Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Заявка России на ЧМ-2018: плюсы и минусы

    Послезавтра в швейцарском Цюрихе в плотно закрытом, но хорошо проветриваемом помещении соберутся двадцать два влиятельных мужчины из разных стран, чтобы решить, где пройдут чемпионаты мира 2018 и 2022 годов. Россия борется за право провести первый из них, а Sports.ru анализирует сильные и слабые стороны отечественной заявки.

    Плюсы

    1. Государственная поддержка

    Главное, что известно о российской заявке членам исполкома ФИФА: ее инициатором и куратором является не только и не столько РФС, сколько руководство страны. Конечно, сегодня приездом Путина на финальную церемонию уже никого не удивить – тем более что на этот раз в Цюрихе соберется тусовка не хуже, чем в Давосе. Но господдержка – официальная и неофициальная – крайне важный фактор для любой страны, где планируется провести такой большой турнир. Вдвойне важна она для тех, чью заявку можно вкратце описать словами «сегодня ничего нет, но завтра все будет». К тому же российское руководство дало понять, что за ценой не постоит и готово не только тратиться на инфраструктуру, но и идти на значительные уступки, которые повысят доходы ФИФА и её официальных спонсоров. А им очень нужны сговорчивые правительства, которые, например, без лишней нервотрепки согласятся на нулевую ставку налога на все виды деятельности, имеющие хоть какое-то отношение к турниру.

    Мало того, нам это может показаться странным, но из-за границы ситуация с заявкой от России производит впечатление народного единства. Многим всерьез кажется, что получив ЧМ-2018, россияне стройными и радостными колоннами пойдут за национальным лидером возводить стадионы и прокладывать дороги, как в свое время отправлялись на БАМ и целину. То ли дело эти англичане, которые никак не могут договориться между собой, что важнее – свобода слова или чемпионат мира с инвестициями.

    2. Долгосрочный эффект

    Умело превращая свои недостатки в свои же достоинства и жонглируя модным английским словом «legacy», российская заявка дает возможность ФИФА выступить в качестве благодетеля, а Йозефу Блаттеру – чем черт не шутит – задуматься о Нобелевской премии мира. Если все пойдет как надо, последствия чемпионата мира в России будут видны невооруженным глазом. Мало того, видны они будут сразу на двух фронтах – сугубо футбольном и общем социальном. И руководству мирового футбола все это не будет стоить ни копейки. Можно, конечно, отдать турнир англичанам, но какая же это стратегия развития? Как ни обидно это для болельщиков, но вопрос «Как провести еще один хороший турнир?» – далеко не единственный в списке ФИФА при выборе страны-хозяйки. Вполне возможно, что и не главный.

    Чемпионат мира в России (равно как и в любой другой развивающейся стране) – это отличная возможность убить трех зайцев сразу. ФИФА сможет подтянуть футбольную инфраструктуру в половине Европы, ее спонсоры освоят новый, большой и вполне перспективный рынок, а страна-хозяйка попытается построить и отремонтировать дороги, аэропорты и гостиницы, занять продуктивным делом часть населения и улучшить свой международный имидж. А кому за все это спасибо и плюс в карму? Естественно, ФИФА и лично Блаттеру. К тому же опыт ЮАР, где обещанные проблемы с преступностью, коррупцией, бедностью населения и недостатками транспорта праздник всё же не испортили, позволяет смотреть на Россию с оптимизмом.

    3. Количество стран-хозяек

    Не секрет, что после чемпионата мира в Японии и Южной Корее руководство ФИФА недолюбливает совместные заявки. Недолюбливает настолько, что в 2004 году даже мимоходом обмолвилось об их запрете. Спустя несколько лет однозначный запрет был снят, но с тех пор проведение чемпионата сразу в двух странах официально признается нежелательным. Естественно, это дает преимущество кандидатуре России на фоне парных заявок Испании с Португалией и Бельгии с Голландией (последние поначалу хотели привлечь еще и Люксембург, но вовремя одумались).

    4. Опыт проведения турниров

    Как ни странно, это одна из сильных сторон российской заявки, которую к тому же осознают в ФИФА. С опытом пока что та же ситуация, что и со стадионами, – его у России практически нет, но после Сочи-2014 он обязательно будет. Проблемы и недочеты, которые возникнут там, можно будет выявить и устранить при проведении мундиаля. Конечно, отличий между этими турнирами немало, но основные слабые места у Олимпиады-2014 и ЧМ-2018 в России одни и те же.

    Есть у опыта и другая сторона: Россия и вообще Восточная Европа никогда раньше не принимали чемпионаты мира. (Не очень-то и пытались, правда, но это уже совсем другая история.) Единственная попытка была в 1984 году, когда СССР проиграл борьбу за ЧМ-1990 итальянцам. Зато наши конкуренты Англия и Испания уже проводили главный мировой турнир, а на счету голландцев с бельгийцами, португальцев и тех же англичан совсем недавние первенства Европы. Сам по себе аргумент «имейте совесть» не так уж важен, но в качестве дополнительного вполне может сыграть.

    Минусы

    1. География

    Чтобы понять, что расстояния между крупными российскими городами очень велики, достаточно тройки по географии. К счастью, составителям отечественной заявки хватило ума не идти на поводу у популистов, призывавших охватить страну от Волги до Енисея, а еще лучше – до Тихого океана. И все равно: от Санкт-Петербурга до Сочи дальше, чем от Мадрида до Праги, а поездка из Прибалтики на Урал вряд ли соответствует представлениям иностранцев о непринужденных летних роуд-трипах. Отчасти проблему расстояний должны решить т.н. кластеры – комплексы близкорасположенных городов, например, волжских или южных. Матчи каждой из групп должны проводиться в одном из них, в крайнем случае одна из трех игр может быть вынесена в соседний регион.

