Серебряков об отъезде в «Сагино» в 2012-м: «Русских там не любили, было тяжело. У нас даже такси не было, приходилось договариваться с кем-то из команды, чтобы довезли на арену, но никто не хотел»
– Сейчас наша вратарская школа в почете. Многие уезжают за океан, даже ничего не добившись в России, и пробиваются через фарм-клубы. А как обстояли дела, когда ты отправился в «Сагино» в 2012 году?
– На нас обращали внимание уже тогда. Я был последним вратарем, выбранным на импорт-драфте, потом вообще запретили выбирать голкиперов из Европы. Нас опасались уже тогда.
Но я попал в команду, где русских совсем не любили, и было тяжело. Тренд на отъезд был уже тогда. В Канаде начали переживать за своих вратарей и стали вводить запреты.
– В чем выражалась нелюбовь к русским?
– У нас даже такси не было. Приходилось договариваться с кем-то из команды, чтобы довезли на арену, но никто не хотел. Хотя все проезжали мимо. Немного не повезло с коллективом в «Сагино».
– Все три года так было?
– Нет, на третий стало легче: я уже был одним из старших в команде, отношение поменялось. Но игрового времени не хватало, и я решил вернуться в Россию, – сказал вратарь «Авангарда» Никита Серебряков.
Кто такого вратаря полюбит? Кроме мамы...))
Странно слышать именно эту тарктовку от человека, бывшего внутри кухни. Канадцы действительно начали переживать за свою школу. Качество канадских вратарей плавно понизилось, европейская школа начала подавлять местных воспитанников. И на этом уровне они ввели не запрет, а ограничение/лимит на легионеров: не более 3-х легионеров. Причём, если команда берёт 1 вратаря, то он приравнивается к 2-м полевым. И тренер лишний раз подумает, брать ли ему одного вратаря при оставшейся возможности взять лишь одного полевого вместо качественного усиления полевыми. И тот факт, что Серебряков был в составе, говорит о других ожиданиях тренера/руководства, нежели "о нелюбви и невезении в коллективе".