«Мы стоим в лифте с человеком из ФФКР, а у нас там алкашки в рюкзаке». Медведева и Скопцова рассказали истории из жизни

Медведева: По хорошей традиции, все самые смешные истории, которые нельзя рассказывать вообще никогда и никому, происходят после соревнований. Особенно когда люди достигают уже совершеннолетнего возраста и у них есть права на машину, паспорт или карточка, подтверждающая возраст, когда ты можешь покупать алкогольную продукцию.

Это был чемпионат России в Красноярске. Я уже откаталась, Настя тоже уже откаталась. Но наша подружка Стася Константинова еще была в заряде, ей нужно было еще выходить.

История начинается с того, что наша подружка Стася забывает костюм. Она уехала выступать без блестящего красивого костюма. Как бы, хорошо, что с коньками. И ей очень повезло, что у нее есть такие верные подруги, как мы, потому что она позвонила и сказала: «Срочно, срочно костюм. Мне вот сейчас выходить». Где оставила? В номере отеля.

Мы, значит, естественно, бежим. И вдогонку она пишет: «Помнишь, мы еще там в «Красном и белом» купили. Сейчас откатаюсь, еще и это захвати, пожалуйста». Это был коктейль «Фиеро тоник». Костюм и «Фиеро тоник» — вот такой стартер-пак для фигуристки.

Естественно, мы бегом-бегом, вламываемся в ее номер. Нам на жеребьевке выдавали термосы-стаканчики, которые с тугой защелкой. Настя ставит мой стакан, Стасин стакан и свой. Берет «Фиеро», наливает без каких-либо дозировок, потом газировку. Закрывает защелку, кладет это все в рюкзак, кидает на плечо костюм. Мы бежим, не понимая, что там происходит с этим коктейлем. Он взбалтывается.

Забегаем в лифт. А в лифте стоит женщина, которая по важности, по внутренним ощущениям, когда ты ее видишь… Есть, например, федерация фигурного катания, и эта женщина олицетворяет примерно Дмитрия Пескова. Вот ты заходишь в лифт и видишь Дмитрия Пескова. Мы заходим и такие: «Здра… здравствуйте».

Скопцова: Она даже не поздоровалась, она сделала вот так (слегка кивает головой).

Медведева: Мы стоим. Блин, это человек из федерации, у нас там алкашки в рюкзаке…

Скопцова: Это она переживала, я даже не подумала.

Медведева: Я переживала жесть как, на самом деле. Но должна на всякий случай сказать, что нам было далеко за 20, целый 21 год. Мы стоим, спускаемся, играет такая легкая лифтная музыка. Стоим и слышим, что в этой музыке еще шипение какое-то добавилось. Шипение усиливается, а потом случается взрыв. У Насти взрывается красным цветом рюкзак. Вот так: «Бух!». Все эти три «Фиеро тоника».

Спускаемся на первый этаж, все течет. Открываются двери, а там президент федерации стоит. У нас все красно-оранжевое. Слава богу, у нас люди взрослые, понимающие в федерации сидят. Единственное, что они нам сказали: «То, что ты вот сейчас сделала… Не делай так больше».

Я села на такси, уехала от греха подальше, естественно, костюм Стасе принести, чтобы она наконец-таки выступила без проблем. А Настя не нашла ничего лучше, кроме как подняться наверх и намешать еще три «Фиеро тоника».

Скопцова: Я же обещала подруге! Как я могу приехать с пустыми руками?

Медведева: Небольшой оффтоп. Когда мы приехали после соревнований, «Фиеро тоник» еще остался. Сели в номере. У Насти в рюкзаке была завернута треугольная самса в тоненьком пакетике. Вся эта самса пропиталась «Фиеро тоником», и мы жрали ее на спор, – сказали Медведева и Скопцова.