Реклама 18+
Реклама 18+
Блог Bank shot

НБА фанатеет от вина

Новое поколение эстетов.

Оригинал: ESPN

Череда черных микроавтобусов виляет по серпантину, поднимаясь наверх по километрам неровного асфальта, переходящего в грунт, сужающегося с двух полос к одной, и въезжает в дубовый лес, который скрывает утренний свет. Мобильные теряют сигнал. И наконец, показываются металлические ворота с большой буквой «М» посередине – и тут же «Кавальерс» вываливаются из транспорта. Около 60 представителей клуба собираются рядом с покрытыми белой скатертью столами, которые расставлены на небольшой поляне. Они чокаются, их бокалы наполнены  Dom Pérignon 2006-го года. Тут же, повсюду на территории – выжженная земля, почерневшие холмы с мрачными скелетами деревьев.

Это горы Майакамас, одно из легендарных винодельческих хозяйств в долине реки Напа. Немногие из игроков «Кэвз» приезжали сюда раньше, но Леброн Джеймс здесь был, и он понимает, что на том месте, где он стоит сейчас, на этой маленькой поляне, когда-то располагалось здание, которого больше нет.

Огонь появился с запада и, пожирая сухой кустарник, прошелся по горам. Ветры донесли его до самых границ виноградников Майакамас, и ужасная жара угрожала уничтожить «спящие виноградники». Рабочих эвакуировали, когда начались пожары, и никто не знал, сохранится ли что-нибудь. Когда они вернулись недели спустя, то обнаружили, что огонь добрался до трех основных зданий, прошелся по сторонам и оставил глубокие черные отметины на фундаменте. Убытки составили миллионы, хотя в полной мере их можно будет оценить лишь тогда, когда станет понятно, какие виноградники зацветут весной. Но каким-то образом огонь уничтожил лишь одно из зданий, 2-этажную виллу в итальянском стиле площадью в 450 квадратных метров, место, где принимали гостей и устраивали трапезы.

«Это чудо», – говорит помощник винодела Майакамас Брайден Олбрехт.

С октябрьских пожаров в Майакамас не приезжали гости. Никаких групп, до сегодняшнего дня, то есть солнечного бодрого четверга в конце декабря – за два дня до 33-го дня рожденья Леброна – когда «Кавальерс» выбрались на двухдневный отдых посреди сезона.

Организаторы в Майакамас поспешили подготовиться к приезду «Кэвз» и успели убрать обгоревшие фрагменты здания в огромные контейнеры. Теперь после первого тоста игроки собираются вокруг бродильных емкостей, а затем переходят в огромную гостиную, где тяжелый деревянный стол уставлен бокалами с шардоне 2015-го и каберне 2013-го.

Они, подтрунивая друг над другом, выпивают еще вина. Джеймс пытается соблазнить новичка Джеди Осамана – тот вместе с другими первогодками пока не распробовал вино.

«Выпей меня…» – говорит Джеймс, держа бокал перед Османом. Но тот отказывается.

«Им же хуже, – позже скажет Джеймс. – Мне – больше достанется».

Винодел Энди Эриксон, представляя шардоне, говорит о том, что гордится тем, что это не типичный шардоне из долины Напы, не слишком экстравагантный вкус с оттенками масла. Игроки делают глоток, а их просят поделиться ощущениями. Защитник Джей Ар Смит, сидящий на диване у стены, поднимает руку. Что пришло в голову, когда он выпил этого вина?

«Оно как масло», – улыбается Смит. Все хохочут. Типичный Джей Ар.

Наконец, игроки спускаются в подвал, где дубовые бочки стоят вдоль каменных стен, построенных еще до сухого закона. Их ждут бокалы с каберне 2003-го. «Кэвз» проведут здесь лишь полтора часа, но за это время, когда виноделы шаг за шагом рассказывают о процессе создания вина, игроки забрасывают их кучей вопросов: о том, чем отличаются вина из гор и вина из долины, как нужно поддерживать правильную атмосферу в погребе, сколько времени требуется, чтобы те или иные вина доходили до оптимальной кондиции, как держать бродильные чаны в чистоте, почему некоторые вина стоят 15 долларов, а другие – полторы тысячи долларов.

«Никто больше не задает подобных вопросов», – думает про себя Карисса Мондави, винодел в четвертом поколении и правнучка Роберта Мондави, пионера винного дела в Калифорнии. Виноделы ценят любопытство, любят, когда посетители стараются проникнуть глубже, чем другие. Но это ни на что не похоже.

И тут Мондави приходит к логичному заключению. Игроки НБА – это результат множества никем не видимых часов, потраченных на то, чтобы довести до совершенства скрытые детали, и все это подводится к тому моменту, когда мяч подбрасывается в воздух. Точно так же и вино проходит бесчисленные этапы создания и требует определенных условий: погоды, земли, урожая, емкостей, бочек, очень чуткого внимания к деталям – пока в один прекрасный день не вынимается пробка. Чтобы они оказались на уровне, нужно много работы, которую никто не видит.

***

Защитник «Миннесоты» Джимми Батлер путешествует с винным чемоданом. Он продемонстрировал его на Олимпиаде в Рио, куда привез с собой бутылки с пино нуар. Разыгрывающий «Голден Стэйт» Стеф Карри, фанат бордо, часто наведывается в Напу, чтобы расслабиться, хотя жалеет, что не начал делать это девять лет назад, когда перебрался в Окленд («Я не ценил то, что было рядом», – говорит он сегодня). Форвард «Голден Стэйт» Кевин Дюрэнт пока еще оценивает, какие вина лучше подходят  к каким блюдам, по-прежнему изучает влияние терруара – совокупности почвенно-климатических факторов, которые влияют на вино. Но он знает, что помогает ему расслабиться, особенно после игры – богатый насыщенный вкус пино нуар.

Защитник «Майами» Дуэйн Уэйд много лет назад начинал с рислинга в ресторане Prime 112 в Майами, теперь он обожает каберне и в сотрудничестве с именитой маркой Pahlmeyer основал собственный бренд D Wade Cellars, включающий каберне-совиньон и купаж красного вина.

Крис Пол также начал с рислинга, а потом перешел на красное вино, сейчас он обожает пино нуар, дружит с профессиональным сомелье, принимает участие в слепых дегустациях и посещает виноградники во время урожая. В ноябре 2015-го, во время матча между «Клипперс» и «Голден Стэйт» Крис Пол переходил центральную линию площадки с мячом и кричал мужчине на первом ряду: «Эй! Ты привез мне хорошего винишка?». Тем мужчиной оказался Хуан Меркадо, основатель Realm Cellars в долине Напы.

А есть еще форвард «Тандер» Кармело Энтони.

У Энтони тоже была стадия увлечения рислингом, когда он начал проявлять интерес к вину в 2007-м, тогда еще выступая за «Наггетс». Очень скоро он стал проводить отпуска в регионах всего мира, славящихся своими винами. Он закупался в Сакраменто, оценивал ранние урожаи Dominus. Он пробовал Petrus 86-го, выдержанное бордо стоимостью в тысячи долларов, и, по его словам, «пути назад не было»  – но затем один друг убедил его попробовать бургундское, и хотя с первого раза оно показалось ему чересчур терпким, он скоро полюбил и его. Теперь все эти сорта присутствуют в рассчитанном на шесть бутылок винном чемодане, с которым Энтони ездит на выезды.

Когда Энтони погрузился глубже в культуру потребления вина, он начал принимать участие в слепых дегустациях, ездить на пробы. Он стал гордиться тем, что может подобрать идеальную пару для вина и блюда. Он стал стремиться к тому, чтобы ощущать как можно больше вкусовых ноток при дегустации. «Если профессиональный сомелье чувствует 12 из 12, – говорит Энтони. – То я хочу определять хотя бы три». И он продолжал дегустировать, развивать у себя вкус и сейчас с гордостью и широкой улыбкой говорит: «Я могут вам назвать три».

Сегодня Энтони видит, как в НБА зарождается новый тренд, но признает, что некоторых игроков может пугать обширность мира вина.

«Ты должен найти собственный вкус, – наставляет Энтони. – Это как искусство. Все не могут пойти и накупить себе баский и рембрандтов, великие шедевры. Именно так нужно смотреть на вино, нужно понять, что нравится именно тебе».

После обмена в «Никс» в 2011-м Энтони стал сначала посещать, а потом и принимать у себя нью-йоркские обеды под маркой «две бутылки в воскресенье», на которые приходят высокопоставленные ценители – те, чьи коллекции, как он утверждает, стоят миллионы. Обязательное условие для таких приемов – с собой нужно приносить первоклассное вино.

«Вот вам история», – вспоминает Энтони, сидя в зале «Тандер» промозглым декабрьским утром. Несколько лет назад, где-то в 2014-м, он посещал такой обед в доме одного из богатейших коллекционеров на Восточном побережье, там было около 80 человек, каждый из которых хорошо разбирался в вине, и каждого попросили принести лучшее вино. «Господи, – подумал Энтони. – Я не хочу быть «тем парнем». Ведь я знаю, что люди придут с бутылками 50-х, 60-х, 70-х. Они пороются в своих погребах, найдут что-то бомбическое. Тут до него дошло: шампанское. Всегда стильно, всегда надежный вариант. Так что он принес Dom Pérignon Brut Rosé magnum, конца 1990-х.

В конце вечера начали выбирать лучшее вино. И? Энтони ухмыляется. Он попал в топ-3.

***

Актриса Гэбриэль Юнион, которая замужем за Уэйдом, помнит те времена, когда еще пару лет назад ее муж совсем не пил вина. Но затем она основала собственный бренд – Vanilla Puddin, калифорнийский шардоне – и все изменилось. Уэйд только начинал знакомиться с вином, но посчитал, что сможет выпустить свой бренд лет в 40, после завершения карьеры.

Это произошло гораздо раньше. К лету 2014-го он уже сидел в гостинице Bardessono в Юнтвилле, а перед ним стояли три вариации каберне, созданные Pahlmeyer специально по его заказу. Он выпил из каждого бокала, но, как в сказке про «Машу и трех медведей», обнаружил, что лишь одно вино идеально – 75 процентов каберне, 15 процентов мерло, 7 процентов каберне фран, 2,5 процента пти вердо, 0,5 процента мальбека с нотками горького шоколада, сушеного табака, шалфея и черничного пирога. Уэйд весь светился, когда попробовал это сочетание и объявил: «Мне кажется, у меня получилось. Теперь у меня есть собственное вино».

Вот что пишет Юнион в своих воспоминаниях «Нам нужно еще больше вина»: «Когда они только появились в лиге… все упиралось в украшения, в машины, в шикарный образ жизни и все ништяки, которые она собой подразумевает. Затем они стали старше и обзавелись семьями, и значение приобрели дома и все блестящие обертки, символизирующие богатство. Теперь же уже никого не впечатляли ни финансовые портфели, ни размер дома. Никто не говорит о площади вашего поместья. Никто не говорит о машинах, украшениях или чем-то подобном. Имеет значение лишь то, кто приносит лучшую бутылку вина».

После десятка интервью с игроками и людьми, работающими в производстве вина – виноделами, коллекционерами, сомелье – становится предельно ясно: ключевые фигуры НБА – постоянно развивающиеся энофилы.

Но когда вопрос заходит о том, какая команда в наибольшей степени помешена на вине, очень сложно уйти от той, чьи цвета – подходящим образом – составляют темно-красный и золотой.

С «Кливлендом» что-то не так. (И нет, мы не говорим о последних неделях). Речь идет о феврале 2014-го, когда Дэвид Гриффин получил должность генерального менеджера. Он начал изучать клубную культуру и обнаружил, что таковой просто не существует. Стремясь решить этот вопрос, Гриффин воспользовался примером тренера «Голден Стэйт» Стива Керра, с которым работал во фронт-офисе «Финикса» и который убежден в значимости командных обедов. И не только обедов, но и обедов с вином. И поэтому Гриффин обратился к своей жене Мередит.

Мередит проходила подготовку, чтобы стать сомелье, и проводила занятия, посвященные положительному влиянию вина на здоровье. Она убеждена, что вино обладает целым рядом благотворных качеств – оно полезно для кардиосистемы, для сердца, его оценка улучшает самоосознанность, вдохновляет на то, чтобы жить сегодняшним днем. Если вы замечаете, что человек напротив нюхает содержимое своего бокала? Вы должны обратить на него более пристальное внимание.    

Вот что произошло днем 28 декабря. После посещения Майакамас «Кэвс» отправились на винодельню Brand, где пообедали в местном ресторане, а потом пошли в бродильную камеру. Внутри находятся 8 столов, и на каждом – три вина, которые производит Brand: каберне-совиньон, каберне-фран и пти вердо. Также на столе находится Brio, это такой купаж красного вина в стиле бордо.

В рамках упражнения на формирование навыков коллективной работы – что очень не похоже на командное собрание в раздевалке через месяц и серию трейдов перед дедлайном, после которых шесть представителей команды были обменены – «Кэвз» располагаются за восемью столами. Игрокам предлагается соединять три имеющихся вина для того, чтобы воссоздать аналог купажа. Никаких процентов им не дается – они должны ориентироваться исключительно на вкус. Используя стеклянные цилиндры с отметками, игроки начинают смешивать и отмечают пропорции.

Формула Brio – это 65 процентов каберне-совиньона, 30 процентов каберне-фран и 5 процентов пти вердо. Очень многие почти угадывают точное соотношение. Но когда сверяют результаты, ближе всех оказывается игрок, который уже посещал винодельню за несколько месяцев до этого.

«Есть, есть!» – кричит Кевин Лав. И действительно он близок, очень близок, ошибся совсем немного, на один процент больше пти вердо. За его столом все поздравляют друг друга. «С нами будущий винодел», – говорят Лаву владельцы. «Это одно из важных достижений моей карьеры», – шутит Лав.

Чуть позже Гриффин, который с женой живет в Сономе, приедет на тот же курорт, где отдыхают «Кэвз», и Лав захватит его в свои медвежьи объятия.

«Они тебе рассказали? – спрашивает Лав. – Мне не хватило 1 процента до идеального результата».

Вот вам еще один эпизод.

Это произошло в раздевалке «Кэвз» после поражения 95:109 от «Сакраменто», второго подряд в ходе отрезка 7-13, после которого произойдет масштабное изменение ростера. Сидя у своего шкафчика, форвард Ченнинг Фрай, один из тех, кого обменяют, обсуждает вино и свою роль в команде.

«Это вам не «Вот ваш коктейль «Jack and Coke». Каждая бутылка вина индивидуальна. Думаю, что это очень хорошо символизирует нас и наши отношения друг с другом».

Многие, как Джеймс и Уэйд, любят красные вина Напы с густыми оттенками. Фрай летом живет в Орегоне и любит местные вина. С возрастом он начал предпочитать хороший пино нуар – как и Кайл Корвер. И все же Фрай не боится попробовать Tempranillo, бутылку которого ему подарил Хосе Кальдерон, или поэкспериментировать с вином из Южной Америки.

Вино всегда присутствует в самолете команды. Там требуются качественные марки – игроки сами приносят бутылки. В это Рождество именно вино фигурировало в качестве самого обыденного подарка «Тайного Санты» у «Кливленда». Возможно, одного этого и недостаточно, чтобы спасти ростер от разгрома. Но один менеджер ресторана, который работает в отеле Западной конференции, где останавливались «Кэвз», заметил, что как только подают вино, все замирает.

«Все внимательно следят и разговаривают исключительно о цвете и аромате вина, – говорит менеджер. – Это потрясающе».

Но кто заказывает лучшие вина на таких обедах?  Фрай, все еще сидящий у своего шкафа, наклоняется вперед, запрокидывает немного голову, делает паузу и тщательно обдумывает ответ.

«Наверное, Кевин», – говорит Фрай через мгновение. И Лав, который находится справа от Фрая и держит ноги в ведре со льдом, одобрительно оценивает это наблюдение. Лав вырос в Орегоне и гордится тем, что не покупается на сладкое белое вино, но вместо это предпочитает знаменитые красные вина своего штата.

«У него самый простой вкус, – продолжает Фрай, но при этом он…»

«Самый простой вкус?!» – прерывает Лав. Глаза широко раскрыты, брови подняты, голова наклонена вперед.

«Я имею в виду самый примитивный вкус, – говорит Фрай. – Заткнись уже».

«Самый простой вкус?» – повторяет Лав.

Тут вклинивается журналист: «Элементарный то есть?»

Фрай: «Нет, я бы не сказал элементарный».

Лав: «А что тогда?»

Фрай: «Всего лишь простой. Тебе просто нужны качественные бутылки вина».

Лав: «Вряд ли тут подходит слово «простой».

Фрай:  «Ну а какое слово нужно? Очень качественный.

Журналист:  «Надежный?»

Фрай: «Вот точно».

Лав: «Это ты называешь «простой»? Нет».

Фрай: «Надежный, очень надежный вкус. Иди в жопу, Кевин».

Лав все еще косится на Фрая, на секунду замирает, затем еще раз…

«Простой?»

***

На утренней разминке «Кэвз» перед поражением от «Сакраменто» Уэйда, сидящего на боковой, спрашивают о том, кто из «Кэвз» больше всех знает о вине. Без раздумий он указывает на Джеймса, стоящего на площадке.

«Он знает очень много. Просто он не хочет этим делиться, – объясняет Уэйд. – Но когда мы куда-то идем, то все спрашивают его: «Брон, что мы пьем сегодня?» Спросите любого в команде, заказ вина всегда предоставляют ему».

И действительно в «Кливленде» об энофилии Леброна складывают легенды.

Как говорит Лав, когда дело касается вина, «у Брона есть суперкомпьютер в голове».

«У Леброна потрясающая память, – считает Гриффин. – Если он в отпуск едет на машине, проезжает по полю, где растет лаванда и еще семь цветов, то через три года Леброн опустит нос в бокал с вином и скажет: «Я чувствую запах лаванды».

А сейчас Джеймс начинает бросать из-за дуги, подозрительным образом приближается, чтобы все слышать, прекращает тренировку и смотрит на Уэйда.

«Видите, – говорит Уэйд, – Он услышал слово «вино» и поэтому остановился».

Джеймс смеется. Уэйд прав. Леброн подслушивает за нами. Уэйд также прав в том, что когда дело касается вина, величайший спортсмен мира так же крепко закупорен, как и бутылка Château Latour. Можно почитать Instagram Джеймса и понять, как глубока его страсть к вину. Но спросите у Леброна о его любимом вине: следующий вопрос. Конкретный регион? Марка? Следующий вопрос, пожалуйста. Кто знает о вине больше всех в команде? Без комментариев. А в лиге? Я бы предпочитал не отвечать. Было ли какое-то особенное вино, которое он хотел попробовать во время поездки в Напу перед днем рожденья? «Да, – наконец, отвечает Джеймс. – Все из них».

Он признает, что верит в положительное влияние вина на здоровье.

«Я слышал, что это хорошо для сердца. Слушайте, я показываю лучший баскетбол в моей жизни и каждый день пью немного вина. Любое, мне все равно».

Джеймс знает, что он – общемировой бренд. И если он выдаст какие-то детали, то это повлияет на бренд. («Для меня это очень важно, – признает Джеймс. – Но я не хочу об этом говорить»). Но он не отказывается чуть-чуть рассказать о том, как началась его любовь к вину.

Еще несколько лет назад Джеймс, по его собственному признанию, «вообще не пил вина». Но тут подошло тридцатилетие, его любопытство усилилось – помогло и то, что его деловой партнер Маверик Картер был ценителем вина.

Так вот он начал пробовать вина, узнавать больше о винограде, регионах, красных, белых винах, о купажах. Прошлым августом Джеймс и Крис Пол приехали на винодельню в долине Напы на Toyota Land Cruiser 80-х и изучили всю территорию. Они спрашивали, что делает Напу уникальной, задавали вопросы о земле, о солнце, о том, как и где сажать виноград. Джеймса особенно интересовали деловые аспекты: сколько это все стоит? Сколько времени это отнимает?

В какой-то момент он дал своей трехлетней дочери Жури сделать глоток первоклассного вина. «Ох, у него вкус как у камня, – сказала она. – Просто отвратительно». (Хотя «камни», чтобы вы знали, это еще одна вкусовая нотка, так что, возможно, Жури Джеймс и не ошиблась).

Во время еще одной поездки в винодельню долины Напы Джеймс бродил среди виноградников, пробовал виноград, спрашивал о деловой стороне дела. Он попробовал два каберне-совиньона, которые выросли в разных областях, но были сделаны одним производителем. «Я действительно хочу знать, почему они отличаются», – спросил он. Ему показали землю обоих вин – в одной был гравий, в другой больше железа. Понюхай землю, сказали ему, потом понюхай вино. Он понюхал и все понял.

Такова, по крайней мере, часть его истории. Но есть и другая глава.

***

Вот вам дилемма: они взяли в аренду яхту и заказали еду для этой яхты, но пока они не подобрали вино, которое бы подходило к еде для этой яхты. Классическое определение проблемы «Первого мира» – дело происходит на Багамах в июле 2015-го. Леброн Джеймс, Кармело Энтони, Крис Пол и Дуэйн Уэйд должны определиться с выбором вина.

Через недели, месяцы и годы спустя тот день запомнят благодаря совсем другой вещи –фотография Джеймса, Уэйда и Пола, восседающих на банане вместе с Юнион, разойдется по интернету и ничто больше не будет прежним. Плевать, что это была идея Юнион. И плевать, что самого Энтони там не было. Уэйд, Джеймс, Энтони и Пол навсегда запомнятся как команда банана, самая культовая четверка в истории.

Но в контексте этого теперь уже сакрального собрания появилось и другое фото. На нем четыре игрока сидят на яхте и поднимают бокалы с красным вином. Эту фотографию сделали через несколько часов после путешествия на банане, когда день уже клонился к закату. Осталось неизвестным, какое вино они тогда распивали. Все, что помнит Энтони – то, что он сказал друзьям, что принесет свое, на тот момент он не доверял их вкусам. Уэйд говорит, что он заказал Pahlmeyer, так как тогда рассказал друзьям, что он согласился сотрудничать с винодельней. Но все присутствующие едины в том, что в этот момент их индивидуальные истории, связанные с вином, по-настоящему переплелись воедино.

«Для них это было словно начало, – Энтони вспоминает о бутылках того дня. – Они пробовали то одно, то другое. Они начали отрывать для себя новый мир».

Тогда была создана команда бананы по оценке вина.

***

Почти полночь 25 октября – Джеймс, Уэйд и Айзейя Томас входят в уютный ресторан в нью-йоркском районе Greenwich Village, только что они проиграли пять очков «Нетс». Внутри кирпичные стены с декором середины века и бирюзовой плиткой создают утонченную атмосферу тропиков, которую дополняет винтажное стекло у задней стены бара. Хотя ресторан рассчитан на 14 человек, сегодня сюда придут до 25, включая друзей и помощников.

Джеймс, Уэйд и Томас сидят вместе, и скоро им приносят огромные порции итальянских блюд с красным соусом – пикантные ригатони, макароны с курицей и пармезаном. А выпить? Заведение славится своими сложными коктейлями, так что один из работников считает, что все ограничится Don Julio 1942 года. Но нет. Вне меню заказывается орегонский пино нуар, а кто-то из компании достает бутылку старого Barolo из своего частного погреба. В течение следующих трех часов здесь откроют полдюжины бутылок, и каждый раз когда это происходит, настроение становится серьезным: игроки вращают бокалами, улавливают ароматы, дегустируют вино, обсуждают его. Вынимаются телефоны, они снимают этикетки – и выгружают фотографии на приложение под названием Vivino.

Vivino – это датское приложение, которое было создано в 2011-м, чтобы помочь тем, кто не разбирается в вине, чувствовать себя увереннее в пугающей вселенной. Они могут сфотографировать этикетку и получить мгновенную информацию о вине – вкусовые нотки, сочетаемость с едой, среднюю цену. Vivino называет себя крупнейшим сообществом знатоков вина и позволяет пользователям также приобретать вино – а если им оно понравилось, то делится рекомендациями с теми, кому оно также может понравиться.

«Нужно отдать должное приложению Vivino», – говорит Карри. По мнению Лава, «это как Netflix для вина». Защитник «Портленда Си Джей Макколлум: «Оно меняет жизнь».

Нужно просто с близкого расстояния снять бутылку, а Vivino выдаст рейтинг на основе тысяч отзывов других пользователей. Оно также запоминает отсканированные вина и создает графики, отображающие вкусовые предпочтения. Пользователи могут следить за своими друзьями и изучать их выбор вина – друзьями вроде команды бананы по оценке вина. Но если такие пользователи играют в НБА, им доступно гораздо большее.

Форвард «Хоукс» Кент Бэйзмор благодарит свою жену за то, что она познакомила его с красным вином, а именно пино нуар, но также отдает должное и ветеранам, с которыми он поиграл в одной команде: Корверу, Полу Миллсэпу, Ричарду Джефферсону. «Оно мягкое, никакого похмелья, – говорит он. – Помогает тебе расслабиться перед сном».

Форвард «Рокетс» Райан Андерсон и его жена провели медовый отпуск в Новой Зеландии в прошлом августе только потому, что он обожает местный совиньон блан.

Для форварда «Лейкерс» Луола Денга все началось в 2013-м, когда «Чикаго» проводил предсезонный матч в Бразилии. Они гуляли Батлером, Назром Мохаммедом и Жоакимом Ноа, а потом наслаждались аргентинским мальбеком.

Шон Ливингстон не пил вино до НБА, но провел первые годы в «Клипперс» рядом с ветеранами Элтоном Брэндом и Каттино Мобли, «большими ценителями вина» и сегодня признается в любви к каберне. «Более смачный, более четкий, немного выдержанный», – объясняет он. Он – не единственный такой в команде, которая базируется в часе езды от одного из лучших винодельческих регионов мира. Карри, Дюрэнт, Ник Янг и Дрэймонд Грин также разделяют его предпочтения.

Защитник «Филадельфии» Джей Джей Редик начал пить вино на старте карьеры в НБА и оценил каберне и шардоне. Теперь он предпочитает Barolos и бургундские вина, а на его дни рожденья его жена покупает ему бутылку Domaine de la Romanée-Conti, безумно дорогое вино. Во время недавнего выезда Редик посмотрел вокруг, сидя в самолете. Когда его задрафтовали в 2006-м, он часто мог бы увидеть, скажем, бутылку водки, Hennessey, ящик Coors Light – и все. Теперь? Отвечает Редик: «В основном здесь одно вино».

У Макколлума, который теперь любит пино нуа («Мы сегодня выпьем много пино!» –  кричал он после того, как набрал 50 очков), в погребе хранится 500 бутылок. Его партнер по задней линии Дэмиан Лиллард предпочитает хороший рислинг. Форвард Эван Тернер такой фанат вина, говорит Макколлум, что тратит все выходные на поездки в местные винодельни. «Я даже не знал, – уточняет Макколлум. – Он мне сам рассказал. А я ответил: «Ты ездил туда в течение всего года и даже не рассказал мне? Я немного расстроился».

Грегга Поповича, нужно отметить, очень уважают в мире вина – даже Wine Spectator отметил его погреб, в котором хранятся 3 тысячи бутылок. Но Поп начал заниматься этим гораздо раньше большинства игроков, которые только начинают открывать для себя золотую лозу. Кто из них знает больше всех? Ответы разнятся, если только вы не спросите у Энтони. «Вероятно, я», – скажет он гордо и безо всякий сомнений.

А что насчет Кобе «Vino» Брайанта? Суперзвезда «Лейкерс» не соответствует прозвищу, которое он дал сам себе в 2013-м, когда услышал, что его игра с возрастом лишь улучшается. «Я слыхал, что красное лучше подходит к стейку, – смеется Кобе. – Это примерно все, что я знаю».

Так что когда Кобе и Энтони идут ужинать, Брайант протягивает винную карту через стол. «Мело, – говорит он. – Приступай».

***

Сейчас июль 2015-го, Крис Миллер сидит на дневной работе, в амбаре, размещенном в центре Лос-Анджелеса. Тут же снимается реклама с участием Криса Пола.

Кто-то говорит жене Пола, что Миллер – профессиональный мастер-соммелье. Это исключительный титул: учтите, что в Зал славы баскетбола введены 279 тренеров и игроков, а мастеров-соммелье – всего 236. «О Господи, Крис обожает вино, – она рассказывает Миллеру о том, как накануне они распили очень хорошую бутылку. Затем оборачивается к мужу. «Покажи ему свое приложение». Пол открывает Vivino и показывает Миллеру фотографию вина.

Миллер говорит, что такого рода вещи с ним происходят время от времени, обычно с негативным оттенком. Представьте, если бы вы были чемпионом мира по шахматам, и пассажир в автобусе хотел бы обсудить с вами стратегию игры. Примерно так. Но затем загружаются фотографии Криса Пола – и там Domaine Marquis d’Angerville Volnay Taillepieds.

Миллер замирает. Лучшее бургундское – мягкое, изящное, но его тяжело найти, его делают малоизвестные производители, об этом вине, Миллер уверен, даже некоторые сомелье ничего не знают. Но оно превосходно, такое вино вы бы стали пить только тогда, когда знаете о том, что делаете.

В мире энофилов существует класс богатых ценителей вина, которых можно классифицировать как «охотники за трофеями» – они охотятся только за уникальными бутылками, такими, как Domaine de la Romanée-Conti или Screaming Eagle, но на самом деле не заинтересованы в том, чтобы понимать вино. Но Миллер говорит о бутылке Пола: «Это не трофей. Это то, что только знающий ценитель вина будет пить, потому что оно восхитительно, а не потому что он выпендривается».

Если Миллер впечатлен Полом, то и Пол очень впечатлен Миллером. («Вы когда-нибудь смотрели «Сом»?, – Пол спрашивает о документальном фильме о четырех сомелье, которые пытаются пройти невероятно сложный экзамен на мастера-сомелье, экзамен, где практически нельзя ошибаться. Это одна из безумнейших вещей, которые я когда-либо видел»). Так что Пол скролит приложение и показывает Миллеру выбор команды банана по оценке вина, каждое вино здесь особенное, каждое тщательно выбрано.

На протяжении следующего года Пол и Миллер поддерживают связь. Миллер помогает Полу и его жене на годовщину свадьбы организовать поездку в Санта-Барбару для оценки вин. Затем Пол звонит Миллеру осенью 2016-го: «Слушай, ты будешь в Напе на выходных?».

«Я должен сегодня туда приехать, – врет Миллер, который на самом деле в это время покрывает воском бутылочные пробки на винодельне в Марине.

«Почему бы тебе не поужинать с нами?» – спрашивает Пол. Миллер, естественно, все бросает и проезжает три часа, чтобы встретить Пола в Press Restaurant в Сент-Хелине, где менеджер приветствует его у дверей.

«Что ты здесь делаешь? Я тебя не видел уже год».

«Да встречаюсь с друзьями».

Генеральный менеджер пытается прочитать по лицу Миллера, пригласили ли его на частную вечеринку или нет, но не выдает, кого он ждет. Скоро подходят Пол… и Леброн Джеймс. Они отправляются в частную залу ресторана, их около восьми человек, в том числе Джемс, Пол и их жены.

В следующие несколько часов за дорогим ужином они открывают порядка шести бутылок стоимостью от 50 до 1000 долларов – каждая пробуется и обсуждается. «Меня это поразило, – говорит Миллер. – Их знания и их умение разбираться в вине гораздо глубже, чем у главных коллекционеров».

***

«Понимаю, что вы меня не знаете, – раздается в трубке. – Но я представляю группу парней, которых везу с экскурсиями по стране. Всплыло ваше имя, и мы хотели бы поужинать в вашем винном погребе».

Девиндер Батиа, кардиохирург из Хьюстона, нисколько не удивлен. Ему уже поступали подобные звонки. Его погреб – отмеченный в Wine Spectator – включает 7500 бутылок первоклассного вина. Его стоимость превышает 7 цифр, так как некоторые вина датируются аж 1898-м. Этот погреб настолько известен, что к нему приезжали два губернатора Техаса, бывший мэр Нью-Йорка Рудольф Джулиани, сенатор от Техаса Тед Круз, легенды НФЛ Джим Браун и Ронни Лотт, всемирно известный повар Вольганг Пак и рэпер Лудакрис. На другом конце провода этим июльским днем в 2016-м – Камаль Хаткандани, исполнительный директор Haute Living, медиа-платформы, с помощью которой некоторые игроки НБА покупают предметы роскоши, в том числе вина, часы, необычные машины и тому подобное.

И вот месяц спустя, 1 августа, в 21.30, Кевин Дюрэнт, Деандре Джордан и Кармело Энтони приезжают в викторианский дом Батиа в музейном районе Хьюстона.

Все трое выступают за национальную сборную США, которая тем вечером вынесла Нигерию и одержала 5 победу подряд. Через несколько дней команда отправится на Олимпиаду в Рио, но сначала Энтони хочет посмотреть на знаменитый погреб.

Страсть к вину охватила Батиа в 1990-м, когда Châteauneuf-du-Pape 89-го идеально подошло к его стейку. Затем она превратилась в навязчивую идею – идеальный способ расслабляться после работы, на которой, как он говорит, «если ты промахиваешься на миллиметр, кто-нибудь умирает».

Сегодня никто не умрет. Вечером Дюрэнт, Джордан и Энтони вошли в дом, спустились по деревянной лестнице, протиснулись в дверь и ощутили прохладу 13-градусного воздуха – температура и влажность внутри контролируются приложением на телефоне Батиа. Внутри пространства 9 на 10 метров от стены до стены установлены сделанные вручную стеллажи из красного дерева, которые могут вместить до 14 тысяч бутылок. Пройдя сквозь еще одну дверь, Энтони восхищается 200 бутылками Domaine de la Romanée-Conti – которое считается одним из самых дефицитных вин мира. Такая коллекция сама по себе стоит больше полмиллиона.

В течение нескольких часов во время обеда с 5 блюдами, к каждому из которых подают по две бутылки на группу из 20 человек, игроки обсуждают характерные черты каждого вина. Дюрэнт и Джордан, относительно недавно заинтересовавшиеся винами, предпочитают калифорнийские марки, но Энтони признается в любви к винам Старого Света, бургундскому и бордо, среди других более необычных марок. «Он знает толк, – говорит Батиа. – Он действительно знает толк».

Игроки остаются до раннего утра и в 3 ночи бросают мяч во дворе Батиа с его 14-летним сыном Дрэйком. В следующий раз когда «Никс» приезжают в Хьюстон на рождественский матч с «Рокетс», Батиа сидит на своем обычном месте – по центру, над владельцем «Рокетс», на одном из ближних к паркету рядов, где у него четыре сезонных абонемента. Когда Энтони выходит на разминку, он останавливается и направляется к Батиа.

«Здорово! Я приеду после игры, – говорит ему Энтони. – Попьем вина».

После игры Энтони уходит из зала не с «Никс», а с одним из самых известных в Техасе коллекционеров вина.

***

Утром после винного тура по долине Напы игроки «Кэвз» собираются на тренировку в школьном зале Сент-Хилены. Дальше им предстоит поездка в Солт-Лейк-Сити.

Джеймс с радостным видом сидит у площадки. «Мы грандиозно провели время», – рассказывает он небольшой группе журналистов. Он выражает благодарности местным винодельням – за то, что «они буквально открыли свои бутылки для всего клуба, для меня».

В середине октября, когда бушевали пожары, Джеймс опубликовал видео с соболезнованиями тем, кто пострадал. Начните говорить об НБА с виноделами Напы, и они обязательно вспомнят то видео. «Это значило очень много для нас», – говорит Пол Робертс.

Робертс – мастер-сомелье, директор Colgin Cellars в Сент-Хилене, и хотя его винодельня не открыта для посещений, Джеймс с друзьями приезжал к нему прошлым летом. Во время этого визита Джеймс смотрел на телефоне отрывки с матчами Майкла Джордана. Робертс запомнил эту сцену: величайший баскетболист до сих пор не удовлетворен, он по-прежнему сфокусирован на том, чтобы стать еще более великим, и пытается научиться у человека, который добился этого до него.

Во время двухчасового посещения Джеймс пытался вникнуть в каждую деталь, понять, как все это воплощается в содержимом бутылки. И тут на Робертса снизошло своего рода откровение. Джеймс напомнил ему обо всех тех, кто является лучшими в своих областях – и все они нацелены, если не зациклены, на достижение высочайшего результата.

«Когда вы взглянете на Леброна, Криса Пола и многих этих парней, – говорит Робертс – то увидите, что они тратят тысячи часов для того, чтобы не только поработать над своим телом, но и над своим мозгом. И именно поэтому, как мне кажется, вино так сильно их интересует».

И потому в Colgin Cellars они могут осматривать 20 акров виноградников каберне-совиньона, за которыми так же скрупулезно ухаживают, как и за японскими садами. Они могут восхищаться прекрасными видами на озеро Хенесси с террасы, где проходят дегустации. Они могут наслаждаться великолепным небом долины Напы. Они могут приходить в восторг от мощного света, благодаря которому здесь созревает лучший в мире виноград. Они могут гулять между виноградниками, задавать вопросы о солнечном свете и почве, проникая все глубже и, вероятно, понимая лучше, чем кто-либо еще, как непросто вырастить и создать нечто прекрасное.

 

Фото: Gettyimages.ru/Maddie Meyer

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья
Реклама 18+
Реклама 18+
Включите уведомления,
чтобы быть в курсе самых важных новостей