. По правде говоря, для меня самым главным было залечить травму. Когда я снова стал играть, нога еще немного болела. Не буду скрывать.

    «Тренер, бывает, у меня спрашивает: «Когда Широков приедет?» Ну, откуда ж мне знать»

    – Что случилось?

    – Сам толком не знаю. Где-то «потянул», и пошло-поехало. Потом играл. Когда на льду, не обращаешь же на это внимания. Скорее всего, в игре это произошло. Хотя, может, и на тренировке.

    – Со сном проблем не было, в связи со всеми неприятностями?

    – Я всегда, после любого матча, неважно победного или нет, засыпаю ближе к утру. Мысли об игре не уходят из головы. Я думаю, так у многих, чуть ли не каждый хоккеист, тяжело засыпает. Лежишь, вроде спать хочется, глаза закрываешь, а не спится. В обычные же дни в двенадцать, в полпервого уже сплю. Хватает. Восемь часов как раз то, что надо.

    – Суглобову снится, что он на тренировку опаздывает.

    – У меня примерно то же самое. Бывало, например, я во сне очень долго переодевался. Хочу побыстрее, и опаздываю то ли на игру, то ли на тренировку, уже не помню, неважно. Одеваюсь, одеваюсь, и не могу одеться. Не раз такое снилось. Остается минут пять-десять, тороплюсь. Вроде успеваю, надеваю форму, а ее все равно нет на мне.

    – Забавно. А наяву вы человек пунктуальный?

    – Да, я предпочитаю пораньше прийти, чем минута в минуту. Не люблю опаздывать.

    «После любого матча, неважно победного или нет, засыпаю ближе к утру»

    – С Широковым созваниваетесь?

    – Последнее время – давно. Как-то он звонил, я не успел трубку взять. Может быть, приедет скоро. Надеемся.

    – Вы его агитируете?

    – Почему? Наоборот. Но он мне сам говорил, если за океаном не будет получаться, то приедет. Пока вроде у него там не особенно хорошо дела идут. Посмотрим, как он решит. Тут его всегда ждут. Тренер тоже, бывает, у меня спрашивает: «Когда приедет?» Ну, откуда ж мне знать.

    – Многие жалеют, что распалась тройка Паршин – Никулин – Широков.

    – Я, в принципе, тоже этому не рад. У нас хорошо получалось. Но Саня уехал играть в Америку. А сейчас его в «Амур» отправили – жаль. Но, говорят, все, что ни делается, – к лучшему.

    «В интервью обычно не отказываю»

    – Самый запоминающийся сезон в ЦСКА?

    – Именно для меня, наверное, предыдущий. И времени на льду получал много, и очков набрал больше, чем когда-либо. Это по игре. А если о команде говорить, то – когда в ЦСКА выступали Сергей Мозякин и Николай Жердев. Помню тот сезон, я еще молодой был. Много хороших хоккеистов играло. Учились у них. И до сих пор стараемся.

    – Но статус у вас изменился.

    – Это, конечно, чувствуется. Те ребята сейчас в другой команде, а мне в ЦСКА больше доверяют, надеются на меня. Я стараюсь, как могу.

    – А внимания болельщиков больше стало? Узнают?

    – Нет. Я ж не великая звезда, что меня узнавать-то. Обычный хоккеист. Ну, бывало пару раз, да. А так… Москва большая. Не все люди хоккеем увлекаются и не все болеют за ЦСКА.

    – Вы ведь и интервью не особенно жалуете.

    – Да. Мало берут, поэтому мне непривычно. Шутка. Да не сказал бы, что ко мне такое уж большое внимание. Иногда подходят, спрашивают. Никогда не отказываю, в принципе.

    – Какой самый популярный вопрос слышите?

    – Надо что-то конкретное привести?.. Для меня это очень сложно. Не знаю, почему. Вроде всегда вспоминаю, а начинаю интервью давать, и они у меня автоматически почему-то забываются.

    – А вообще с людьми легко контактируете?

    – С теми, кого давно знаю, да. А если только познакомился, то я, конечно, не слишком общителен. В меру.

