Блог Support your local Luch

«Куньлунь Ред Стар»: есть ли будущее у проекта?

Внимание: партнёрский материал. Не про "Луч" (про "Луч" вы по-прежнему можете прочитать всё самое актуальное и интересное на нашем ТГ-канале) и даже не про футбол - а про хоккей. Причём китайский.

В журнале "Известия Восточного института" вышла интересная статья об истории проекта "хоккейный клуб "Куньлунь Ред Стар" в Континентальной хоккейной лиге.

По ссылке можно прочитать статью в формате pdf. Но для удобства читателей я размещаю материал в теле поста. Приятного чтения!

 

Китайский клуб в Континентальной хоккейной лиге: есть ли будущее у проекта?

В последних номерах журнала «Известия Восточного института» выходили очерки, посвящённые развитию в Китае профессионального футбола и баскетбола – наиболее популярных в этой стране командных видов спорта. Однако для российского читателя, возможно, наиболее интересен кейс хоккейного клуба «Куньлунь Ред Стар» (КРС) [1], выступающего в Континентальной хоккейной лиге (КХЛ), ядром которой выступают команды из России.

«Куньлунь», официально базирующийся в Пекине, является не единственным хоккейным клубом в Китае. Помимо этого, ещё четыре «фарм-клуба» «КРС» выступают в других постсоветских хоккейных лигах: Высшей (ВХЛ) и Молодёжной (МХЛ). Кроме того, существует собственный национальный чемпионат, который проводится с 1962 г. (с перерывами). Как и в футболе в нём безоговорочно доминируют команды из Северо-Восточного Китая. Так, из 40 чемпионатов 21 раз победителем становилась команда из города Цицикар (провинция Хэйлунцзян), а ещё 14 раз – «Харбин». В 2005-2017 гг. в межнациональной Азиатской хоккейной лиге [2] выступали различные клубы из Китая. «Старожилом» была команда из Шанхая (в разные периоды называлась «Шанхай Шаркс» и «Шанхай Дрэгон», в свою очередь образовалась в результате слияния клубов из Цицикара и Харбина, сами клубы при этом сохранили команды в чемпионате Китая). После того, как в 2017 г. «Шанхай» прекратил существование, «Куньлунь» остался единственной силой, представляющей Китай, в элитных клубных соревнованиях на международной арене. В контексте подготовки сборной КНР по хоккею к выступлению на домашних Зимних Олимпийских игр 2022 г. этот фактор представляется особенно важным.

Между тем, если и были какие-то надежды на бурное развитие национального хоккея посредством игры китайского клуба в одной из главных хоккейных лиг мира, то сейчас, три года спустя, очевидно, что от них пока приходится отказаться. Как профессиональный, так и любительский хоккей в Китае находится в зачаточной стадии своего развития. Усилий КХЛ, Азиатской хоккейной лиги и менеджмента клубов из Пекина и Шанхая оказалось недостаточно для того, чтобы возбудить интерес к игре на льду у зрителей и желающих заниматься. Национальная сборная по итогам выступлений в чемпионате мира занимает места в четвёртом десятке мирового рейтинга, уступая, например, сборным Эстонии, Испании и Сербии. «Куньлунь» и его фарм-клубы занимают места в нижней части турнирной таблицы. Команды бьют антирекорды посещаемости КХЛ и ВХЛ. Более того, так и не появилось значимых китайских сил, заинтересованных в существовании команды – она остаётся проектом, прежде всего, ряда российских бизнесменов, близких к руководству Лиги.

Несмотря на то, что история проекта «Куньлунь Ред Стар» с самого начала находилась в фокусе внимания спортивных СМИ, вплоть до нынешнего момента на эту тему не публиковалось академических работ. Данная статья, являющаяся не более чем попыткой сделать ряд предварительных выводов о подоплёке, содержании и перспективах китайского клуба в КХЛ, призвана отчасти восполнить этот пробел. Структурно она состоит из двух разделов, посвящённых соответственно спортивной и экономической/политической составляющей проекта.

Спортивная история клуба «Куньлунь Ред Стар»

         Новый китайский хоккейный клуб был создан в рамках курса на расширение КХЛ на восток. В его рамках с 2013 г. в лиге выступает команда «Адмирал» из Владивостока – как и «КРС» она была создана форсированно при помощи административных методов, несмотря на то, что до появления «Адмирала» хоккейные традиции во Владивостоке отсутствовали, и профессиональной команды никогда не было. Три года спустя было решено реализовать давно обсуждаемую идею – создать клуб КХЛ в Китае, опередив, тем самым, заокеанские лиги, которые также давно испытывали интерес к экспансии на многомиллионный китайский рынок.

         О создании клуба было заявлено в марте 2016 г., а уже в июне он был включён в список участников КХЛ.  25 июня в Пекине в присутствии лидеров России и Китая В. Путина и Си Цзиньпина был подписан соответствующий договор. В июле началось комплектование команды на основе приглашения опытных российских и финских игроков, а также этнических китайцев, имеющих опыт выступления в низших заокеанских лигах. Уже 1 сентября «КРС» провёл свой первый официальный матч в Хабаровске.

         Первый сезон в истории «КРС» и оказался самым успешным – команда вышла в плей-офф КХЛ, где в 1/8 финала уступила магнитогорскому «Металлургу», в итоге дошедшему до финала Кубка Гагарина. В сезоне 2017/18 и 2018/19 команда занимала соответственно 12-е и 11-е места в Восточной конференции КХЛ, теряя шансы на плей-офф задолго до окончания регулярного чемпионата. В сезон 2019/2020 команда входит в статусе аутсайдера лиги.

         Что ещё хуже – команда не имеет зрительской поддержки. За три сезона существования игры проводились в двух городах: в Пекине и Шанхае. Изначально озвученные планы о строительстве специализированной хоккейной арены в Пекине пока не реализованы. В обоих мегаполисах «КРС» играл на переоборудованных площадках, которые могли предоставить болельщикам только базовые условия. В итоге средняя посещаемость матчей «КРС» (2 507 зрителей) при средней посещаемости Лиги в 6 390 зрителей является самой низкой в Лиге. При этом есть свидетельства о том, что показатели посещаемости систематически фальсифицируются – например, «в середине второго периода я решил посчитать посещаемость матча на глаз; официальная статистика говорит, что на матче было 2772 зрителя, но я насчитал не больше 500». Привычно списать разницу в официальных и реальных цифрах на то, что отсутствующие тысячи зрителей приходятся на обладателей абонементов, не получается, так как абонементы на домашние игры «КРС» попросту не продаются. Наблюдаются и другие организационные нарушения, связанные с проведением матча.

В целом же, если следовать официальной статистике, домашние стадионы «КРС» заполняются в среднем лишь на 53%, и по этому показателю «КРС» обгоняет только другую «искусственную команду» – ХК «Сочи» [3].  Качественные исследования зрительской аудитории «КРС», если и существуют, то отсутствуют в открытом доступе. Но по субъективным оценкам, значительную часть зрителей составляют экспаты или китайцы с опытом жизни за рубежом (прежде всего, в России или в Канаде/США). В новом сезоне команда ещё расширит географию своих выступлений – ряд игр решено провести в Шэньчжэне. Однако, вопреки ожиданиям, это вряд ли приведёт к всплеску интереса к хоккею в южном Китае – скорее, наоборот, «КРС» растеряет и без того скромную зрительскую аудиторию, поскольку, как показывают современные исследования, для повышения лояльности фанатской базы к спортивному клубу необходимо его длительное существование на одном месте.

         В заявке команды (по состоянию на 1 августа 2019 г.) шесть канадцев, трое американцев, двое чехов и один финн. Ещё 13 игроков имеют китайский паспорт, из них только двое родились в Китае (Пекин), остальные являются уроженцами Канады и США [4] или воспитанниками заокеанской хоккейной школы. Например, 21-летний Ин Жуди [5], являясь уроженцем Пекина, с 9 лет получал хоккейное образование в США.  Аналогична история Сун Аньдуна (Миши Суна), первого китайца, выбранного на драфте НХЛ в 2015 г. Уроженец Пекина 1997 г.р., он с 10 лет проживал в Канаде и занимался в местной хоккейной школе. Кстати, эти примеры наглядно показывают, что главная проблема китайцев – не антропометрическая «негодность» к игре в хоккей, а отсутствие школы и традиций.

Надежда китайского хоккея - Ин Жуди

Для команды характерна активная ротация кадров. Лишь два хоккеиста выступают за неё с первого сезона – оба китайца с заокеанским бэкграундом, Ин Жуди и Брэйден Чжо). Поэтому с точки зрения подготовки игроков для национальной команды она неэффективна. Хоккеисты, входящие в сборную, не дотягивают до уровня КХЛ, а стремление быть конкурентоспособным в КХЛ вынуждает тренеров делать ставку на легионеров, а игроков китайского происхождения (того же Ин Жуди) отправлять в фарм-клубы, выступающие в низших лигах системы КХЛ.

