Евгения Буртасова: «Я Шашилова ни в чем не обвинила. Общения с ним не происходит до сих пор»

Российская биатлонистка Евгения Буртасова (Павлова) рассказала о недопонимании со старшим тренером женской сборной России Михаилом Шашиловым. 

«Мы не разговаривали летом. В прошлом сезоне все было нормально, потом возник вопрос на ЧМ (с проживанием на высоте или ниже – Sports.ru). Две спортсменки – Миронова и Казакевич – переезжают вниз. Я тоже говорила, что готова переехать вниз за свой счет, писала регионам, даже звонили Майгурову, насколько знаю.

Мне говорят: мест нет. IBU не разрешает, потому что мы зарегистрированы в отеле.

Говорили, что было собрание, где спортсменов спрашивали, где они хотят жить? Такого собрания и такого вопроса не было. У нас сразу: кто живет тут, там и там.

Я подошла к Шашилову и сказала, что хочу поехать вниз. Он: хорошо, я займусь этим. Потом Света и Ира переехали вниз. Потом пробежали эстафету, это последняя гонка, и мне звонят: поедешь вниз? А зачем я буду деньги тратить, если я домой сейчас поеду.

Суть в том, что я Шашилова ни в чем не обвинила. Не сказала, что он какой-то плохой. Потом приезжаю в Нове-Место – со мной человек не разговаривает. У нас была эстафета, за день до нее прихожу на официальную тренировку – состава нет. Если мне говорят, что я не бегу – я делаю другую работу, правильно?

Стоят Волков, Загурский, Шашилов. Спрашиваю: составы есть? Ну, нету. Закончилась тренировка – нет состава. И мне потом кто-то говорит: ты не бежишь. Догоняю Шашилова, я его догоняю, он меня спросил: Жень, ты живая? Я говорю: да вроде нормально, накрыло вроде. Потом говорю: Михаил Викторович, это же как-то не по-человечески – почему вы не могли сказать, что я не бегу? Как к какой-то собаке относитесь. Я же вас не обвиняю: ну, не бегу – не бегу. И он: все, я виноват, че-то в мой адрес…

Проходят этапы, он меня не ставит, придумывает отмазки: якобы что он меня не нашел, не знает, какую я делала тренировку. Хотя мы с Казакевич стояли вдвоем на тренировке, и он не знает, что Павлова делает на тренировке.

Потом я в ваксе переодеваюсь, и он заходит. Знаете, когда неудобно разговаривать, человек пытается быстрее выйти. Я говорю: Михаил Викторович, мне надо перед вами за что-то извиниться? Он: нет. Я: а почему вы со мной не общаетесь? Может, я что-то не так сделала, сказала? Он: нет, мне с тобой делить нечего – и уходит. И общения не происходит до сих пор», – сказала Буртасова.