    «Я ж не великая звезда, что меня узнавать-то. Обычный хоккеист»

    – У многих игроков негласное правило – дома о хоккее не говорить. А у вас?

    – Я могу послушать, но не очень долго и не слишком часто. Иначе просто надоедает. Кто-то говорит, я начинаю бурчать, недовольство свое показывать. И сразу закрывают тему.

    Девушка моя похвалит, когда я хорошо сыграю. Когда плохо, естественно, скажет, что плохо. Она раньше в хоккее не понимала ничего, а сейчас уже прилично разбирается. Для девушки – прилично.

    – Нормально воспринимаете замечания?

    – Да, конечно. А что? Она же не целую ночь говорит. Сказала, послушал – и все, и хорошо. Она тоже переживает, как и отец, родственники, друзья. Эмоции, высказаться надо.

    – Что папа говорит?

    – «Не расстраивайся», «все будет хорошо», «молодец». Примерно так.

    – Александр Андриевский месяц переживал из-за того, что не попал на Олимпиаду. Случалось так долго беспокоиться из-за чего?

    – Нет. Я плохое стараюсь сразу забыть, выкинуть из головы как можно быстрее. Конечно, расстраиваюсь, когда проигрываем, когда у меня ничего не получается. Даже бывает, когда голевые моменты не использую. Вообще, если я очень часто думаю, что надо забить, отдать, то у меня как раз и не получается. А если не «заморачиваюсь», скорее всего, все нормально будет.

    «Скорость люблю, но в пределах разумного»

    – На что вне хоккея отвлекаетесь?

    – Люблю кино посмотреть. Все подряд: ужасы, комедии, боевики. Вот недавно ходил на фильм «13». Знаете такой?

    – Не смотрела. Советуете?

    – Да. Интересный, мне понравился. Мурашки по коже бегут. Видели фильм «Смерть в прямом эфире»? Там тоже что-то похожее есть. Я люблю, когда страшно, когда убивают. Но только в фильмах, естественно. А то, мало ли, подумают еще…

    – Подумают, что ищете приключений?

    – Точно. У меня особых приключений не было, и я не пытаюсь их найти.

    – Баландин плечом останавливал велосипедиста.

    – Видимо, не заметил его. Такая машина! Велосипедист, наверное, как в стену врезался. А Баландин даже не почувствовал ничего, поди.

    – Так и было. Вы свои хоккейные навыки в жизни применяли?

    – Раньше, когда в метро ездил, постоянно. Там толкаются, все куда-то спешат, пытаются обогнать, плечо поставить. И я побыстрее – оп-оп, пробежал, и пошел.

    «Я люблю, когда страшно. Но только в фильмах, естественно»

    – То есть вы знаете, что такое час пик в метро.

    – Да. Хотя уже года три туда не спускался, наверное. Нет, изредка бывало. Когда в институт ездил, потому что на машине невозможно было добраться до Малаховки, лучше на метро и на электричке. Поначалу очень тяжело было привыкнуть к московской суете. Да и сейчас, когда опаздываешь куда-нибудь, начинаешь нервничать. Я люблю выходные. Машин поменьше – ездить спокойнее.

    – Разогнаться можно…

    – Я, конечно, люблю скорость, но в пределах разумного. Чтобы погонять, подурачиться, у меня такого не было.

    – Часто останавливают?

    – Бывает, конечно, не без этого. И в аварию разок попадал, в том году. Быстро ехал, а дорога скользкая была.

    – Отделались?..

    – Я-то да, а машина так, чуть-чуть не «отделалась». Почти три месяца в ремонте была.

    – Какая марка?

    – У меня Lexus GS450. Сейчас езжу, хорошо отремонтировали его. А тогда, кстати, на тренировку ехал. Я на Ходынке живу...

    – ... и умудрились от нее не доехать до дворца ЦСКА?!

    – Да. Затормозил поздно…

    – Все от пунктуальности, наверное?

    – Конечно. Думал, опоздаю, блин, решил поторопиться...

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы