Блог Gloria Borussia

Оттмар Хитцфельд: «Дортмунд – это настоящая любовь»

Можно было бы позволить ученым спорить о том, заслуживают ли Удо Латтек (8 чемпионатов Германии, 3 победы в еврокубках) или Оттмар Хитцфельд (9 титулов чемпиона Германии, 2 победы в Лиге Чемпионов, одна победа в клубном чемпионате мира) звания «самый успешный тренер Германии». В любом случае неразумно вынашивать подобные мысли, учитывая выдающиеся успехи обоих. Необыкновенная карьера Хитцфельда началась в Дортмунде в 1991 году. Руководствуясь стремлением к успеху, четыре года спустя он отпраздновал свой первый из семи чемпионских титулов в Германии, сопровождаемый «уникальными ощущениями счастья».

Школьный учитель младших классов по математике и спорту аккуратно разложил рядом с собой рукописные листы. Он отлично подготовился к этому интервью, к путешествию во времени, в сезон 1995 года, который, несмотря на все трудности, принёс дортмундской «Боруссии» первый чемпионский титул с 1963 года. 71-летний мужчина выглядит таким же жизнерадостным, как и в начале своей успешной тренерской карьеры в Дортмунде с 1991 по 1997 годы, когда клуб праздновал победу в двух чемпионатах, и вершиной успеха стала победа в Лиге Чемпионов УЕФА, плюс к этому 2 место в Бундеслиге и финал Кубка УЕФА. Были и другие времена, когда у Хитцфельда были проблемы со здоровьем, но, к счастью, их удалось решить. Он уже 6 лет наслаждается жизнью футбольного пенсионера и говорит о «самом прекрасном периоде в моей жизни, который у меня когда-либо был».

Насколько был важен для Вас чемпионат 1995 года?

Чемпионат 1995 года был самым красивым титулом в моей карьере. Это был мой первый чемпионский титул в Германии. И перед этим Дортмунд не был чемпионом Германии в течение 32 лет. Я никогда не забуду эти эмоции, этого чувства счастья. Это было безумие, смесь гордости и облегчения. У меня были слёзы, что случалось крайне редко. Всё давление спало. Это было уникальный и полезный опыт.

Вы могли сделать это раньше. Три года назад (в 1992 году), в первом сезоне с «Боруссией» Вы были всего в нескольких минутах от выигрыша титула…

… да, пока Бухвальд за «Штутгарт» не сделал счёт 2-1 в матче против Леверкузена. По пути домой доктор Нибаум сказал, кто знает, возможно, к лучшему, что мы сейчас не чемпионы Германии. Ожидания были намного выше и, возможно, команда не была так хорошо укоплектована, как впоследствии. Таким образом, далее последовала непрерывная стройка.

Однако она протекала непросто. Сезон 1993-1994 годов был сложным после 2 места в 1991-1992 годах и успешного международного сезона 1992-1993 годов. Почему?

Когда приходится столкнуться с провалом, начинаешь концентрироваться на самом важном. В тот год нам пришлось потратить много денег. Команда постоянно усиливалась. Но подписание игроков с громкими именами, игроков национальных сборных, не может гарантировать, что команда сразу же начнёт добиваться успеха. Требования же возрастают с каждым днем. Ожидания выше. Сезон был плохим, но, возможно, важным уроком для следующего года

Неудачи, о которых мы поговорим позже, сформировали сезон, на который надеялись, и 17 июня 1995 года, но если оглянуться на недели назад, то тогда они принесли неожиданные счастливые концовки. А какие у Вас воспоминания об этом финальном туре 25 лет назад?

Было огромное давление. Мы знали, что получим этот шанс, если мы выиграем свою игру. Мы были в выгодном положении, поскольку Бремен должен был играть с Баварией, а Отто Рехагель уже стал там новым главным тренером. Это, безусловно, имело значение. Бавария хотела более или менее спасти сезон. Когда в Мюнхене забили гол, то на трибунах был взрыв. И мы сразу поняли, что что-то случилось, и что мы можем это сделать! В конце концов, это были невероятные эмоции, когда все зрители выбежали на поле. Вы тоже были на поле?

… да, в то время вёл репортаж для радио, и в то время был страх быть раздавленным...

У меня также была тревога и ощущение, что люди тебя хотят раздавить. Затем я в кавычках спасся бегством и пришлось прокладывать путь к тоннелям.

Насколько сильное было давление, чтобы добиться успеха перед первым чемпионским сезоном?

Доктор Герд Нибаум как президент публично озвучил высокие цели как само собой разумеющееся. Для нас также было жизненно важно стать чемпионами. Потому что только чемпион играл в Лиге Чемпионов. И только там можно было заработать деньги. Это была поддержка баланса, на который клуб пошёл тогда.

Что должен иметь тренер кроме специальных знаний, чтобы быть успешным?

Этому всё должно соответствовать: сыгранность команды, тактическая концепция в игре, интенсивность тренировок и их дозирование. Нужно иметь отличных помощников. Мне повезло, что у меня был Михаэль Хенке, который стал верным другом. Между нами были невероятные доверительные отношения. И у меня были очень близкие отношения с Михаэлем Майером. С Хенке и Майером я чувствовал себя защищённым. Это было необходимым условием для поддержания силы, необходимой для того, чтобы пережить неудачи.

Помогла ли программа подготовки преподавателей в управлении командой с альфа-самцами?

В целом я определил курс в самом начале своей карьеры и поставил перед собой цели, которые хотел воплотить в жизнь. В 1971 году я позвонил Хельмуту Бентхаузу в Базель и спросил, могу ли я приехать на пробное занятие. В то время тренера можно было найти по телефонной книге. Я всё взял в свои руки, и так пришёл в профессиональный футбол. И параллельно я учился на курсах для преподавателей. Впоследствии я тоже извлёк из этого выгоду. Весь мой опыт как футболиста также помог мне как тренеру. Важно чувствовать людей. Когда мы проигрывали, я вообще не ругал команду, но пытался понять игроков.

И Вы пытались использовать игроков в соответствие с их сильными  сторонами. Вы сознательно приняли тот факт, что Вы получите много публичной критики? Вас обвинили в том, что вы не «современный», потому что вы придерживались схемы с либеро вместо того, чтобы следовать четверке в линию, которая долгое время была тактическим стандартом в ведущих международных клубах.

В конечном счёте, всё зависит от игроков, которые у Вас есть. Вы должны найти для них оптимальную структуру. Я не могу выбрать систему, которую игроки не смогут реализовать. Я хотел ввести схему с четверкой в линию. Пока бы эта система сработала, меня бы уже к тому времени уволили. Когда я начинал в 1991 году, в Бундеслиге всё ещё играли с либеро сзади, а два стоппера бегали за нападающими соперников. Самое главное — чувствовать, что может принести успех. Это как головоломка (паззл), которую ты собираешь. Как тренер ты не должен быть упрямым, а гибким. Потому что только успех в конечном итоге доказывает, что ты прав.

Триумфальный старт из 3 побед в сезоне 1994-1995 годов и 3:6 по окончании дополнительного времени в Кубке в Кайзерслаутерне. Это была ключевая игра на пути к титулу? В то время Франц Беккенбауэр был едким: «С такой защитой не стать чемпионом».

Когда Вы это рассказали, снова навевают воспоминания. Кошмар. Бетценберг всегда был жарким местом. И это было досадное поражение. Но мы забыли его и показали характер. Если вы показываете реакцию после таких игр, то это означает, что вы можете справиться с неудачами.

Что побудило Вас перевести Маттиаса Заммера из полузащиты в оборону? Этот шаг, возможно, был ключом к чемпионству.

С Жулио Сезаром я действительно хотел перейти на четырёх в линию. Но это не сработало. Тогда я захотел, чтобы он стал либеро. Он был потрясающим игроком, отлично справлялся с работой, но он не мог общаться, а, следовательно, не имел возможности руководить командой. Можно перевести Маттиаса в оборону, дать ему свободу и позволить играть перед ним, потому что в лице Жулио Сезара у вас за спиной была надёжная страховка: невероятно быстрый и мощный, с отличным игровым интеллектом. Он умел всё. Хорошо организованная защита была краеугольным камнем для блистательного нападения.

 «Для меня, как для тренера, это была удача».

В Кайзерслаутерне у Флемминга Поульсена случился разрыв крестообразных связок, в середине марта выбыл Стефан Шапюиза, а перед 31 туром Калле Ридле с той же тяжёлой травмой.

Это было тяжёлое время. Это был невероятный удар судьбы, когда команда потеряла своих лучших нападающих. Конечно, достаточно и одного. Мы должны были настраивать себя на лучшее. К счастью, у Боруссии Дортмунд всегда была хорошая молодёжь. Я вызвал Ларса Риккена и Ибрагима Танко. К счастью, оба были с крепкими нервами. В любом случае, у Ларса был особенный талант, потому что он оставался хладнокровным, и у него был мощный удар. Танко был немного шустрым, и тем самым вносил свежую струю. Для меня, как для тренера, было большой удачей, что у нас были два таланта, которые выдержали большое давление. Но и им также нечего было терять.

Однако в 29 туре после 1:3 с прямым конкурентом в Бремене лидерство в Бундеслиге было потеряно. Как Вы отреагировали на это поражение?

Было очень много горьких моментов, которые мы испытывали в течение сезона. Бремен всегда был очень силён дома, плюс эмоциональные болельщики. Это гнало команду вперёд. И Рехагель был сильным мотиватором. Это немного отбросило нас назад. Но пока есть теоретический шанс, вы, как тренер, считаете, что сможете выиграть титул.

На этом этапе Вы прислушивались к себе или обращались за советом к другим?

Конечно, я много разговаривал с Михаэлем Хенке и Михаэлем Майером, но я должен был сам принимать решения, поскольку я нёс ответственность и должен был держать удар. Я самоучка, всегда всё делаю сам и принимаю решения в одиночку. За всю свою тренерскую жизнь я редко обменивался мнением, потому что не хотел, чтобы на меня оказывали влияние.

В 31 и 32 туре были только ничьи против Фрайбурга и Гладбаха. Как это повлияло на Ваши нервы?

Вы всегда забываете, что мы остались без линии атаки. У нас было достаточно шансов выиграть эти игры. Это был сезон постоянных неудач. Это действовало мне на нервы. И было огромное давление.

В предпоследнем туре в Дуйсбурге в перерыве, казалось, что всё потеряно: команда проигрывала 0:1, а Вердер против Карлсруэ вёл 2:0. Вы помните свою речь в перерыве?

Это нормально пытаться подбодрить команду, когда она проигрывает. Вы излучаете оптимизм, и этим показываете веру в команду и мотивируете всех. Я сказал, что даже если мы пропустим ещё гол, то у нас ещё будет возможность забить два или три гола.

Так и случилось. Дуйсбург сделал счёт 2:0 вскоре после перерыва, но в итоге 2:3.

Это была фантастика, как мы вернулись в игру. Михаэль Цорк в очередной раз забил важный пенальти. И Штефан Ройтер решил исход матча, хладнокровно забив 2 гола.

Наступила эйфория, в город вернулась вера в чемпионский титул. Вы тоже это почувствовали?

Женщина в киоске сказала мне, когда я покупал газету: «Герр Хитцфельд, мы можем это сделать!» Такое отношение людей меня впечатлило. В Дортмунде у меня всегда было чувство, что болельщики всегда за нас. Это действительно настоящая любовь. Я могу оценить это, поскольку я был в Баварии, клубе, в котором добился успеха, и где многое является самим собой разумеющимся. В Дортмунде любят клуб, болельщики поддерживают Боруссию, даже когда дела идут плохо, что не так часто встречается в других клубах.

Требовалось побеждать Гамбург с разницей в два мяча. Анди Меллер неожиданно со штрафного обвёл стенку и на 9 минуте сделал счёт 1:0. Этого никто не ожидал. И Вы тоже?

Нет, он хотел пробить верхом... (смеётся)... , но он обвёл низом. Это был удачный удар. И Ларс Риккен быстро сделал счёт 2-0.

Фанаты были на двух стадионах одновременно: физически в Дортмунде, мысленно — в Мюнхене...

Когда там что-то происходило, тогда здесь сразу становилось известно. Это было также отличное сочетание, что Бремен должен был ехать в Мюнхен, и что Рехагель стал новым тренером Баварии. Я верил, что Бавария может нанести поражение Вердеру или, по крайней мере, сыграть вничью. Для нас было очень важно выполнить наш долг.

Какие у Вас воспоминания о праздновании чемпионского титула?

Мы все были счастливы. Я не хотел слёз, и, тем не менее, я был очень тронут, потому что давление спало. Это сделало счастливым миллионы фанатов и дало нам максимально возможный успех. Это было невообразимо, что мы это смогли сделать и поднять блюдо. Это было неповторимое чувство счастья. И чемпионат 1995 года, как я уже сказал, был моим первым в Бундеслиге, и одним из самых красивых в моей карьере.

В 1996 году «Боруссия» Дортмунд с Оттмаром Хитцфельдом сумела защитить титул, а в 1997 году стала первым немецким клубом, выигравшим Лигу чемпионов УЕФА. Победа со счетом 3:1 над «Ювентусом» - это была 273-я и последняя игра для тогдашнего 48-летнего главного тренера черно-желтой команды. «Это было абсолютно правильное решение и в нужное время. Я был тренером в течение шести лет. Это была тяжелая работа, и я был очень измотан». 

Тем не менее план сделать перерыв на короткое время был поставлен под сомнение, когда на Гольдфазаненвеге (Goldfasanenweg) в районе Бухгольц (Buchholz) зазвонил телефон, и на другом конце линии был слышен голос президента клуба «Реал» Мадрид Лоренцо Санса.«Он действительно хотел меня подписать. Я попросил два дня, чтобы это обдумать». Хитцфельд быстро пришёл к выводу: «К тому времени, когда я смогу заговорить по-испански, меня могут уволить». На следующий день он посетил Михаэля Майера, который уже был осведомлен о его соображениях. «Я не собираюсь идти в «Реал», но я не собираюсь продолжать с «Боруссией», я ухожу». В качестве альтернативы Майер предложил ему новую должность спортивного менеджера. «Я должен был оформлять трансферы, а он сам должен был регулировать финансовые вопросы. Это была очень хорошая идея. И для меня было чрезвычайно важно иметь возможность перезапуститься»

Вы добились большого успеха в Дортмунде, и еще большего успеха добились в Мюнхене. Какое время было «более красивым»?

Я всегда жил здесь и сейчас и никогда не оглядывался назад. Для тренера это вообще не работает. Вы находитесь под постоянным давлением. Важны только сегодня и завтра. Это постоянное стремление к успеху расходует много энергии. После 6-ти лет в «Баварии» у меня было эмоциональное выгорание. Я был ещё более истощён, чем в Дортмунде. Мне пришлось держаться на расстоянии от всего, после того, как я ушел за полтора года до того, как снова присоединился к «Баварии». Это был опыт. Всего лишь через год я понял, что я не хочу быть тренером ежедневно. Как тренер национальной сборной Швейцарии я мог жить в Лёррахе, и у меня было всего 15-ть игр вместо 60-ти. Было очень важно получить толчок и в возрасте 65 лет после чемпионата мира в 2014 году остановиться. Сейчас у меня лучшая жизнь, чем когда-либо.

Как Вы проводите непривычно много времени по сравнению с предыдущим?

Иногда я тоже спрашиваю себя об этом. Я много читаю, каждый день езжу с женой на час в лес, играем в гольф, а зимой катаемся на лыжах. И у нас широкий круг друзей. Я слежу за Бундеслигой, как и все фанаты. Мой сын живёт со своей семьёй в Мюнхене, сейчас у нас трое внуков 4-х, 2-х и 1-го года. Это особенный подарок. И мы этим наслаждаемся. И мы проводим в Facetime каждый день и, если позволяет ситуация, мы регулярно посещаем Мюнхен.

Футбольное направление у внуков уже предопределено, или дедушка захочет им показать, где в Германии это началось?

Я совершенно уверен, что внуки познакомятся не только с Мюнхеном, но и с Дортмундом, даже если при этом им легче будет попасть на стадион. Мой сын симпатизирует обоим клубам, но как фанат он — чёрно-жёлтый. Студентом он стоял на Южной трибуне, у него много друзей в Дортмунде, которые всё ещё живут там, он окончил там среднюю школу и, следовательно, продолжает поддерживать тесные отношения с Дортмундом.

Попытка выяснить, какое время Вы считаете наиболее прекрасным, в Дортмунде или Мюнхене, натолкнулась на дипломатичный ответ. Новая попытка: Вы в отпуске на озере Люцерн, сидите на водном велосипеде, а Ули Хенесс и Михаэль Майер находятся на берегу. Кто получит свободное место рядом с Вами?

 (смеётся) Затем я выйду и оставлю педальную лодку им обоим. У меня были и остались особенные отношения с обоими. Но ближе всего к Михаэлю Майеру. Он был тем, кто подтолкнул меня, дал мне шанс закрепиться в Бундеслиге. Он хотел заранее отправить меня в Леверкузен. В Дортмунде это сработало. И чемпионский титул 1995 года был, как я уже сказал, моим первым в Бундеслиге и одним из самых красивых в моей карьере.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья