Загрузить фотографиюОчиститьИскать

Сахирские маневры

С началом сезона колонка «Разбор полетов» возобновляет свою работу. Пусть Гран-при Бахрейна не представил на суд зрителей особо ярких маневров, тем не менее, гонка запомнилась рядом любопытных тенденций. Подробнее о них — в материале Sports.ru.

Сахирские маневры
Сахирские маневры

Гран-при Бахрейна пилоты, руководители команд и болельщики поспешили предать анафеме сразу же после финиша. Мол, после всех изменений в правилах и регламенте если уж не хлеба, то зрелищ заслуживали все люди, причастные к таинству Большого цирка. Однако вместо драйвового этапа получили пресный дебют: минимум обгонов в реальной борьбе за очки, отсутствие стратегического разнообразия в сфере «переобувок», никаких внутрикомандных противостояний, о психологической подоплеке которых перед стартом не судачил только ленивый. Упреки, по сути, справедливы. Однако они не выглядят достаточно состоятельными для того, чтобы ставить жирный крест на всем Гран-при. Ведь в его ходе наблюдались по-настоящему любопытные моменты.

Несмотря на пресный дебют чемпионата, по ходу Гран-при Бахрейна наблюдались по-настоящему любопытные моменты

Во-первых, нестабильность ряда болидов на торможении. Прежде всего, обратим внимание на «Макларен» и «Рено», поскольку эти команды реально претендуют на постоянное попадание в очковую зону. С французской конюшней ситуация более-менее ясна: до сих пор инженеры не могут отрегулировать компромиссные настройки для безболезненного, но в то же время качественного втопления педали. Если изначально выставлялся минимальный уровень сопротивления, то при нажатии наблюдалась блокировка передних колес. Где-то мизерная, где-то вполне ощутимая. Но, в любом случае, чреватая потерей времени на удлиненном втором секторе. Секция, получив ряд дополнительных (и не совсем понятных с гоночной точки зрения) поворотов, превратилась в змейку, проходимую по схеме «разгон — торможение», где каждая помарка выходила боком в пару тысячных, а то и сотых. Если же выставлялись настройки под усиленное нажатие педали, то торможение вызывало затруднение со стороны пилотов — у Роберта Кубицы и Виталия Петрова возникал чисто физический дискомфорт после ряда повторенных процедур. Беды пилотам добавлял смещавшийся к носу по мере выжигания топлива баланс, вынуждавший подрабатывать рулем при атаках виражей.

С «Маклареном» все куда сложнее. Для Льюиса Хэмилтона каждая связка поворотов, проходившаяся в агрессивной манере, являла собой испытание — вибрация на выходе замечалась невооруженным глазом. Виной тому избыточная поворачиваемость, лишавшая и без того неидеальные покрышки (привет запредельным температурам бахрейнского асфальта) сцепления с полотном. Как показалось, Дженсона Баттона, осторожничавшего не только в силу более ажурного стиля пилотирования, но и из-за субботних проблем с перегревом компаунда, напасть обошла стороной, тогда как чемпиона мира-2008 донимала изрядно. Впрочем, Хэмилтон с ней справился превосходно: отказавшись от жестких торможений, гонщик отменно отрабатывал рулем в каждой связке, практически избавив шасси от традиционной «болтанки». Впрочем, если уокингцы хотят добиться большего, нежели прозябания у подмостков призовой тройки, к достойной аэродинамике им стоит добавить либо более проработанную развесовку, либо апдейт тормозной системы.

Нельзя проигнорировать «бронебойность» покрышек: на европейских этапах зрители рискуют стать свидетелями безвозвратной смерти стратегической интриги

Второй момент, который нельзя игнорировать, «бронебойность» компаундов. Давайте взглянем правде в глаза: кабы не запредельные температуры Бахрейна, то как таковой разницы между основным и опциональным компаундом на длинной дистанции мы практически не заметили бы. Износ (оный можно было оценить невооруженным глазом на зятянутом пит-стопе, к примеру, того же Росберга) «суперсофта» спокойно позволял командам с корректными настройками подвески не думать о «переобувке» вплоть до середины гонки! То бишь, при возвращении в Старый Свет и стабилизации температур зрители рискуют стать свидетелями безвозвратной смерти стратегической интриги — практически все реальные претенденты на победу будут придерживаться синхронного графика заезда на обслуживание! Ведь если «суперсофт» не сходит на нет после 25 кругов, только представьте, что будет, когда конюшни обуются в «медиум», не говоря о «харде»… А ведь в Европе уже не будет нюансов в виде чрезвычайных температурных обстоятельств и недостаточной изученности поведения машины с баками, полными топлива.

Наконец, непосредственно обгоны. Рекордсменом по их числу, смелости задумок и настырности следует признать Роберта Кубицу. Получив в масляном дыму тычок от Адриана Сутиля (злого умысла в действиях немца, к слову, не увидел — интуитивно тот оттормаживался верно), поляк откатился в хвост пелетона, откуда принялся отыгрывать позиции с неистовством и яростью обиженного Чака Норриса. Похвально, что представитель «Рено» маневры выверял до сантиметра, сменив прежний авантюризм вполне себе взрослым хладнокровием. В качестве примера назову симпатичную атаку на 26-м круге, когда Себу Буэми не было предоставлено даже шанса перекрестить траекторию при наступлении по внешнему радиусу.

Хорош был и Фернандо Алонсо, выжавший максимум из «дано» на старте к «ответу» на финише. Воспользовавшись тем, что Фелипе Масса стартовал с грязной/четной стороны трассы, испанец на соты е доли секунды получил преимущество при выборе траектории для прохождения первого поворота. И распорядился им предельно практично: сделав поворот вправо естественным продолжением начальной фазы торможения, он по внешнему радиусу буквально «перевисел» соперника и в следующий вираж уже входил королем. В какой-то степени маневр получился образцовым: менее опытные либо талантливые пилоты непременно теряют время либо чистоту траектории из-за доработок рулем.

Рекордсменом по числу обгонов, смелости задумок и настырности следует признать Роберта Кубицу

На славу выдалось сражение между Тимо Глоком и Хейкки Ковалайненом. Грешным делом даже подумалось, что в гоночных центрах «Верджина» и «Лотуса» в тот момент Ричард Брэнсон и Тони Фернандес заочно рубались в автогоночный симулятор (а может, и вправду в HANS были вмонтированы чипы для джойстиков?) с целью выиграть первый раунд «стюардессного» пари. Как бы там ни было, но дуэль — пусть и со второго захода, — но осталась за немцем. Премьера «песни» обернулась контрвыпадом финна и сохранением 17-й позиции. Зато ремейк прошел на «ура»: в то время как Хейкки выжидал атаки на подходе к виражу, Тимо двинулся на внутренний радиус на пяток секунд раньше предполагаемой метки атаки. В результате Ковалайнен, проспавший ход, так и не успел сместить слоноподобный Т127 для перекрещивания территории — Глок нырнул на внутренний радиус с запасом.

К слову, блондину из «Лотуса» довелось пережить еще пару деклассаций от своего светловолосого клона. Речь о Нико Хюлькенберге, рядом обгонов немного скрасившем досадный ляп с разворотом на первом круге гонки. Пусть маневры получились незамысловаты и в основе своей имели перевес скоростных характеристик машины «синих» над визави, факт остается фактом: в четвертом и семнадцатом поворотах дебютант «Уильямса» превзошел более маститого оппонента легким движением руля и парой агрессивных втоплений педалями. Собственно так, как он привык действовать в серии GP2. Если аналогии с подготовительной серией для Хюлькенберга на этом не закончатся, нас ожидает развитие карьеры весьма интересного и небесталанного пилота.

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы