Блог A2

Сутормин проваливает начало чемпионата, но на это есть причины

Говоря о текущей игре Сутормина и формируя ожидания относительно игры возможной необходимо иметь ввиду, помимо факторов влияющих на перфоманс здесь и сейчас, контекст выступления в прошлом сезоне, по итогам которого к полузащитнику Оренбурга стали проявлять интерес клубы верхней половины РФПЛ. 

Прежде всего к этому контексту относится иная позиция в построениях команды Федотова: начав сезон в Оренбурге как крайний защитник, Алексей успел поиграть в центре полузащиты, на правом и левом флангах, центральным нападающим.

 

Часть из ролей была эпизодической, к примеру, на позиции центрального хавбека Сутормин отыграл всего 195 минут. Поэтому очевидно, если рассматривать статистические показатели за весь сезон без оглядки на различные позиции, мы получим серьезное искажение, как, например, в случае с совершенным количеством передач вперед, ведь крайнему защитнику осуществлять их заведомо проще, нежели инсайду. И, вместе с удалением от ворот соперника, вес таких передач соизмеримо уменьшается.

Для максимально возможной корректности сопоставления игры Алексея в дальнейшую выборку мы включаем только встречи или отрезки встреч, в которых он выступал на позиции наиболее приближенной к его текущей в Зените — инсайд, реже крайний полузащитник. При этом важно понимать, даже располагаясь на схожей позиции на бумаге, футболисты Оренбурга имели индивидуальные роли и задачи, что придавало схеме ассиметричный вид, а также накладывало определенный отпечаток на показатели игроков.

 

Не будем забывать и о разных стилях игры команд. Зенит проводит с мячом значительно большее количество времени ( владение 55,9% по текущему сезону против 45,5% у Оренбурга в сезоне 18/19). Это не влияет напрямую на количество контратак как таковых ( в этом компоненте по количеству оренбургский клуб уступает петербургскому: 4,8 в среднем за матч при 29,2% законченных ударом против 2,86 при 42% законченных ударом), зато коррелирует с количество позиционных атак ( 33,4 в среднем за матч при 17,8% завершенных ударом у Зенита против 27,5 при 17,3% завершенных ударом у Оренбурга), а , как следствие, косвенно влияет на зоны, в которых игроки атаки получают мяч.

Условно разделим игру Сутормина на несколько блоков.

 

Передачи

Таблица по сезону 18/19 за Оренбург. Розовым цветом выделены матчи, в которых Сутормин сыграл менее 30 минут. Желтым цветом выделен средний процент по играм с временем более 30 минут. Красным выделен средний процент по всему «грязному» времени.

 

Исключив из анализа матчи в которых было проведено менее 30 минут, поскольку они сильно сказываются на финальных результатах либо за счет оверперформинга, при условии выхода на уставшего, проигрывающего соперника, либо андерперформинга в случае задачи удерживания мяча, получаем интересную картину. Во-первых, Сутормин сыграл по 8 встреч > 30 минут в качестве левого и правого инсайда соответсвенно ( 580 и 578 минут). Во-вторых, за исключением процента передач в финальную треть от всего количества передач, отличающегося на 2 пункта, цифры до невозможного идентичны. В-третьих, среднее количество полученных передач одинаково вне зависимости от позиции. 

Это позволяет сделать промежуточный вывод о том, что Алексею достаточно комфортно выступать на любом из флангов для того, чтобы не проявлялся значительный спад по показателям. Конечно, есть отличия иного плана: находясь слева Сутормин наносит больше ударов, убирая мяч под правую ногу в центр ( 2,36 удара за игру / 1,81 удар за игру) , но и меньше подает, чем на правой бровке ( 3,22 подачи за игру / 2,47 подачи за игру).

В таблице не учитывается точность передач. В случае нашего анализа ей можно пренебречь ввиду двух «но».

  1. Приведенные выше цифры изначально являются неплохими для РПЛ, но не дотягивают до топ-уровня
  2. После перехода в Зенит показатели рухнули сильнее ожидаемого.

 

И если процент передач вперед снизился в пределах нормы: тут цифра Роберта Мака образца прошлого сезона остановилась на отметке 22,2%, Ригони — 19,1, да и в целом, учитывая игру Оренбурга, Алексей нередко двигал мяч вперед из более глубоких позиций, то передачи в последнюю треть и штрафную стали сильно ниже конкурентов.

При этом среднее количество полученных мячей Суторминым выросло с 14,1 до 22,4, а это, на секундочку, больше , чем получает мяч Дриусси, уже адаптированный к команде.

 

Процент полученных передач каждый раз ярко отражается в packing прием. Сутормин от матча к матчу становится одним из лучших среди отрезавших футболистов соперника на приеме. 

Казалось бы, это отличные вводные для прогресса. Но всплывает проблема.

 

В четырех матчах из 5 в топ-10 связок по передачам входит Сутормин вместе с крайним правым защитником. Это важный момент, частично обнажающий проблему.

Передача от крайнего защитника крайнему полузащитнику в позиционной атаке, как правильно, несмотря на то, что технически это продвижение мяча, фактически таковым не является, что отлично видно на примере последнего матча с Динамо.

 

Игорь Смольников отдает передачу в линию, куда открывается 91ый номер Зенита. Алексей выбегает в свободную зону, но он по-прежнему находится под давлением, а в центре нет адресатов, которым он мог бы отдать пас. Как итог, мяч возвращается защитникам, атака начинается заново. На этом моменте уместно вспомнить слова Дани Алвеса:

«Я очень часто делал передачи, которые Гвардиола ненавидит. Я сам по сей день ненавижу этот тип пасов. Пас, который не продвигает мяч – от крайнего защитника крайнему полузащитнику. Это неправильный пас. Чтобы полноценно атаковать, нужно делать передачи с фланга в центр или наоборот – из центра на фланг.» — Дани Алвес

И все же, есть кейсы при которых такое развитие атак допустимо и возможно.

В случае Зенита:

 

 

Первый вариант это движение партнера, чаще крайнего защитника, позволяющее увести с собой страхующего , оставив в изоляции 1 в 1 атакующего игрока с защитником соперника.

В таком случае у Сутормина появляется больше времени для принятия решения, он имеет возможность поднять голову. Но возрастает и важность подстраховки , ведь оба фланговых игрока оказываются очень высоко, оставляя фланг уязвимым к контратакам.

Второй вариант — широкая роль крайнего защитника и более узкая у крайнего полузащитника.

 

Получая мяч ближе к центру футболист может передать его дальше или вернуть на подключающегося крайнего защитника.

Нечто подобное уже работает в Зените на левом фланге, с которого Дриусси уходит в центр, оставляя игру в линию Сантосу. Эпизодически в начатом сезоне тренерский штаб Зенита пробовал давать аналогичную свободу при подключениях вперед и Сутормину. 

Третий вариант — передачи в свободные зоны/ за спины на крайнего полузащитника.

 

В подавляющем большинстве случае подобный кейс ведет к кроссам в штрафную. Но рассматриваемый вид передач требует наличия свободных зон у соперника, что напрямую зависит от того, в каком блоке находится команда и каким образом происходит растягивание обороны. Такой вид передач не так просто поставить на поток.

Среди примеров неспроста используется матч с Краснодаром. В связке с Сантосом Алексей чаще получал мяч в удобных для себя позициях, что сказалось и на продвижении этого мяча. На данный момент матчи против Оренбурга ( играл на бровке с Терентьевым) и Краснодара ( играл на фланге с Сантосом) статистически отличаются в лучшую сторону по сравнению с остальными, где взаимодействие было со Смольниковым.

Представляя, где и как Сутормин получает мяч, а также как дальше действует в продвижении через передачи, можем перейти к следующему пункту:

Обводки

 

 

Большое количество обводок вкупе с высоким процентом успешных не отражают того, как на самом деле обстоят дела. Да, Сутормин действительно хорош в силовом, атлетичном дриблинге, но чем ближе он находится к штрафной соперника, тем реже он может его использовать и тем реже такой дриблинг приносит результат ведь во многом эти обводки завязаны на скорости и движении.

 

 

Бежать в свободную зону с мячом и ложные замахи— основной вид дриблинга вингера Зенита. Он почти не использует финты, почти не переходит на короткий шаг при приближении к штрафной. Этот дриблинг не является взрывным. Иными словами, Алексей испытывает сложности с обыгрышем соперника с места.

 

В реалиях игры Зенита такое умение может быть актуально для контратак, но почти полностью бесполезно в атаках позиционных. 

Получая мяч в начале финальной трети спиной к воротам, под давлением, полузащитник Зенита не может обыграть оппонента. Он становится своеобразным якорем , через который команда может отыграть мяч, например, для вытягивания защитников, но не более.

К этому же блоку можно отнести прогрессив раны, лишь подтверждающие теорию.

 

Сутормин умеет бежать и обыгрывать соперников на скорости, вот только для этого ему необходимы зоны и пространство. 

ДДругое

Получив пространство рядом со штрафной соперника новичок Зенита может совершить кросс ( если находится на любом из флангов),

 

 

На дистанции в сезон при фильтре в позиции на фланге в прошлом году Алексей делал 2,56 кросса за игру в среднем при 30,2% , в Зените за первые 5 туров 1,51 за игру и 50% достигших партнера. Это не очень высокий показатель, но он допустим, особенно учитывая количество кроссов партнеров: Ригони после возвращения в команду 6,18 (35,3%) и Мака — 2,75 ( 30,2%), что позволяет предположить , по сезону эта цифра выровняется. 

При неудачном кроссе или перехвате передачи Сутормин сразу вступает в отбор для возвращения владения мяча.

 

 

К слову о единоборствах в обороне, большинство из них в Зените связанно именно с тактическими фолами или попытками вернуть мяч после потери, а потерь у Алексея, для игрока, не идущего в обводки, очень много: 9,33 ( 21,6% на своей половине). 

Возвращает мяч он и при перехватах. 3,65 за сезона 18/19 ( на фланге) , 4,35 в РПЛ 19/20 ! Как и в отборах, в том числе на половине соперника 5,63 (54,5 на половине соперника).

Ранее уже поднимался вопрос о том, что Сутормин не дорабатывает в защите, опускаясь реже Дриусси. Возникает он небезосновательно, Алексей действительно нередко оставляет фланг на одного партнера, возвращаясь назад трусцой. Это может быть связано с недостаточной физической формой, к пику которой команда должна выйти к Лиге Чемпионов.

Как итог Зенит получил игрока, которого проблематично встроить на ту позицию, на которую он собственно и приобретался, в игру команды прямо сейчас так, чтобы раскрыть сильные стороны футболиста. Без пространства и получения мяча в движении один из главных козырей Сутормина теряется. Помимо силового дриблинга и паспорта Алексей может похвастаться только физическими данными по сравнению с Ригони и Маком, потерявшими место в составе, чего может быть маловато для игры в основном составе в долгосрочной перспективе, особенно учитывая изменения, связанные с лимитом.

Конечно, есть альтернативные варианты.

Для начала все ещё возможно развитие событий в ключе «не мытьём, так катаньем» с долгосрочным кредитом доверия и постоянным местом в составе, в расчете на «прорвет». Алексей по ходу карьеры успел сыграть на 10 позициях, что говорит о хорошей обучаемости. Это качество может помочь адаптироваться к новой системе и , возможно, забить несколько мячей после подключений а-ля Зенит-Тамбов. И все же, учитывая приближающуюся Лигу Чемпионов, а также переход Малкома на схожую позицию за солидные деньги, который не может не давить психологически , грядёт серьезная проверка на прочность ментальных качеств Сутормина и его готовность к борьбе за место в составе. 

В тексте ранее умышленно не заходила речь о характере Алексея, ведь спорные интервью относительно места в составе и неуверенности в переходе без гарантированного места в старте, данные им задолго до трансфера, спорны лишь субъективно. На деле же именно конкуренция расставит все по своим местам.

 

Другим путём будет подстраивание под Сутормина не только схемы, но и роли. Крайне рискованный и неоправданный шаг. Возможные плюсы нивелируются вероятностью разрушить то, что работает сейчас, исказив выстроенную линию обороны команды.

Частично сюда же относится приобретение нового флангового защитника ( перспективы Терентьева в команде туманны уже не первый сезон, использование Сантоса справа — исключительные случаи), в паре с которым, как в случае с игрой четвертого тура против Краснодара, Алексей будет получать мяч не во фланг, а в сторону центра. Это позволит несколько сгладить отсутствие умения обыгрывать с места и стабильно хорошего паса.

Тут же возникает вопрос, может быть трансфер не нужен, достаточно банального перевода на левый фланг. Подобные перестановки, вероятно, учитывая травмы Дриусси и Малкома, можно будет увидеть уже в субботу в матче с Ахматом, вот только статистически игра Сутормина при переводе на противоположный фланг почти не меняется. Превалирующее количество навесов сменяется на количество ударов, на этом все. 

На фоне этого разумным выглядит перемещение экс-игрока Оренбурга на уже знакомую ему позицию правого защитника. Здесь, имея хорошие физические данные, при условии набранной формы, Сутормин может дать команде силовой дриблинг с более удобных для него начальных позиций, получая мяч в движении на скорости. В этой же роли возможно сохранение количества подач. 

Есть и нюанс, с переходом Малкома, слабо играющего в обороне, в качестве крайнего защитника нужен дисциплинированный игрок. К примеру, после выхода бразильца Смольников полностью выключился из атакующей игры, что не очень свойственно ему, сконцентрировавшись на обороне. Готов ли к этому Сутормин, игравший до этого крайним защитником в схеме с 5ю игроками обороны, вопрос, вновь отсылающий к обучаемости и характеру.

Ресурсы: Wyscout

Фото: Вячеслав Евдокимов «ФК Зенит»,

Сообщество ФК Зенит vk.com/zenit_spb

 

СБГ Aналитика (Зенит, тактика, статистика)

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья