Блог С миру по Нитке

Высокие отношения

Пока на женском турнире в Токио происходит массовый исход топ-сеяных, а мужской тур замер в ожидании крупных турниров, обозреватели продолжают размышлять о судьбах тенниса и сравнивать великих чемпионов прошлого и настоящего. Об этом, а также немного о книге Серены Уильямс – в блоге «С миру по Нитке».

От истории с Сереной осталась какая-то недосказанность. Да, конечно, после того, как все это случилось, ее заклеймили, разоблачили и все такое прочее, потому что поведение ужасное, и так действительно нельзя. Но с другой стороны, если бы не такие яркие выходки, теннис был бы интересен гораздо меньшему количеству людей. Красивая игра – это замечательно, но зрители хотят битвы характеров с яркими эмоциональными проявлениями. Как это совместить? Стивен Тиньор (TENNIS.com) пишет именно об этом в статье «Чрезмерная цивилизованность подавляет мужской теннис?»

«Рукопожатие – это один вечных символов тенниса. После продолжительной битвы на разных концах 24-метрового корта, игроки заканчивают матч, встречаясь друг с другом лицом к лицу. Рукопожатие может сопровождаться дружескими улыбками, а может ледяными взглядами – в эти доли секунды выражается весь эмоциональный накал матча. Этот момент остается в памяти болельщиков чаще, чем любая подача или обводящий удар.

Два совершенно разных рукопожатия, оба во Флашинг-Медоуз, сейчас стоят у меня перед глазами. Первое произошло в этом году в конце полуфинального матча между Новаком Джоковичем и Роджером Федерером. Серб после поражения в трех сетах, где борьба была вовсе не такой упорной, как может показаться по счету 7:6, 7:5, 7:5, улыбался и даже приобнял своего обидчика, как бы отдавая дань уважения популярному королю спорта. Федерер только-только отошел от того, что он назвал лучшим ударом в своей жизни – он пробил между ног и обвел Джоковича, стоящего у сетки. Вы, возможно, спросите, что такого плохого в том, чтобы воздать почести своему противнику. В конце концов, все мы еще много лет будем удивленно покачивать головами при виде этого удара. Проблема в том, что Джокович, после матча утверждавший, будто не считает Федерера непобедимым, выглядел так, словно испытывал благоговейный трепет перед соперником в течение всей встречи. Он улыбался и покачивал головой, демонстрируя недоверчивое изумления лучшими ударами Федерера, поднимал глаза к небу, а один раз забавно воззвал к высшим силам во время смены сторон. Возможно, это объяснимая реакция, когда ты встречаешься с человеком, который 15 раз выигрывал турниры «Большого шлема», но ведь в случае с Джоковичем так было не всегда. Два года назад он провозгласил, что намерен сместить Федерера с первой строчки в рейтинге, а на Australian Open-2008 он и его шумная семейная трибуна свалили гиганта в полуфинале. Коллективное нахальство Джоковичей так глубоко задело Федерера, что в Монте-Карло он раздраженно попросил их вести себя «потише». С тех пор Джокович не говорил о первой строчке рейтинга, а на двух последних US Open он играл с Федерером так, будто уже был готов к поражению.

Второе рукопожатие, которое тоже случилось на Open, не было даже на тысячную долю таким же душевным. Оно произошло после полуфинального матча 1980 года между Джоном Макинроем и Джимми Коннорсом, который недавно снова показывали. Два вспыльчивых американца не обнимались, они не улыбались. Они не утешали друг друга и не поздравляли. Их руки неохотно вытянулись навстречу друг другу. Стояло нью-йоркское лето, но у сетки температура была 45 градусов ниже нуля.

Эти два момента иллюстрируют нечто большее, чем просто эмоции одного конкретного дня. Они символизируют основные правила отношений игроков друг к другу в эти две разные эры. Если бы мне пришлось выбирать, по большей части я бы предпочел правила 2009. Во времена, когда профессиональные спортсмены повсюду мошенничают и обманывают, нынешнее поколение игроков АТР, возглавляемое Федерером, подняло статус тенниса своей стильной игрой и джентльменским поведением. Они извиняются за нет-пойнты и удары, не соответствующие теннисной этике, и даже порой за то, что их соперник оступается или поскальзывается на корте; они поздравляют друг друга улыбками и объятьями; на пресс-конференциях они поют друг другу дифирамбы. В то же время, когда лидерство перешло к Рафаэлю Надалю, манеры в игре изменились в сторону более экспрессивных. Театральные удары в грудь и помахивания кулаком больше не выглядят как неуместные проявления агрессии. Они стали приемлемыми как нечто необходимое для того, чтобы продемонстрировать максимум своих возможностей.

Все, что я сказал, это правда, но почему же мне так нравится смотреть на других двух парней, которых никогда не называли джентльменами, на Коннорса и Макинроя, а весенняя победа Федерера на «Ролан Гаррос», этот победоносный и сентиментальный поход в Париже, оставил меня с легким привкусом неудовлетворенности? Макинрой выиграл тот полуфинал, но Коннорс был как никогда ярок, в сочетании двух своих образов – забияки с налившимися кровью глазами для публики, и внешне спокойного, «сиди-не-высовывайся» игрока в покер. Даже спустя тридцать лет яркий коктейль из комичности и грубости Джимбо по-прежнему является олицетворением тех людей, которые создавали так называемую золотую эру тенниса.

Я никогда не хотел возвращения того бурного времени. Как однажды написал романист Мартин Эмис «личность в теннисе часто воспринимают как оскорбление из 6 букв, которое начинается на «г» и заканчивается на «к». И после инцидента с Сереной Уильямс на US Open, я могу сказать, что последняя вещь, которая нужна теннису – это споры с судьями. Но после того, как мы видели, что Федерер на «Ролан Гаррос» подряд обыграл Гаэля Монфиса, Хуана Мартина Дель Потро и Робина Содерлинга, и все они с улыбками обнимали его, я понял, что мне хочется немного старого, непродуманного неприятельского отношения Джимбо, того разочарования, страдания и даже негодования, которое всегда приходит после поражения. Но эти молодые парни не показывали ничего такого. Они слишком далеко зашли в своем понимании спортивного товарищества; даже казалось, будто они не хотели бороться со своим милосердным монархом или боялись встать на пути его долгожданной победы на «Ролан Гаррос».

Если рассматривать это в терминах национальных менталитетов, Федерер это идеальный швейцарский чемпион – он хочет оставаться над схваткой – в эру цивилизованного доминирования Европы в теннисе. Коннорс, труженик-одиночка, который никому не поклонялся, был настоящим американским чемпионом в те времена, когда Штаты правили балом в теннисе. В данный момент Федерер выглядит воплощением всего хорошего, что есть в спорте, и, конечно, он отличный посол тенниса. Но это не значит, что теннис может или должен отбросить свои соревновательные инстинкты. Если вы когда-нибудь играли, вы знаете, что с одной стороны, это джентльменское соревнование, но с другой стороны, это личная война характеров, которая пробуждает нецивилизованные эмоции. Надо поаплодировать нынешним игрокам АТР-тура за их умение вести себя, но желание побить оппонента, несмотря на то, сколько турниров «Большого шлема» он выиграл, несмотря на то, какой он хороший, должно быть такой же частью спорта, как и желание выполнить элегантный удар. Улыбки и объятия – это, конечно, мило, но это не то, за что большинство болельщиков платят. Небольшое контролируемое проявление неуважения может быть полезным и иногда даже более захватывающим зрелищем. Да, Роджер Федерер – это суть тенниса. Но и Джимми Коннорс тоже».

Интересно, что заметив инцидент с Сереной на US Open, Тиньор, вроде как, не заметил пусть не столь громкий, а вполне «небольшой и контролируемый» выпад Федерера, о котором все прекрасно знают. Кто не знает, посмотрите видео. Так что, может, он в следующий раз себе и не такое позволит.

Возвращаясь к Серене, давайте вспомним, что первого сентября вышла ее автобиография, которая называется On the Line. Билл Саймонс (Inside Tennis) собрал некоторые откровения Серены из этой книги, которые для вас перевела Юлия Аржаева.

«У каждого из нас есть свой скелет в шкафу. Или даже два. Недавно Серена разоткровенничалась и открыла нам некоторые свои страшные (или не очень страшные) темные тайны.

1. В середине карьеры у Серены была черная полоса, когда она буквально не выходила из квартиры, и даже не общалась со своими мамой, папой и сестрой.

2. Серена признает, что в это время она была не честна сама с собой относительно своих чувств, и из-за этого у нее возникли эмоциональные проблемы. Серена была полностью сбита с толку: «Мои напористость и целеустремленность, мое осознание собственной миссии и желание быть лучшей, все ушло, а я и не заметила. И было не понятно, вернутся ли они хоть когда-нибудь. Мое желание бороться притупилось – только у меня не хватило самосознания или силы характера, чтобы увидеть – все пошло не так».

3. В это время она начала посещать ежедневные занятия с психотерапевтом (где они, в том числе, работали над ее потребностью нравиться всем окружающим). Эта терапия оказалась успешной.

4. Ее карьера развивалась наиболее успешно, когда Серена была «отвергнутой женщиной». Что это значит? Серена была вне себя, когда игрок NHL Лэйвер Аррингтон разорвал с ней отношения. После этого она назло ему выиграла четыре турнира «Большого шлема» подряд, только чтобы заставить его сожалеть о том, чего он лишился.

5. Самый неудачный случай за время ее карьеры – травма колена, которая потребовала оперативного вмешательства, произошел с Сереной не на тренировке, как она ранее заявляла. Она получила эту травму, танцуя в клубе на высоких каблуках.

6. Как это ни печально, но Серена поругалась со своей сестрой Йетундой за день до того, как ту убили.

7. Когда Анна, соперница Серены в матче юниорской лиги Пицца Домино, спросила у Серены, какой у них счет, 7-летняя Серена ответила, что Анна проигрывает со счетом 5:2, хотя на самом деле Анна выигрывала 5:2.

8. Будучи очаровательным ребенком и младшей дочкой в семье, Серена признает, что страдала от синдрома пяти «Пи»: избалованная, принцесса, любимица, бедствие и примадонна» (Прим. – five P’s: pampered, princess, pet, pest, and prima donna).

9. В детстве Серена была больше, чем просто озорницей: она разбивала копилки своих сестер, на одной из тренировок раздолбала ящик с апельсинами, она пуляла в своего отца теннисным мячом и как-то раз стянула у своей сестры чесночный хлеб во время обеда в ресторане во Флориде.

10. Когда самый первый очерк о семье Уильямс появился в местной газете, Серена с отцом отправились по соседям собирать газеты с очерком, а ее 13-летняя сестра Йетунда в это время пыталась управлять семейным автомобилем, в результате побив немало машин.

11. В детстве Серена хотела, как Винус, выступать на турнирах. Это желание было настолько сильно, что однажды Серена подала заявку на участие в турнире втайне от своего отца.

12. Как-то в возрасте 8 лет Серена начала проводить много времени на диване перед телевизором за просмотром комедийного сериала «Золотой возраст». Винус тогда сказала ей, что она попусту растрачивает свою жизнь, и пора прекращать отсиживать задницу.

13. Серену чрезвычайно возмутила статья Селины Робертс, напечатанная в «Нью-Йорк Таймс» в середине 90-ых. В ней предсказывалось, что у Серены не получится многого добиться в теннисе, потому что в семьях обычно не бывает больше одной звезды. Это стало огромным мотивирующим фактором для Серены.

14. Серена со смехом признает – ее всегда задевало то, что великолепный трофей, который получает победительница «Уимблдона», назван в честь ее сестры – Venus Rosewater Dish.

15. По мнению Серены, Мишель Обама похожа на нее.

16. То, что Серена считает своей сокровенной сутью, звучит примерно так: «Расслабься и сконцентрируйся. Ты не должна быть совершенной. Просто будь сильной и смелой».

P.S. Что творится на турнире в Токио…Помните, дама из канадской газеты предложила в конце сезона отправить всех девушек из Топ-10 на курорт, а Тиньор размышлял о возможности давать теннисисткам длительные отпуска в середине карьеры? Все дело в том, что при нынешних правилах WTA-тура, когда у топ-теннисисток есть целый ряд турниров, где они обязательно должны выступить, единственной причиной не играть может быть или травма, или беременность. А если девушка просто устала, не видит смысла дальше выступать, да просто нуждается в отдыхе? Вот и приходится сначала объявлять о завершении карьеры, а потом «сенсационно» возвращаться. Так вот, сейчас уже и Питер Бодо присоединяется к идее возможности долгосрочных отпусков и, ссылаясь на опыт 39-летней победительницы турнира в Сеуле Кимико Дате-Крумм, даже утверждает, что девушкам совершенно не обязательно торопиться из них возвращаться.

Авторы

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.