3 мин.

Особые приметы: отсутствуют

2 k

Где-то пять месяцев назад колумнист британской газеты The Guardian Джонатан Уилсон попросил меня съездить в весенние Ватутинки к Игорю Акинфееву � выжать из него пару сотен слов прямой речи для статьи в журнале Four Four Two. Никаких откровений от Акинфеева я, конечно, не ждал, но в какой-то момент Игорь сказал: «Я не прочь поиграть в сильном европейском чемпионате, но точно знаю, что буду очень, очень сильно скучать. Я иногда и двух недель на сборах не могу высидеть � так тянет в Россию, к людям, к куполам, к березкам», � и мечтательно посмотрел куда-то в сторону Калуги.

Дело, конечно, было не только в березках: просто Акинфеев давал понять, что эта страна для него ассоциируется с конкретными вещами, что она для него предметна и осязаема, что он знает, за что конкретно любит ее. Так же предметна и осязаема стала сборная России после Евро-2008 � все знали, что в ней играет гениальный футболист Аршавин, тренирует ее удивительный мастер Хиддинк, и она способна на чудо ровно в тот момент, когда никто уже ничего не ждет. И да, тогда казалось, что у этой сборной довольно-таки светлое будущее.

Я помню, как радовались отъезду наших игроков в Европу и прикидывали, кого еще можно было бы продать и куда. Сверхнадежный Акинфеев выглядел отличной заменой ван дер Сару или Альмунии, двужильного Анюкова легко было представить в любом клубе за пределами «большой четверки», а у Игнашевича так и вообще было конкретное предложение от «Вест Хэма». Я помню, как растерянно, но счастливо улыбались, когда Дзагоев гуттаперчево выскочил на дортмундский газон и чуть не сравнял счет в матче с сборной Германии, где пока не началось никакого радикального омоложения. А у нас уже был Алан. Я помню, как Аршавину прощали плохую форму, лень и индивидуализм за то, что он по-прежнему был способен сделать игру одним рывком, пасом, ударом.

По этим приметам нашу команду могли опознать и в остальном мире. Румяный пацан, приложивший палец к губам, чернявый подросток, не сходящий со страниц скаут-репортов, вратарь с волевым подбородком, останавливающий «Арсенал», � кто угодно мог бы понять, что речь идет об игроках сборной России. Эту сборную можно было узнать наощупь, как шрифт Брайля, настолько выпуклой сделал ее Гус Хиддинк. И главная проблема сегодняшней сборной не в конкретном проигрыше словакам � в конце концов, соперникам такого уровня мы уступаем довольно регулярно, � а в том, что ее отличительные черты стерлись почти окончательно.

Из сборной России, словно из спущенного ржавым гвоздем колеса, со свистом улетучилась всякая привлекательность. Акинфеев теперь дарит мяч сопернику, Жирков ошибается в каждом втором игровом эпизоде, Аршавин просто стоит (весь второй тайм еще и почему-то в центре поля), Погребняк проводит матч, уткнувшись затылком в Шкртела. Нет, эта команда, безусловно, небезнадежна � сейчас в ней неплохо играют футболисты «Зенита» и Дзагоев, и она, в общем-то, вполне способна давать какой-то результат, но только за счет общего, по-прежнему довольно высокого класса игроков. Но вот обзавестись какими-то узнаваемыми приметами ей, похоже, больше не удастся. В этом, кажется, уже никто не заинтересован.

За последний год сборная как-то тихонько уковыляла на периферию общественного внимания. После Марибора и программы «Человек и закон» про нее поспешили забыть некоторые болельщики. Потом РФС и Хиддинк долгое время делали вид, что не знакомы друг с другом. Наконец, Сергей Фурсенко бросил все силы на заявку ЧМ-2018 и переход на систему «осень-весна», а в национальную команду по остаточному принципу пригласил хорошо знакомого, невероятного консервативного и дико дорогого тренера � который, как известно, не самый большой любитель что-либо менять. Его вряд ли смутит ситуация, когда на поле летят яблоки, игроки объявляют бойкот прессе, а потом допускают детские ошибки в важнейшем домашнем матче.

Константин Зырянов недавно призвал любить российский футбол таким, какой он есть. Это, наверное, правильно, хотя и очень сложно � всего год назад он был совсем другим. Почему-то кажется, что если бы в России вдруг резко пропали купола и березки, Игорь Акинфеев куда быстрее бы уехал играть в Европу.