«Он сказал полиции, что я хочу сломать ему ноги за полмиллиона евро. Это ложь! Я воспитывал Вильзона до 23 лет, обеспечивал. Когда карьера пошла в гору, он отшвырнул меня, как чужого». Отчим Изидора о форварде

«Я воспитывал Вильзона с шести с половиной месяцев до 23 лет – 24 часа в сутки и 7 дней в неделю. Я был ему как отец, хотя его биологического отца никогда не было рядом. Сам Изидор считал меня своим родным папой, а не отчимом.

Я отдавал ему все: свои время, деньги, энергию, советы. Я сопровождал его повсюду, готовил физически, поддерживал эмоционально и помогал пережить трудные времена. Вся моя жизнь вращалась вокруг него и его мечты.

За девять лет он прошел все обучение на стадионе «Ренн», а также учебу (получил аттестат о среднем образовании и окончил бакалавриат). Я проводил для него тренировки, организовывал матчи, поездки, обеспечивал учебу, поддерживал его.

Конечно, рядом с ним были еще и другие люди: его агенты отлично управляли его карьерой, его поддерживали близкие друзья, семья, его мама, конечно же. Но главной опорой был я. Тот, кто был рядом с ним каждый день, тот, без кого он никогда бы не стал профессиональным футболистом. Вильзон всегда это признавал и всем говорил.

Он также представлял Францию в составе сборных от U16 до U20, участвуя в двух Кубках европейских чемпионов и одном чемпионате мира. На все турниры – со сборными и на еврокубки – я был единственным, кто ездил в эти страны, чтобы быть рядом с ним. Лишь однажды смогли приехать его агенты и двое близких друзей. В остальное время я был всегда рядом.

Но как только карьера Изидора пошла в гору, он отшвырнул меня, как чужого. Он обвинил меня в «предательстве», потому что у меня есть отношения с другой девушкой. С мамой Изидора мы разошлись семь месяцев назад. С тех пор, как Вильзон стал жить со своей женой (около двух лет), он отгородился ото всех, кто ему помогал: от матери, друзей, бывших агентов и меня. 

Я вот поехал в Англию, чтобы попытаться поговорить с Вильзоном без присутствия его девушки. К сожалению, я его не увидел, потому что, когда футболист узнал, что я в Англии, он позвонил в полицию и сказал, что я хочу похитить его сына, сломать ему ноги за полмиллиона евро. Это ложь!

Сегодня у них двое детей, и его биологический отец – тот, который бросил его и никогда не был рядом – занимает мое место. А я, тот, кто растил его с младенчества, кто был с ним каждый день и каждую ночь 23 года, тот, кого он сам называл «папой»… чувствую себя стертым, запятнанным и брошенным. Я живу в своей машине, пока он наслаждается карьерой, которую я помог построить. 

Я не прошу жалости. Я лишь прошу правды: за каждым профессиональным игроком часто стоит любимый человек, который отдал все, оставаясь в тени. Я требую уважения, признания и справедливости. Для Изидора я сейчас чужой.

Мы с ним не общаемся 18 месяцев, но я пытаюсь установить с ним контакт. Меня заблокировали в соцсетях. Знаю, что его мама грустит из-за этого всего. И мне горько сейчас: я часто плачу», – рассказал отчим нападающего «Сандерленда» Вильзона Изидора Седрик Комбье.