Реклама 18+
Реклама 18+
Блог История иркутского баскетбола
Трибуна

Александр Брызгалов: судьба баскетболиста во время развала советской империи

От редакции: вы в блоге «История иркутского баскетбола», где рассказывают о заметных игроках региона. Подписывайтесь, поддержите автора плюсами, и тогда подобных материалов на «Трибуне» будет больше.

«Локомотив» (Новосибирск) – ЦСКА. Кольцо многократного чемпиона СССР атакует Александр Брызгалов. Фото 1981 года

  

Александр Михайлович БРЫЗГАЛОВ. Родился 11 июля 1959 года в Новосибирске. Мастер спорта CCCР. Нападающий. Рост 200 см, вес 93 кг.

Баскетболом начал заниматься в 12 лет в СК «Молодость» (Новосибирск). Первый тренер – Виталий Федорович Уткин.

Выступал за команды «Локомотив» (Новосибирск) – 1979–1980, 1982–1988, СКА (Киев) – 1981–1982, «Строитель» (Иркутск) – 1988-1991, «Быдгощ» (Быдгощ, Польша) – 1991–1992, «Туров» (Згоржелец, Польша)– 1992–1993, «Луч» (Ангарск) – 1993–1994.

Обладатель Кубка СССР для команд Сибири и Дальнего Востока (1979, 1982, 1988, 1989, 1990). Чемпион РСФСР (1984), третий призер (1989).

Универсальный баскетболист – с одинаковым успехом мог сыграть на любой позиции и с разными партнерами. Атлетичный и выносливый игрок, хорошо переносил нагрузки во время тренировочного процесса, как следствие с одинаковой эффективностью мог действовать на площадке все 40 минут встречи, зачастую задавая темп в концовке матча. Боец до мозга костей, обладал незаурядной спортивной злостью, на пределе самоотдачи отрабатывал каждый игровой эпизод.

В сезоне 1994–1995 работал тренером и главным тренером команды «Луч» (Ангарск). С 1995 по 1996 год – главный тренер баскетбольного клуба «Ермак» (Иркутск).

С 2000 по 2006 год работал в женском баскетбольном клубе «Динамо» (Новосибирск) – тренером дублирующего состава, тренером и главным тренером (сезоны 2004–2005 и 2005–2006). В 2006-2009 – главный тренер команды Высшей лиги НГУ (Новосибирский государственный университет). С 2009 по настоящее время работает в командах «Сибирьтелеком–Локомотив» и БК «Новосибирск» (Новосибирск) – старшим тренером (2009-2013), тренером по ОФП (2013-2016), тренером молодежной команды.

Давным-давно, а для усиления эффекта можно было даже написать «еще в прошлом веке», заметил я одну интересную особенность Саши Брызгалова: он умел ярко проявить себя в любой команде, на любой должности, сколько бы времени там ни находился. Хоть пять лет, хоть пару сезонов, хоть полгода. Это и правда труднообъяснимое явление: иные игроки – вроде бы приличного, добротного уровня – играют в форме одного и того же клуба достаточно долго, титулы с командой завоевывают, а вспомнить про них практически нечего. Да, значился в протоколе, проводил на площадке столько-то времени, набирал свои очки, делал энное количество подборов – и все. Для статистики, может быть, и достаточно, а для восприятия баскетболиста как самобытного игрока, как творца зрелища – мало.

Александр Брызгалов отыграл за иркутский «Строитель» немного – всего три сезона. Потом еще полтора – до кончины клуба – руководил «Ермаком» в качестве главного тренера, сменив на этом посту Владимира Чумакова. В масштабах брызгаловской карьеры – всего лишь отрезок времени. А в Иркутске, между тем, его помнят хорошо – и те, кто вместе с ним выходил на площадку, и, конечно, болельщики.

Александр Брызгалов («Локомотив», Новосибирск) и Алексей Исаченко (ДСК, Иркутск) – лучшие игроки турнира на Кубок СССР среди команд Сибири и Дальнего Востока-1979 в Новосибирске

– Саня, объясни мне, пожалуйста, чем отличался на площадке баскетболист Брызгалов? Кроме того, что был отчаянно злым?

Вообще-то, конечно, не Саня, а Александр Михайлович. Но, во-первых, мы с ним – практически одного поколения, а, во-вторых, с незапамятных времен являемся друзьями и можем общаться друг с другом без лишних церемоний. Я вспоминаю, как он пришел ко мне домой после возвращения из Польши в 93-м – в разобранных чувствах, подавленном настроении и, мне показалось, с ощущением полной безнадеги. «Под пиво» мы просидели с ним часа три – вспоминали, рассуждали,спорили…

– Наверное, все-таки был я не злым – скорее бескомпромиссным и упертым.– Брызгалов широко улыбается: добрейшей души человек.– Но только на тренировках и на играх. Потому что рано понял – в спорте бесхребетным и слабым делать нечего.

– В этом вы были похожи с Юрой Анисимовым – оба колючие, настырные, готовые умереть на площадке, но не уступить сопернику…

– Так мы с ним ровесники – оба с 59-го, с детства пересекались на различных турнирах, да еще и играли на одной позиции – четвертого номера. Наверное, и воспитала нас улица одинаково. А что касается вопроса «Чем отличался?»… Да трудно судить самому. Пахотой, пахотой и еще раз пахотой – это я могу твердо сказать. Не помню случая, чтобы меня кто-нибудь подгонял на тренировке или в игре, чтобы упрекал в плохой физической форме. Помнишь, какой у меня был вес в 88-м, когда я приехал в Иркутск? 93 килограмма. Так вот, у меня и сейчас, спустя тридцать лет, все те же 93 килограмма – ни больше, ни меньше! Смешно вспомнить, но я из отпуска всегда возвращался похудевшим! Что я умел на площадке? Да ничего особенного: достаточно быстро бегал, высоко прыгал, неплохо бросал по кольцу. Мне казалось, что чуть-чуть понимал баскетбол. Умел терпеть боль, легко мог дать сдачи сопернику, начинавшему хамить на площадке. Вот и все, пожалуй…

– Так, значит, тебя улица воспитала?

– Это я образно сказал! Мы жили в поселке Матвеевка – он возник в 50-х, когда в Новосибирске начали возводить Академгородок. Отец сам строил дом, и я, естественно, с детства был приучен к физическому труду. В школе играл в футбол и в хоккей. Потом всерьез увлекся плаванием, появились первые успехи. Чемпионом, правда, не стал, но легкие «раскачал» прилично. В двенадцать лет меня перехватил баскетбольный тренер, а помогла ему в этом моя старшая сестра, которая играла за «Динамо». Он как-то спросил ее: «У тебя братья-сестры есть?». Она и выдала меня: «Маленький подрастает». Маленький – это был я.

– Ты дебютировал в команде мастеров не так уж и рано – в двадцать лет. Иные вундеркинды к этому времени успевают пару–тройку сезонов отыграть…

— Не забывай, что «Локомотив» только в 1976 году получил право выступать в чемпионате РСФСР – в этом его судьба схожа с иркутским ДСК. Для того чтобы пробиться наверх, нужны были опытные баскетболисты, а я, как ты понимаешь, в их число тогда не входил. В состав был зачислен в 1979-м, в тот год «Локомотив» как раз выиграл Кубок Сибири и Дальнего Востока, мы получили звания мастеров спорта и прописку в Высшей лиге союзного чемпионата.

– Неплохой дебют получился…

– Да какой там дебют! Я три года сидел на лавке! Глухо сидел! Но я упрямым был, к тому же мне нравилось тренироваться у Александра Наумовича Солодкина и Юрия Николаевича Перминова. Работал на тренировках как проклятый терпел, ждал своего часа. Помню, когда меня зачислили в «Локомотив», я на отцовских закидушках обрезал все свинцовые грузила и переплавил их в пластины. Мама сшила мне специальный пояс с карманами, я раскладывал по ним пластины и бегал – от Матвеевки до Академгородка и обратно. Летом, когда команда была в отпуске, я наматывал километры. Скажу без всякого хвастовства: по выносливости я был одним из лучших в команде.

– Рано или поздно это должно было принести свои плоды…

– Принесло. Я еще в «Локомотиве» толком не обосновался, а меня уже в сборную РСФСР пригласили. Понятно, что на перспективу, понятно, что авансом, но факт приятный. Юрий Николаевич Перминов, когда узнал об этом, вызвал меня к себе. Долго кричал: «До сборной дорос?! Зазвездил?». Хотя поводов для таких упреков, мне кажется, я не давал. В общем, выпустил он пар, а потом сказал, что зарплату мне повышает.

– Опасался, что могут сосватать в другой клуб?

– Не знаю. Вспоминаю, как в 1979-м мы ездили на сборы в Прибалтику. Перед Спартакиадой народов СССР в Вильнюсе построили новый баскетбольный зал, там часто проводили тренировочные матчи столичные клубы – из Москвы, Ленинграда, а наш «Локомотив» выступал в роли спарринг-партнера. Мы, конечно, получали от них по первое число, но школа была отличная. Там, видимо, на меня обратил внимание наставник ленинградского «Спартака» Владимир Петрович Кондрашин. После сборов команда поехала в Питер для участия в первом турнире памяти Александра Белова. Показал я себя там вполне прилично – по итогам мне даже дали приз как лучшему молодому игроку турнира. Приз получал из рук вдовы знаменитого баскетболиста. Вот тогда и последовало конкретное предложение от «Спартака».

– Что ж не поехал? Побоялся конкуренции?

– Может, и побоялся, что снова сяду на лавку. Хотя приглашали меня на место Сергея Тараканова, перешедшего в ЦСКА. В следующий раз Кондрашин позвал меня в свою команду, когда мы встретились в Лиепае – я в то время по возрасту мог еще выступать за молодежную команду. Но тогда уже горой встал на пути Виктор Кухаренко, руководивший «молодежкой» на том турнире: «Не пущу, Солодкин меня убьет!». В общем, не сложился меня роман со «Спартаком». Как, впрочем, и с ЦСКА…

– А здесь поподробнее...

– С ЦСКА получилась немного другая история. В 1981-м, после двух сезонов, проведенных в «Локомотиве», на меня приходит вызов в ЦСКА: так, мол, и так – срочно откомандировать в Москву Брызгалова Александра Михайловича, подлежащего призыву на действительную военную службу. С кем-то другим «Локомотиву» можно было и «пободаться», но с ЦСКА подобные фокусы не проходили. Приезжаю в Москву, а меня транзитом переправляют в киевский СКА. Годом раньше оттуда уехал в Иркутск Владимир Землянухин, но остались другие звезды – Сальников, Бережной… Словом, год я отслужил в СКА. 

– Почему так мало – на «дембель», вроде, рано было?

– Каким-то образом Александру Наумовичу Солодкину удалось «уволить» меня из армии досрочно. В 1982-м я вернулся в Новосибирск и до 1988-го играл за свой «Локомотив».

– И тут возник вариант со «Строителем»?

– В «Локомотив» пришли новые люди, в команде начались трения. Наверное, так бывает во всех коллективах, поэтому я не берусь никого судить. Скажу лишь, что в тот год из Новосибирска уехали сразу несколько игроков. На Кубке Сибири и Дальнего Востока в Иркутске (мы тогда, кстати, выиграли этот турнир) ко мне подошел начальник команды «Строитель» Николай Анатольевич Могилев: «Может, к нам приедешь?». Состоялся разговор и с Владимиром Ивановичем Чумаковым. Долго я не раздумывал – честно говоря, хотелось сменить обстановку. В ноябре 1988-го приехал в Иркутск. Времени на раскачку не было, сезон уже начался. Мне достался 14-й номер – под ним раньше выступал Олег Батырев. Я, конечно, знал, что Батырев на протяжении многих лет был кумиром местных болельщиков, и предполагал, что за действиями чужака будут следить с особым пристрастием. Но никаких проблем в новой команде не было. Во-первых, потому, что компания подобралась солидная, играющая: Новиков, Анисимов, Ощепко, Спиридонов, Саловаров. Во-вторых, и я уже не мальчиком приехал – все-таки 29 стукнуло. В-третьих, в «Локомотиве» я прошел суровую школу: весь тренировочный процесс проходил там по лекалам ЦСКА по принципу – кто выживет, тот и будет играть. 11-12 тренировок в неделю там считались нормой. «Строитель» в этом плане отличался более щадящим режимом. Команда у нас, конечно, была заводная и своеобразная: у любого могли выиграть, но любому могли и проиграть.

Александр Брызгалов: агрессивный и эмоциональный

– Три сезона Александр Брызгалов «со товарищи» делал все возможное, чтобы «Строитель» чаще радовал болельщиков, чем огорчал. А потом…

– … А потом наступил август 1991-го. Мы были на сборах в Байкальске, когда произошел путч. Время как будто остановилось – все зависло, наступила полная неопределенность. Что там говорить о баскетболе – никто не знал, что будет со страной! Вернулись в Иркутск в тягостных раздумьях. Я жил тогда на 5-й Советской. Как сейчас помню: ночь, дождь, и я иду пешком на переговорный пункт на Центральном телеграфе. Позвонил в Москву знакомому судье Сергею Фомину, который помогал устраивать карьеру многим баскетболистам. Он предложил попробовать свои силы в чемпионате Польши. Несколько дней ушло на оформление документов – в столице нас с Александром Мелешкиным из ЦСКА уже ждали «покупатели». Ну, а дальше ты все знаешь – интервью об этом было.

Александр Брызгалов – один из лидеров иркутского «Строителя» на рубеже 80-90-х годов

– Прямиком из Польши ты отправился в Иркутск…

– А куда еще? В Иркутске у меня была семья, дети…

– … И полная неопределенность?

– Совершенно верно! Настроение – хуже некуда. Еще и денег не было – поляки до конца не рассчитались, хотя и уговаривали поиграть за них еще. Честно говоря, тогда я не знал, что делать. От безнадеги спасал баскетбол – играл за ветеранов. Пытался заняться каким-то бизнесом, но для этого были нужны и связи, и стартовый капитал, и предпринимательский талант, наконец. Так прошло месяцев восемь – пока я не встретил Владимира Ивановича Тыщенко. Он позвал меня в Ангарск: «Давай к нам в команду, будешь помогать Ульянову». Начались мои ежедневные поездки в «город, рожденный Победой»: лютый мороз, электрички с разбитыми окнами. А команда была веселая: Попов, Бабаскин, Савельев, Подопригора, Курносов. Да я и сам еще иногда на площадку выходил. Вскоре меня «повысили» до главного тренера «Луча». И ведь неплохо мы играли – даже Высшая лига перед нами замаячила. А потом все вдруг в одночасье свернулось: как мне передали, хозяева клуба решили, что содержать танцоров менее затратно и хлопотно, чем баскетболистов.

Приглашение в «Ермак» стало неожиданным?

– Конечно, все-таки первый тренерский опыт у меня получился непродолжительным, хотя работать в Ангарске, даже с учетом всех издержек, мне нравилось. Владимир Иванович Чумаков сказал: «Принимай команду, Землянухин будет вторым тренером, а ты – главным». В сезоне 1994–1995 мы стали вторыми в дивизионе Азия Высшей лиги после СКА–«Урала», за который тогда выступал Руслан Авлеев. В межсезонье в «Шахтер» ушли Ощепко, Саловаров, Ковалев. На лидерские позиции выдвинулась вчерашняя молодежь – Толя Пугачев, Юра Подшивалов, Саша Туляй. Перед началом чемпионата мы сыграли контрольный матч с «Шахтером» и уступили совсем немного, кстати. Но начался сезон, и в клубе кончились деньги. Наверное, я какой-то нефартовый? Пришел в ангарский «Луч» – через год команды не стало, принял «Ермак» – на второй сезон клуб приказал долго жить…

14 сентября 1995. Последний сезон «Ермака», матч с «Ориент–Баскет» (Димитровград). Слева направо: Александр Брызгалов (главный тренер), Владимир Землянухин (тренер), Лев Литвин (администратор), Сергей Савельев, Дмитрий Шишлов, Игорь Лысюк

  В «Шахтер» не сватали работать?

 – Разговоры были, но какие-то странные: «Может, к нам пойдешь?». В общем, никакой конкретики…

– А ты что?

– А я – не шахтер, я – железнодорожник! Если серьезно, устал я от всей этой неразберихи, чехарды, еще и бизнес не пошел – открыл пару магазинчиков, появились какие-то деньги, но и их съел дефолт. Словом, понял я, что надо возвращаться домой в Новосибирск. Как говорится, где родился, там и пригодился. Правда, про «пригодился» у меня тогда сильные сомнения были. Так или иначе, но 31 декабря 1999 года я вернулся в родной город. 

– И что тебя там ждало?

– Родительский дом в Матвеевке. Больше ничего. Почти месяц безвыездно провел в деревне, потом потихоньку вернулся к баскетбольной жизни: как уже бывало, начал с соревнований ветеранов. Вот уж что стало действительно неожиданным, так это приглашение в женский баскетбольный клуб «Динамо». Там я прошел все ступеньки карьерной лестницы: работал с дублем, затем был вторым тренером, в конце концов, стал главным. Приходилось «перемещаться» и в обратном направлении: ротация в тренерском цехе в порядке вещей. Когда мы занимали четвертое место в России, все были довольны. Когда команда отступала на 7-8 места, тут же появлялись критики. Словом, в 2006 году я из «Динамо» уволился. Но эти шесть «женских» лет многое мне дали: любой опыт, даже отрицательный, бесследно не проходит. Был бы я совсем уж никудышным тренером, меня вряд ли пригласили бы работать в «Новосибирск». И в мужском клубе я перепробовал все ипостаси – от третьей до главной команды. Потом понял, что мое предназначение (я стараюсь избегать таких громких определений, как «призвание») – работа с молодежью. Я понимаю своих ребят, и они меня, кажется, тоже. Знаю, как научить их хорошо играть, и многое у нас уже получается.

– Может, стоило рискнуть и уехать в Питер? Попробовать зацепиться в Киеве?

– Может, и стоило, что сейчас об этом говорить! Тут ведь вот какое дело какое: кто-то с детства мечтает стать великим музыкантом, кто-то космонавтом, кто-то – звездой спорта. Но у меня ничего такого не было. Я просто любил баскетбол, сам процесс, терпеть не мог кому-то уступать, проигрывать. Всегда старался честно делать свое дело. И вернулся в Новосибирск не потому, что, как говорят в народе, лучше быть королем в деревне, чем шутом в столице.Это – мой город, моя родина, здесь жили мои родители, здесь у меня много друзей. Наверное, в свое время я мог бы заиграть в элитном клубе и, может быть, стать богатым человеком, но… У меня и здесь все хорошо – дом, семья, дети и внуки, рыбалка.Талантливые мальчишки в «молодежке». Ты знаешь, я счастлив в своей Матвеевке. По-моему, этого достаточно.

18 декабря 2006 года. Главный тренер новосибирского НГУ руководит действиями своей команды в матче против «Иркута» в шелеховском спорткомплексе «Металлург»

… Мы идем с Александром Михайловичем по заснеженному Новосибирску. Впереди вышагивает высоченный парень. «Кто-то из моих?»– ускоряется Брызгалов. И уже с сожалением: «Нет, не мой. Большой мальчишка…» А мне все хочется спросить: неужели и впрямь он ни о чем не жалеет, не казнит себя? Может, рисуется просто?

– Я и правда ни о чем не жалею,– угадывает мои мысли Брызгалов.– Живу в согласии со своим сердцем.

Михаил КЛИМОВ

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья
Реклама 18+