Загрузить фотографиюОчиститьИскать

    Волки, деньги и завод

    Заводских футбольных клубов в европейском футболе осталось меньше десятка. Пока они не исчезли окончательно, Sports.ru рассказывает, почему Volkswagen финансирует «Вольфсбург», зачем нужны друг другу Philips и ПСВ и куда делись железнодорожники из «Манчестер Юнайтед».

    Волки, деньги и завод
    Волки, деньги и завод

    В отличие от Советского Союза, где футбольный клуб был привязан если не к предприятию, то к ведомству или профсоюзу, для стран Западной Европы такой подход к спорту был, скорее, исключением. После перехода от любительского футбола к профессиональному настоящие заводские клубы в Европе сохранились только в моногородах – там, где с единственным градообразующим предприятием связан не только футбол, но и вся остальная жизнь.

    Один из таких моногородов был создан в Германии в 1938 году специально для автомобильного завода компании Volkswagen. Назвали город, не мудрствуя лукаво, в честь малолитражки, которая должна была там выпускаться – КдФ-Штадт. Правда, сразу после войны KdF переименовали в Volkswagen Beetle, а город – в Вольфсбург, в честь существовавшего поблизости замка.

    Настоящие заводские клубы в Европе сохранились только в моногородах

    Желание работников завода не только активно трудиться, но и активно отдыхать нашло понимание у руководства. Уже в сентябре 1945 года был создан спортивный клуб «Вольфсбург», включавший и футбольное отделение. С этого момента начинается продолжительное, но совершенно непримечательное существование футбольного «Вольфсбурга» во втором и третьем дивизионах немецкого футбола. Проснулись «волки» лишь в середине 1990-х: сначала вышли в финал Кубка Германии, а затем – впервые в своей истории – в бундеслигу. Дальнейший прогресс происходил уже на глазах нынешнего поколения болельщиков: сначала крепкий середняк, потом выход в еврокубки и, наконец, чемпионство.

    Именно эта динамика раздражает немецких болельщиков за пределами Вольфсбурга. В то время как остальные клубы Германии вынуждены активно шевелиться для привлечения нескольких спонсоров, нувориши из «Вольфсбурга» могут позволить себе потратить не сколько есть, а сколько нужно. Десять лет назад руководство немецкого футбола запретило инвесторам владеть контрольными пакетами в клубах, доля любого из них не может превышать 50%. Однако для «Вольфсбурга» было сделано исключение – уж очень давняя и родственная у него связь со спонсором. Особый статус обеспечивает Volkswagen полный контроль над клубом и позволяет вкладывать деньги, не опасаясь препятствий со стороны несговорчивых партнеров.

    Считается, что «Вольфсбург» стал щедрее финансироваться благодаря увлеченности футболом Мартина Винтеркорна, главы совета директоров Volkswagen с 2007 года. В том же году концерн довел свою долю в «Вольфсбурге» с 90 до 100 процентов. За несколько лет клуб увеличил расходы вдвое (общий бюджет клуба оценивают в 55 миллионов) и завоевал чемпионство. Исполнительного директора дортмундской «Боруссии» Ханса-Йоахима Вацке этот сценарий страшно злит: «Наша проблема – это клубы без харизмы, клубы не вызывающие особых эмоций, но обладающие большими деньгами».

    Однако бездонным фольксвагенский кошелек кажется только со стороны – и по большей части тем, кого он не спонсирует. Компания готова много тратить, но ни на секунду не забывает о соотношении расходов и отдачи. В отличие от многих российских и английских клубов, футбольный «Вольфсбург» – не игрушка и не способ потешить самолюбие руководителей. Это бизнес-инструмент с двумя четко определенными функциями – социальной и имиджевой. Клуб как таковой нужен работникам завода для досуга, а успешный клуб помогает рекламировать «народные автомобили» в Европе и мире. Кстати, узнаваемость у спонсора «волков» лучшая в бундеслиге: для 83,6% немецких болельщиков название «Вольфсбург» автоматически ассоциируется с Volkswagen. Именно поэтому, несмотря на сложную ситуацию в мировом автопроме, «волки» не пострадали финансово. В компании посчитали, что иметь собственный клуб выгодно, а собственный хороший клуб – еще выгоднее.

    Бездонным фольксвагенский кошелек кажется только со стороны

    Кстати, несмотря на стабильное финансирование, тепличных условий «Вольфсбургу» никто не предоставляет. Значительная часть инвестиций направлена на то, чтобы клуб мог зарабатывать самостоятельно. Например, Volkswagen профинансировал постройку нового стадиона на 30 тысяч зрителей, однако клубу пришлось потрудиться над его наполнением. Задача эта не из легких – жителей во всем Вольфсбурге чуть больше ста тысяч. Но клуб справляется: активно привлекая на футбол семьи с детьми и болельщиков из окрестных городов, «Вольфсбург» увеличил среднюю посещаемость с 17 до 30 тысяч. Правда, и атмосфера на стадионе получилась соответствующая: несколько тысяч приезжих болельщиков легко перекрикивают местную публику.

    Второй немецкий клуб, получивший от немецких футбольных властей индульгенцию на единоличное спонсорство, – «Байер» из Леверкузена. Его история похожа на вольфсбургскую как две капли воды – не исключено, что руководство «волков» сознательно берет пример с «аспириновых». Здесь такой же моногород в полторы сотни тысяч жителей, такой же единоличный спонсор, те же десятилетия прозябания в низших лигах перед выходом в бундеслигу – и такой же скепсис со стороны болельщиков «правильных» клубов. Леверкузенский клуб полностью принадлежит химико-фармацевтическому концерну Bayer.

    Есть свой заводской клуб и во Франции. В соседних городках Сошо и Монбельяр находится главный завод компании Peugeot. Чтобы улучшить узнаваемость автомобилей и, как сказали бы сегодня, «пропиарить бренд», в 1928 году при заводе был создан футбольный клуб «Сошо». Уже через год в команду начали приглашать лучших игроков из Франции и Испании и даже платить им деньги за игру, хотя на тот момент это было запрещено. Результаты не заставили себя ждать – в 1930-х «Сошо» стал одним из лидеров французского футбола. Однако после Второй мировой в Peugeot сочли, что большие траты на футбол имидж компании скорее испортят, чем улучшат. С тех пор «Сошо» на лидирующие позиции не претендует. Материнская компания, до сих пор владеющая 99 процентам акций «Сошо», дает клубу ровно столько денег, сколько необходимо для сохранения места в Лиге 1. Клуб, в свою очередь, не обязан приносить прибыль, но и убытков приносить не должен.

    Несмотря на то, что название голландского ПСВ содержит прямое указание на компанию Philips, электронный гигант свою роль в клубе не только не увеличивает, но даже сокращает. До 1928 года в ПСВ могли играть только сотрудники компании, теперь же Philips формально представляет в клубе лишь один из пяти членов наблюдательного совета. Тесные связи между компанией и клубом сохраняются, но расплачиваться за свои неудачи ПСВ приходится самостоятельно. Прошлогоднее непопадание в Лигу чемпионов создало в бюджете клуба дыру в 5 миллионов евро, залатать которую хотя бы частично мог выход в финал Лиги Европы. Проиграв «Гамбургу», руководство клуба из Эйндховена не попросило дополнительного финансирования, а продало в «Зенит» Данко Лазовича, невзирая на протесты главного тренера.

    До 1928 года в ПСВ могли играть только сотрудники компании

    В последнее время Philips сокращает и размеры спонсорских контрактов с ПСВ, что не может радовать эйндховенских болельщиков. Начиная с 2008 года, клуб получает от «родной» компании 5 миллионов евро в год вместо прежних 7,5, тогда как Aegon платит «Аяксу» целых 12 миллионов.

    Есть в европейском футболе и команды, создававшиеся как заводские, но со временем вышедшие из-под корпоративного крыла. Например, «Сент-Этьен» был основан сотрудниками сети магазинов Casino, а клубный стадион до сих пор носит имя основателя компании Жоффруа Гишара.

    Самый известный пример такого клуба – «Манчестер Юнайтед». Рабочие манчестерского депо Ньютон-Хит местной железной дороги основали собственную футбольную команду в 1878 году. Кстати, на предприятии она была не единственной: основатели «МЮ» ремонтировали вагоны и назывались «Ньютон Хит L&YR», а их первыми соперниками были рабочие локомотивного цеха из «Ньютон Хит Локо». Говорят, что и цвета первой формы – зеленый с золотым – соответствовали цветам компании.

    В 1892 году руководство завода решило обустроить площадку рядом с заводом, на которой играли предшественники Гиггза и Скоулза, повысив заодно арендную плату. Игроков это не устроило, и «Ньютон Хит» переехал на другой конец Манчестера, лишившись железнодорожного финансирования и приставки L&YR – Lankashire & Yorkshire Railway. К 1902 году клуб оказался на грани банкротства, но в последний момент нашел новых частных инвесторов и сменил название на привычное нам «Манчестер Юнайтед».

    Основатели «МЮ» ремонтировали вагоны и назывались «Ньютон Хит L&YR»

    То, что в Европе – редкое и исчезающее явление, в странах Азии – правило и стандарт. В Японии повальная «заводизация» футбола бросается в глаза – здесь ей способствует само устройство экономики и общества. Первый, еще любительский чемпионат Страны восходящего солнца состоял исключительно из дочерних команд крупных корпораций. Даже переход на профессиональную основу в 1992 году и запрет на прямое подчинение клубов компаниям ситуацию принципиально не изменили. Давние связи никуда не делись, и если заменить названия японских клубов названиями материнских компаний, турнирная таблица будет выглядеть как список котировок на Токийской бирже: Mitsubishi, Fujitsu, Toyota, Mazda, NEC, Panasonic, Nissan, Yamaha...

    Наличие богатых покровителей далеко не всегда обеспечивает клубу финансовое благополучие и успехи на футбольном поле. Возможно, отечественные гранды не станут экономить, как «Сошо» или «Байер», но ограничивать свои аппетиты и тратить с умом им так или иначе придется.

    КОММЕНТАРИИ

    Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.

    Лучшие материалы