         Так, в сезоне 2017/2018 в Высшей хоккейной лиге (ВХЛ) дебютировало два китайских клуба, которые можно назвать «младшими партнёрами» «КРС». Оба базировались в Северо-Восточном Китае, регионе с определёнными хоккейными традициями, что позволило поднять показатели посещаемости. Впрочем, организационных вопросов хватает и здесь. «Ценг Тоу» [6] из города Цзилинь был создан для подготовки молодых китайских игроков, однако на данный момент лишь два хоккеиста в заявке клуба имеют китайское происхождение. Все остальные – россияне. При этом «Ценг Тоу» отыграл два сезона в ВХЛ, собирая домашнюю аудиторию до 4-5 тысяч человек, что позволяет считать его самым популярным «китайским» хоккейным клубом. «Куньлунь Ред Стар Хэйлунцзян», базировавшийся в Харбине, провёл в ВХЛ всего лишь один сезон. Первый матч сезона собрал аудиторию 3200 человек, но в дальнейшем она неизменно падала, достигнув дна в 150 человек при средней посещаемости 1631 зритель. Как следствие, в следующем сезоне его сменил другой фарм-клуб «КРС–Оэрджи» [7], базирующийся в Пекине. С сезона 2019/2020 к нему присоединился ещё один фарм-клуб «КРС–Пекин» [8]. Таким образом, «КРС» – единственный клуб элитного дивизиона, который имеет в ВХЛ сразу два фарм-клуба, причём в одном и том же городе. Несомненно, данное обстоятельство вызовет путаницу среди хоккейных болельщиков, как в России, так и в самом Китае. Сама же Высшая хоккейная лига с 2018 г. имеет альтернативное название «Кубок Шёлкового пути».

         Что касается «КРС–Хэйлунцзян», то команда продолжила играть в Харбине, но уже в статусе участника Молодёжной хоккейной лиги (МХЛ). Там же с сезона 2016/2017 играла команда «КРС–Юниор» (в своём дебютном сезоне она базировалась в Риге). Как в МХЛ, так и в ВХЛ китайские хоккеисты в лучшем случае находятся в численном равенстве с легионерами из России и Восточной Европы. Во всех фарм-клубах на первых ролях находятся молодые российские игроки. С точки зрения, что клубная система «Куньлуня» должна готовить хоккеистов для национальной сборной, ситуация спорная. Но, учитывая, что клуб контролируется российским капиталом, вполне логичная. Фарм-клубы «Куньлуня» просто используются его российскими собственниками для обкатки молодых игроков, которые ещё не доросли до уровня КХЛ.

         Наконец, в сезоне 2019/2020 в Женской хоккейной лиге (ЖХЛ) дебютирует ещё одна команда в клубной системе «Куньлунь Ред Стар» – это клуб «КРС Ванькэ Рэйс» [9], которая базируется в Шэньчжэне. Примечательно, что эта команда ещё в прошлом сезоне выступала в Канадской женской хоккейной лиге и образовалась путём слияния двух «китайских» женских команд: «Ванькэ Рэйс» и «Куньлунь WIH» (начали выступать в Канадской лиге в 2017 г.) «Женский проект» также декларируется как способ подготовить боеспособную сборную для участия в олимпийском турнире 2022 г., однако, как и в мужском хоккее, в основном на лёд выходят легионеры – в данном случае из США и Канады, из которых лишь некоторые имеют китайское происхождение и могут претендовать на получение паспорта КНР.

Экономика vs политика

         Спортивные успехи «КРС» и главная спортивная составляющая проекта – подготовка национальной сборной КНР – пока не впечатляют (хотя необходимо сделать скидку на непродолжительный срок реализации), но есть ли успехи в других аспектах, и что же лежит в основе проекта: экономика или политика?

         Официальные лица, представляющие клуб или лигу, избегают упоминания некой политической (или, если угодно, геополитической) составляющей. Перед запуском проекта много говорилось о том, что его глобальной целью является привлечение новой аудитории и рост доходов от реализации телевизионных прав, причём ожидания базировались на том простом факте, что в Китае очень большое население [10]. Три года спустя можно утверждать, что задача увеличить болельщицкую или телевизионную аудиторию провалилась ввиду ничтожно низкой популярности хоккея и плохой узнаваемости брендов «КРС» и «КХЛ». Вероятно, сам расчет на возможность заинтересовать китайскую аудиторию такой специфической игрой, как хоккей, изначально был умозрительным и не базировался на каких-либо исследованиях и какой-либо подготовительной работе.