    Помимо расстояний существует еще и маленький, но неприятный вопрос часовых поясов. Основным рынком футбольных трансляций до сих пор является Европа, с которой у большинства городов европейской России два часа разницы, а у Екатеринбурга – все четыре. Отменить декретное время Блаттеру, кажется, никто не обещал, остается уповать на то, что азиатам, наоборот, будет чуть-чуть удобнее.

    2. Транспорт

    Напрямую связанный с географией и очень болезненный вопрос. Настолько болезненный, что в официальном отчете оценочной комиссии, посетившей за четыре августовских дня Москву, Санкт-Петербург, Казань и Сочи, транспортные риски России названы высокими. А в этом же отчете, между прочим, ситуация с медициной и преступностью описаны как «соответствующие международным стандартам», а о терроризме нет вообще ни слова. Вряд ли это говорит о том, что ФИФА не опасается терактов – скорее о том, что возможность транспортного коллапса ее заботит еще больше.

    Главная проблема даже не в том, что дороги в России – одна из двух национальных бед. Их-то как раз обещают наконец поправить. Но дороги большинству болельщиков понадобятся лишь для переездов в рамках кластера – все остальные будут вынуждены летать самолетами. (Потому что кому оно надо – сутки-двое непрерывной езды, пусть и по идеальной трассе). Вот за авиатранспорт Россия и получила единственную «красную метку» от ФИФА: аэропортов может не хватить даже c учетом запланированного ремонта и строительства, между некоторыми городами заявки попросту нет прямых рейсов, а любой сбой в «москвоцентричной» системе транспорта чреват проблемами куда хуже пробок в Йоханнесбурге. Все это не ставит крест на российской заявке, но делает проведение чемпионата в стране рискованным и зависимым от неудачного стечения обстоятельств.

    3. Безопасность

    С темными сторонами души россиянина иностранцы зачастую знакомы лишь понаслышке, но информации для размышлений у них немало – в том числе околофутбольной. Не сказать, что у России какой-то особо страшный имидж, просто по-настоящему позитивных новостей отсюда не так много, поэтому информационную картину формирует все остальное. Конечно, некоторые из членов исполкома уже бывали в России, и скорее всего их здесь встретили люди в деловых костюмах с айфонами, а не пьяные медведи с балалайками. Но остальным мы регулярно поставляем поводы для беспокойства: то банер некрасивый нарисуем, то клубный автобус обстреляем, то в порыве радости не найдем общего языка с милицией. А посещаемость стадионов при этом невысокая. «Может им и футбол неинтересен, а лишь бы негров пошпынять?» – задумается какой-нибудь Ворави Макуди или Хани Абу Рида.

    Кстати, ситуацию с расизмом ФИФА отказалась учитывать официально – и ее вполне можно понять. В противном случае чиновникам из Цюриха пришлось бы заняться в каждой из стран-кандидатов еще и правами сексуальных меньшинств, эмансипированных женщин и свободой слова – в общем, влезть в большую политику совсем не с той стороны, с которой хотелось бы. Другое дело, что на неофициальном уровне вопросы расовой терпимости в России тоже будут играть роль – особенно для представителей тех стран и конфедераций, в которых кричать «white power!» просто некому, а за рассуждения в стиле «иногда банан – это просто банан» можно и схлопотать.

    4. Очередность проведения

    Этот фактор имеет большее значение, чем кажется на первый взгляд. Во-первых, руководству ФИФА по должности положено задумываться о стратегии развития и понимать, куда они двигают футбол. Во-вторых, существуют официальные правила чередования конфедераций, которые не позволят провести следующий чемпионат мира в благополучной Европе аж до 2030 года.

    Предыдущие два турнира были отданы таким же, как Россия, «перспективным, но недооцененным» странам – ЮАР и Бразилии. Между тем, никто точно не знает, насколько силен первопроходческий запал ФИФА. Африканский чемпионат прошел успешнее, чем ожидали скептики, но все же сложнее, чем в давно обустроенной Германии. Скорее всего, та же история повторится в Бразилии. Согласится ли ФИФА «работать на перспективу» и рисковать как минимум три турнира подряд – большой вопрос. К тому же, следующие два чемпионата вполне могут состояться в США и Китае – тоже очень перспективных, но очень непростых странах.

    5. Личная поддержка членов исполкома

    По правде говоря, этот пункт сложно отнести к однозначным плюсам или минусам российской заявки. Однако вполне может оказаться, что наличие договоренностей с конкретными голосующими перевесит все описанное выше. В нынешнем виде выборы страны-хозяйки ЧМ похожи на пресловутую «схватку бульдогов под ковром»: мы не знаем, кто за кого и почему голосовал, и видим только как из-под ковра время от времени выталкивают тело очередного неудачника.

    Настораживает то, что испанцы и португальцы, со своей «неформатной» совместной заявкой, членством в клубе государств-должников PIGS и официальным сайтом, не переведенным полностью даже на английский, уже едва ли не забронировали себе восемь голосов – а мы с уверенностью можем рассчитывать только на голос Мутко. Английская заявка якобы с недавних пор вызывает аллергию у членов исполкома – но симпатий к нашей никто из них до сих пор не выдал. С другой стороны, вряд ли в российском оргкомитете всего этого не понимают – ведь не позаботившись о поддержке, весь этот огород и городить не стоило. Это значит, что их ждет увлекательная подковерная борьба, а нас – долгожданный, непредсказуемый и, возможно, приятный результат.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы