Загрузить фотографиюОчиститьИскать

Выступления на БиЗ

Завтра на заседании исполкома ФХР решится судьба нынешнего тренерского штаба сборной. Вячеслав Быков и Игорь Захаркин проработали в главной команде страны почти 5 лет, и каждый их шаг непременно сопровождался десятками комментариев. Sports.ru вспоминает самые яркие цитаты, посвященные этому тренерскому тандему.

Выступления на БиЗ
Выступления на БиЗ

Хоккеисты о Быкове и Захаркине

Александр Овечкин: «С Вячеславом Быковым работаю в первый раз, но уже сразу понял, что это жесткий тренер, особенно в вопросах дисциплины. Я ощутил это на Семине. А если серьезно, то каждый, кто приехал в нынешнюю сборную, прекрасно понимает, зачем он здесь. Мы приехали защищать свою родину, а гулянки и ночные дискотеки будут тогда, когда придет время отпуска» («Спорт-Экспресс», 25 апреля 2007).

Ладислав Кон: «Когда ЦСКА вышел на меня, я больше не раздумывал. Это честь для меня – быть в этой команде. Я хочу играть за Славу, за своего главного тренера. Это определенный вызов для меня, и я его принял». Это, конечно, честь для меня. Надеюсь, смогу отплатить той же монетой клубу за доверие. Только имя Быкова уже говорит о многом. Это легенда мирового хоккея. И поэтому, когда он говорит, все слушают, затаив дыхание. Все его уважают» («Спорт. День за днем», 13 августа 2007).

Дэвид Немировски: «Когда я уходил из ЦСКА, конфликт был не с Быковым, а с другим тренером — Захаркиным, его другом. Думаю, я не первый, у кого с ним не сложилось. Все, кто покидал ЦСКА, уезжали именно из-за Захаркина. Считаю, что Вячеслав Аркадьевич слишком много слушает своего помощника. Первый раз вижу, чтобы человек, еще недавно работавший на заправке, был одним из тренеров сборной» («Спорт. День за днем», 8 декабря 2007).

Илья Ковальчук: «За Быкова я готов играть всегда и везде» (Sportbox.ru, 21 мая 2009)

Илья Ковальчук: «Сильная сторона дуэта Быков – Захаркин кроется в психологии. Хороший тренер должен быть великолепным психологом. Сейчас есть такие менеджеры по тимбилдингу – созданию коллектива. Они читают лекции, собирают группы. Так вот, если бы Быков с Захаркиным не занимались хоккеем, они бы преуспели в подобной менеджерской работе. Они умеют нормально общаться, чего часто не хватает другим тренерам. Они говорят с игроками на равных, а не по принципу «я – начальник, ты – дурак». Неважно, кто в какой лиге выступает, и какая его фамилия. У нас всех общая цель, к ней и идем» («Советский спорт», 29 августа 2009).

Илья Брызгалов: «Надо было разбирать игру соперника. Готовиться на тренировках. Элементарные вещи: думать над построением обороны в средней зоне, в зоне защиты, выход из-под прессинга. Нужно было наигрывать большинство. Его наигрывали – но так… Главное, требовалось избрать хоть какую-то тактику на матч. Любая команда играет по схеме, и у Канады она была. Когда смотришь, как команда забивает голы, – многое о ней понимаешь. Над этими моментами и следовало работать.
Американские тренеры с помощью видео разжевывают до последней мелочи. Выходишь на площадку – и все ясно. Но я встречал людей, на которых смотришь – и понять не в силах: как он вообще оказался в тренерах? В Америке я работал с профессионалами. Самое глупое и нелепое, что может быть, – когда тебе ничего не говорят на установке, зато подытоживают: «Все, поехали. Порвем их, мужики!» Думаешь: ты б, родной, рассказал, как рвать-то». («Спорт-Экспресс», 13 августа 2010).

Эксперты о Быкове и Захаркине

Павел Буре: «Хороший игрок не обязан становиться хорошим тренером. К Быкову это, правда, не относится. Одним из его козырей считаю опыт выступлений в сильной европейской лиге. Быков прекрасно знал советскую хоккейную систему, прожил не один год в швейцарском чемпионате, поэтому такой человек способен гибче смотреть на одну и ту же ситуацию. Старшее поколение наших тренеров такой возможности не имело» («Спорт-Экспресс», 29 марта 2007).

Борис Майоров: «Любой тренер допускает ошибки. Любой. Потому что он – живой человек. Даже великий Виктор Тихонов всегда прислушивался к гласу народа. А сейчас Быков народное мнение игнорирует. Но оно же не из воздуха берется! Значит, есть какая-то болевая точка. Тренер сборной должен быть чутким, он должен быть хорошим педагогом» («Советский спорт», 18 апреля 2008).

Владимир Васильев:: «Слава превосходно умеет слушать – и слышать; это одно из его сильнейших качеств. На наших совещаниях всегда много говорит Игорь, я – то же самое, а Слава — аккумулятор. Словечко вставит – и молчит, переваривает наши диспуты. Я бы даже сказал, что Слава с Игорем перевернули всю традиционную работу с ног на голову, да вот задумываюсь: а может, это мы, наше поколение, до них на голове стояли?
Вот смотрите. Скажем, осенний этап Евротура. Игроки после полутора месяцев изнурительного графика чемпионата страны приезжают в сборную уставшими, физически выхолощенными. А атмосфера в сборной – словно люди после тяжелой работы домой наконец вырвались. Веселье, смех… И нагрузки даются как бы невзначай, через разрядку, через развлечение. Проходит вот так пара дней, матч Евротура – и, глядишь, все функционально в полнейшем порядке!
Мы, честно, так работать не умели. Мы вроде как игрокам милость-честь оказывали, приглашая в сборную, – и потом, само собой, их поддавливали.
Мне как внутрироссийскому селекционеру Слава с Игорем поручают не просто доглядывать за теми, до кого у них самих не доходят глаза. Они мне поставили четкие, строгие ориентиры: всесторонняя информация о человеческих и профессиональных качествах кандидатов, первым делом волевых, об их поведении в команде. Я даже не имею права просто назвать какую-то фамилию и ограничиться игровой характеристикой. Поэтому отнюдь не только наблюдаю с трибуны. Приходится вести много доверительных разговоров с клубными тренерами, благо профессиональный авторитет приходит на помощь. Поэтому больше чем уверен: и об энхаэловцах Быков и Захаркин знают все, что им важно знать» («Советский спорт», 28 мая 2008).

Виктор Тихонов: «Как видим, результат Быков и Захаркин дали, казалось бы, и все вопросы сняты, а наши заботы и волнения должны остаться в прошлом. Но, знаете, почему-то не остаются. Точит что-то в душе и сердце. У нас хорошая сборная, лучшая за все последние годы, но вся эта конструкция, если можно так сказать, нанизана на Быкова и им же скреплена. Тренерской преемственности нет. Захаркин не работал первым номером, а хоккейной истории известно огромное количество случаев, когда замечательный второй тренер так и не смог стать хорошим главным. Это и заставляет нас, стариков, волноваться о дне завтрашнем нашей сборной («Спорт-Экспресс», 4 февраля 2009).

Борис Майоров: «Огромный недостаток нашего тренерского штаба в том, что они создали государство в государстве. И без визы в него никого не пускали» («Спорт. День за днем», 18 марта 2010).

Владимир Плющев: «Я не знаю, ненавидят их или нет. Вопрос совершенно в другом. Люди, которые занимаются хоккеем, все прекрасно понимают. Слишком много демагогии и позерства. В сборной всегда создавали тренерский штаб. И когда главный уходил, этот штаб был готов взять на себя команду. А они за пять лет в сборной никого к ней не подпустили, не создали штаба. Они пригласят одного тренера – освободят, другого тренера пригласят – освободят. Они и в клубе себя так вели. Поэтому к ним так и относятся» (Sports.ru, 12 мая 2011)

Александр Хаванов:: «Я топтать людей не люблю, но и понимать людей, считающих всех псевдоэкспертами, псевдоспециалистами и делящих болельщиков на правильных и неправильных, тоже не хочу. Решать судьбу Быкова и Захаркина теперь будут давно далекие от игры люди. И вот здесь единственная надежда на помощь и объективное мнение хоккейных специалистов и экспертов, помощь и мнение которых сами Быков и Захаркин пытались упорно дискредитировать своими заявлениями. Попалась мне тут на днях очень подходящая цитата в книжке одного из моих любимых писателей: «Некоторые люди не могут попросить о помощи, они просто не знают как...». По-моему, эта фраза идеально характеризует мое отношение к тренерам в сборной» (Блог на livejournal, 15 мая 2011).

Быков и Захаркин о Быкове и Захаркине

Игорь Захаркин: «Мы совсем не против критики. Вы, пресса, имеете полное право нас ругать. Но когда нужна помощь и мы ее от вас получаем – это здорово» («Советский спорт», 2 апреля 2008).

Игорь Захаркин: «В нашей связке нет ведущего и ведомого. Позволю себе сказать за Славу, но я считаю, мы здорово дополняем друг друга, на деле подтверждая тезис, что 1+1 далеко не всегда в сумме дает 2, а гораздо больше. Мы потому нужны друг другу, что, находя какую-то идею, сразу же начинаем сообща работать над ней. Развивать ее, улучшать, в результате появляется план, по которому двигаемся дальше. Мы никогда не делаем ходы вслепую. Всегда знаем, почему поступаем так, а не иначе, и это придает нам уверенности. Вместе мы составляем и план на игру» («Советский спорт», 26 мая 2008).

Вячеслав Быков: «У нас с Игорем принято постоянно анализировать ситуацию. Мы задаем вопросы себе, друг другу, стараемся как бы поставить друг друга в тупик и потом вместе найти из этого тупика выход. Анализировали и тот чемпионат, и этот. И пришли к выводу, что ошибок было не так много.
Я вообще не помню, чтобы главный тренер занимался тем, чем занимаемся сейчас мы с Захаркиным. Чтобы создавал команду. Она создавалась сама по себе. И психология шла как бы изнутри. От команды, а не от тренера («Спорт-Экспресс», 27 мая 2008).

Вячеслав Быков: «Вопрос с еще одним помощником в сборной остается актуальным. Но до того момента, пока мы не найдем специалиста, с которым у нас будет полное взаимопонимание, будем работать вдвоем с Захаркиным» («Спорт-Экспресс», 14 октября 2008).

Вячеслав Быков: «Да, я действительно стал другим, более требовательным и жестким к себе, в какой-то степени к игрокам, но только потому, что знаю о том, что необходимо для победы. В хоккее я с семи лет и то имя, которого я добился, мне дорого (Sportbox.ru, 10 ноября 2008).

Игорь Захаркин: «Ни с кем мы не советовались, это лично наше решение. Игроки армейского клуба, с которыми мы работали в течение нескольких лет, тоже должны нас понять. Мы все профессионалы, и когда речь идет о чести страны, все остальное отходит на второй план. Мы понимаем, что перед сборной стоит задача впервые в истории России выиграть Олимпийские игры. А работа в клубе отнимает очень много времени» (Sportbox.ru, 4 апреля 2009).

Вячеслав Быков: «Позиция при переговорах простая: мы должны иметь возможность работать со сборной России и в наступающем олимпийском сезоне уделять ей ровно столько внимания, сколько потребуется. Если клуб, о котором я говорю, на это не пойдет – значит, сотрудничества не получится. Это обязательное условие. Мы с Игорем Захаркиным, простите за громкие слова, живем хоккеем. И, честно говоря, хотим заниматься им каждый день» («Весь спорт», 11 мая 2009)

Игорь Захаркин: «Мы вышли на пик нашего развития. У нас есть все, чтобы победить на Олимпиаде. Мы можем спокойно говорить о золоте Ванкувера и не стесняться этого» (официальный сайт ФХР, 3 ноября 2009)

Игорь Захаркин: «Игровые показатели при отборе кандидатов – не всегда самые важные. Наша философия – это команда, играющая в гармоничный, быстрый, комбинационный, агрессивный, жесткий хоккей. Но, самое важное, чтобы личные интересы у игрока подчинялись командным. Еще мы смотрим на кандидатов в сборную с точки зрения психологической устойчивости: как хоккеист реагирует на судейство, может ли он противостоять давлению публики, насколько хорошо умеет действовать в условиях, когда игра не идет и надо ее переламывать» («Советский спорт», 16 декабря 2009).

Игорь Захаркин: «И еще один момент. Перед одним из матчей к нам подошел Сережа Гончар и сказал, что в «Питтсбурге» они смотрят много видео о каждом сопернике. Мы тут же использовали эту информацию» («Спорт-Экспресс», 4 марта 2010).

Игорь Захаркин: «Слышал, что Быков сильно изменился за последнее время. Мне многое может быть не видно – потому что нахожусь внутри этого процесса. Шесть лет прошло с тех пор, как мы переехали в Россию. Были искренними людьми, пионерами в этой стране – нам очень хотелось что-то изменить. Насаживали свои принципы в организации тренировочного процесса в ЦСКА. Тихонов и Гущин были нашими противниками. Не понимали, почему мы даем свободу игрокам. Почему отменяем сборы. Почему даем тренировки в другом объеме. Нам это редко говорилось – но когда случались неудачи, мы видели их реакцию. Тогда понимали: наша миссия – просветительская. Мы открыто говорили с журналистами. Надеялись изменить культуру боления – думали, через газеты и телевидение можем показать, насколько красив хоккей. Выиграли один чемпионат мира, другой. И поняли: многие наши слова используются против нас. Все наши выводы ставятся под сомнение. Я за эти годы ни разу не слышал аргументированной критики в наш адрес» («Спорт-Экспресс», 11 мая 2010).

P.S.

Игорь Захаркин: «Думаю, сам принцип действия против нашей сборной ясен уже всем. Нужно как можно меньше оставлять свободного льда для наших быстрых, маневренных хоккеистов и все время играть с ними плотно, чтобы они не показали свои лучшие качества» («Россия-2», эфир от 21.02.2010).

Вячеслав Быков: «Звездная болезнь грозит абсолютно всем. Нужно помнить об этом и правильно анализировать ситуацию. Философски к этому относиться. Недаром же есть пословица об огне, воде и медных трубах. Все мы – люди разные. Не каждый выдерживает подобное испытание. Мы совершили большое дело. Хоккей был и снова будет национальным видом спорта. Но это не значит, что теперь все тренеры и игроки должны ходить с задранным носом и быть снобами» («Советский спорт», 24 мая 2008).

Владимир Юрзинов:: «Я всегда считал и считаю, что европейский вариант комплектования тренерского штаба сборной (главный – освобожденный специалист, его помощники – клубные тренеры) наиболее подходит и нам. И своих мыслей ни от кого никогда не скрывал. Но в прошлом году результат дал совершенно другой вариант, после чего я автоматически оказался ретроградом, а все мои предложения – категорически устаревшими. Бредом старого маразматика. Возможно, это так и наше время давно прошло. Но жизнь ведь продолжается, а она со временем всегда дает ответы на все вопросы» («Спорт-Экспресс», 4 февраля 2009).

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

Лучшие материалы