         В отличие от футбола, баскетбола и волейбола хоккей не мог быть массовым видом спорта в Китае, поскольку требует специфических условий (низкие температуры, лёд, дорогостоящая экипировка). На любительском уровне им занимались только в северо-восточных провинциях, но местная хоккейная культура не проникла на экраны телевизоров и не дала феномена уровня Яо Мина, переезд которого в НБА вызвал бурный рост интереса к баскетболу в Китае. Появление «КРС» и его фарм-клубах в постсоветских лигах не могло вызвать автоматический интерес у зрителей, фактически незнакомых с такой игрой как хоккей. А сейчас, учитывая, что клубы являются аутсайдерами в своих лигах, заинтересовать китайского болельщика, который, прежде всего, любит победителей, стало ещё сложнее.

         Свою роль в провале экономической составляющей проекта сыграла и изначально завышенная планка ожиданий от «китайского чуда», которое, якобы, проявляется во всех сферах. Первый спортивный директор «КРС» Владимир Кречин в 2016 г. говорил: «В Китае планируют сделать всё и сразу. Будет информационный взрыв, и все узнают о клубе». Верил ли функционер в свои слова и реально ожидал, что китайский рынок можно завоевать одним лишь фактом своего появления на нём (во всяком случае, большая часть российских экспортёров свято в это верят), сейчас сказать сложно. Но очевидно, что его прогноз ни в чём не сбылся. Не было ни «информационного взрыва», ни достижения целей менеджментом клуба «всего и сразу».

         Качество управления клубом вообще сложный вопрос, в том числе для изучения. По-прежнему информация о собственниках и спонсорах клуба старательно замалчивается. В момент создания клуба владельцем называли гонконгского бизнесмена Билли Ян Ю Нгока, основателя компании China Environmental Energy Holdings (CEE Holdings). В прессе регулярно упоминаются, что существуют некие китайские спонсоры, при этом они не называются (например, В. Кречин говорил, что клуб финансируется организацией, в честь которой он называется, при этом китайской компании под названием «Куньлунь Хунсин» не существует). В китаеязычном сегменте Интернета вообще нет информации о китайских владельцах или спонсорах клуба, и даже на официальном сайте «КРС» присутствует упоминание только об одной коммерческой структуре из КНР. Это компания «Ванькэ», которая является спонсором женской команды клуба. Другой упомянутый спонсор – российский холдинг «Сибур», 17% которого принадлежит Геннадию Тимченко, председателю совета директоров КХЛ и президенту хоккейного клуба «СКА» (Санкт-Петербург).

Именно Тимченко называют главным инициатором проекта и, как минимум, совладельцем активов «КРС» (см. здесь, здесь, здесь), хотя в силу очевидных проблем с конфликтом интересов эта информация не афишируется. Таким образом, менеджмент клуба оторван (как минимум, географически) от руководства, немотивирован и в результате недостаточно эффективен. На матчах клуба отсутствуют привычные для других арен КХЛ элементы шоу, плохо поставлена информационная поддержка, минимальны продажи клубной атрибутики и сопутствующей продукции («за игру удаётся продать три сникерса и три стакана попкорна»).

         Всё это создаёт парадоксальную ситуацию. Команда вынуждена базироваться в Китае, где нет болельщиков, игроков и спонсоров, лишь потому что она выступает в амплуа «китайского клуба КХЛ». Иначе говоря, в основе проекта лежит тезис о том, что «в КХЛ должен быть клуб из Китая», а не реальная болельщицкая или экономическая заинтересованность в его существовании, как это происходит в НХЛ, где приёму команды в лигу предшествует длительная и кропотливая работа. Проблема же «КРС» заключается в том, что его место в КХЛ сохраняется на фоне исключения в 2017-2019 гг. пяти команд с богатыми хоккейными традициями и внушительной фанатской базой: «Металлург» (Новокузнецк), «Лада» (Тольятти), «Югра» (Ханты-Мансийск), «Медвешчак» (Загреб, Хорватия), «Слован» (Братислава, Словакия). Это обстоятельство вызывает нескрываемое раздражение у российских болельщиков и делает «КРС» «самой нелюбимой командой лиги» (см., например, здесь, здесь, здесь).

         Почему же проект всё-таки был запущен и почему продолжается его невнятное существование [11]? Очевидно, ответ лежит в плоскости политики. По ряду причин высшему менеджменту КХЛ, которое близко к руководству России, оказалось важно создать китайскую команду КХЛ. Среди этих причин, по мнению автора, должны быть следующие:

– стремление укрепить гуманитарный обмен между Россией и Китаем, получить ещё один медийный результат сотрудничества;

– стремление воздействовать на китайское общество с помощью инструментов «мягкой силы», распространять среди китайцев ценности, связанные с российскими хоккейными традициями и историей российского хоккея;

– стремление опередить в экспансии на китайский рынок главного конкурента из-за океана – НХЛ.

         Выполняя эти задачи, инициаторы проекта предполагали получить позитивную реакцию на свои действия от руководства страны (и, очевидно, получили). Кроме того, для того же Г. Тимченко, имеющего различные бизнес-интересы в Китае [12], создание хоккейной команды в Китае могло быть инструментом вхождения в китайский истеблишмент. Этот приём хорошо известен в мировой практике – в разное время его использовали для развития своих связей в политической и финансовой элите такие личности, как Сильвио Берлускони в Италии, Роман Абрамович в Великобритании, Сюй Мин в Китае. Насколько успешно это сработало, судить сложно. Сам факт того, что соглашение о приёме «КРС» в Континентальную хоккейную лигу было подписано в присутствии Си Цзиньпина, в теории должен добавить лицам, стоящим за клубом, веса в глазах китайской элиты. Впрочем, все знают о футбольных пристрастиях Си Цзиньпина, чего не скажешь о его интересе к хоккею – возможно поэтому китайские бизнесмены спешат вкладываться в китайский футбол, а не в загадочную игру с палками на льду, в которой китайцы всегда проигрывают.

         Таким образом, на данный момент существование проекта находится в зависимости от внимания первых лиц государства и большой политики. И в этом и преимущество «КРС», и его проблема. С одной стороны, признаться, что проект провалился и оказался никому не нужен – нанести имиджевый удар по идее экспансии КХЛ на азиатские рынки [12] и гуманитарному сотрудничеству России и Китая. Поэтому, несмотря на то что существование команды может быть безболезненно прекращено в любой момент, она фактически защищена от исключения из рядов лиги. С другой стороны, то, что «КРС» работает так плохо и стало результатом форсированного, искусственного создания, а также ситуации, когда отсутствует мотивация работать хорошо, поскольку истинные задачи клуба лежат в стороне от декларируемых, а «наказание» за плохую работу в виде исключения клуба из КХЛ маловероятно.

Вместо заключения. А был ли возможен альтернативный сценарий?

         С поправкой на предварительность выводов, можно констатировать, что проект «китайский клуб КХЛ» провалился. История не терпит сослагательного наклонения, но возможно проект был бы более успешен, если развивался не в крупном столичном городе без каких-либо хоккейных традиций и огромной конкуренцией за зрителя, а в одном из городов Северо-Восточного Китая, где как раз есть интерес к игре и возможность сделать хоккей местной «фишкой», туристической достопримечательностью и элементом локальной идентичности.

Главные центры развития хоккея в СВК – это Цицикар и Харбин с населением 5 и 10 млн человек соответственно. Несмотря на то, что Харбин воспринимается из Москвы и Пекина как глухая периферия, в КХЛ он был бы вторым по численности населения городом после Москвы, а, следовательно, в перспективе обеспечил бы желаемые показатели охвата телевизионной и болельщицкой аудитории. В Харбине, где в 2009 г. проводилась Зимняя универсиада, существует специализированная арена для игры в хоккей, которую можно было бы использовать в подготовке детско-юношеских команд (для выступлений в КХЛ она недостаточно большая, так что в любом случае пришлось бы строить новую). Харбин был основан русскими и до сих пор известен в Китае как «город в русском стиле» – на этом фоне активное участие россиян в становлении китайского хоккейного клуба можно было бы красиво вписать в этот историко-туристический сюжет.

Хоккей в ХарбинеХоккей в Харбине

Да, показатели посещаемости «КРС–Хэйлунцзян» в свой единственный сезон в ВХЛ удручали, но данная ситуация во многом объясняется отсутствием турнирной мотивации у команды и слабостью зрительского интереса к самому турниру. Думается, что ситуация была бы совершенно иной, если бы в Харбине выступал клуб КХЛ или Азиатской хоккейной лиги.

Вообще же, инициаторы проекта явно недооценили возможности АХЛ для подготовки ближайшего резерва клуба КХЛ и национальной сборной. Азиатская лига, где успешно выступают японцы и корейцы, идеально подходит под задачу подготовки боеспособной сборной. Дополнительные инвестиции, которыми располагали инициаторы проекта «Куньлунь Ред Стар», дали бы хороший результат в случае создания команды с базой в Харбине, возможностью 3-4 сезона провести в АХЛ и последующим переходом в КХЛ. Этот переход был бы подготовлен: китайские игроки, прежде чем дебютировать в КХЛ, имели бы возможность показать себя в борьбе с соседями по региону; была бы наработана болельщицкая аудитория; службы клуба приобрели бы столь необходимый им опыт работы на азиатском рынке.

Вместо этого мы получили поспешный, неподготовленный и мало кому интересный проект, но с базой в столице Китая. Предположительно более успешной реализации проекта в одном из регионов КНР помешало представление о Северо-Восточном Китае как о периферийной, депрессивной территории, в которой у населения «недостаточно рыночное мышление», что, якобы, препятствует внедрению маркетизации и инноваций [6, С. 354]. Таким образом, на примере частном примере спортивного проекта мы видим ещё одно проявление регионального неравенства, которое является проблемой, как для Китая, так и для России [13]

 

 

[1] 昆仑鸿星 (Куньлунь Хунсин) – дословно китайское название переводится как «Огромная звезда Куньлуня», где Куньлунь – это одна из главных горных систем Китая, традиционно ассоциируемая с величием. В названии нет указания на цвет, но слово 鸿 «хун» (огромный) омонимично слову 红 «хун» (красный), что позволяет на слух воспринимать название двояко. В официальном варианте названия на английском языке используется слово Red (красный).

[2] Лига, в которой в настоящий момент выступают команды из Японии, Южной Кореи и России (ХК «Сахалин»). Основана в 2003 г. В 2019 г. чемпионом впервые стал российский клуб.

[3] При этом выставочные матчи НХЛ «Ванкувер–Лос-Анжелес» в Пекине и Шанхае собирали 12 и 10 тысяч соответственно [2].

[4] В основном игроки команды «Куньлунь Ред Стар» родом из провинции Британская Колумбия (Канада) – шесть человек.

[5] В русскоязычном сегменте его чаще всего называют Руди Ин, ошибочно читая написание его имени системой транскрипции пиньинь по правилам английского языка: Rudi.

[6] Русское название "Ценг Тоу" является транслитерацией с английского Tseng Tou, которое, в свою очередь, является неправильной транскрипцией китайского название 城投 (правильно было бы "Чэнтоу"), от названия компании-спонсора "Цзилинь чэнтоу".

[7] KRS-ORG, по названию компании по производству упаковки O.R.G. Packaging (奥瑞金科技股份有限公司), которая является спонсором. Эта компания успешно сотрудничает с клубом НХЛ «Бостон Брюинс». На официальном сайте компании представлена лишь информация о сотрудничестве с НХЛ.

[8]Китайское название клуба «Шоуган» 首钢 («Столичная сталь») восходит к названию Столичного сталелитейного завода, однако является ли данное прославленное предприятие спонсором, из открытых источников неясно.

[9] 万科阳光

[10] Приводилась такая статистика. Даже 1% китайской телеаудитории в количественном отношении даст цифру больше, чем охват финалов Кубка Гагарина и Кубка Стэнли вместе взятых [14]. Для сравнения – в России финальные матчи КХЛ смотрит около 3-5%, а матчи сборной России на Олимпиаде или чемпионате мира – до 10% телеаудитории.

[11] В истории КХЛ известно два прецедента, когда после двух сезонов в лиге команды из неё исключались по тем или иным причинам: «Лев» (Прага) и «Донбасс» (Донецк) в 2012-2014 гг. В обоих случаях команды продолжили выступать в национальных чемпионатах.

[12] До сих пор активно обсуждается идея создания команд на Корейском полуострове и в Японии.

[13] См., например, высказывание вице-президента КХЛ Г. Кобылянского, который заявил, что из-за географической удалённости Владивосток «даже на перспективу не рассматривается как место проведения матча всех звёзд Лиги».

 

 

 

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья