Федерико Пеллегрино: «Мне кажется, черта русских – говорить все в лицо. Когда были ссоры, ребята злились, удалялись из групп WhatsApp. Но на следующий день снова были друзьями»

Итальянский лыжник Федерико Пеллегрино рассказал о тренировках с российскими спортсменами.

Пеллегрино и еще один итальянец Франческо де Фабиани готовились к сезону в группе тренера сборной России Маркуса Крамера.

– Недавно вы в инстаграме написали «spasiba». Русский язык, значит, так и не выучили?

– Это я с ошибкой написал? Ну ладно, русские вообще называют меня Федерика, все никак не могут привыкнуть произносить твердое «о» в конце моего имени. Если уж они так ошибаются, то и мне, наверное, можно.

– А как дела с итальянским у ваших партнеров по группе?

– Вообще, Глеб (Ретивых) старался подтянуть итальянский, занимался понемногу. Особенно хорошо у него пошло после того, как на сборах Глеб три недели прожил в одном номере с Де Фабиани. Он тогда каждый день говорил мне несколько новых слов и даже пытался составлять предложения.

Наверное, ему ещё помогал его друг-велосипедист, который живет в районе озера Гарда, его зовут Саня.

– Возможно, Порсев?

– Не знаю. Саня и Саня. Я так понял, что в России почти все Сани. Да, кстати, еще физиотерапевт знает несколько слов по-итальянски. Хотя, конечно, нам всем удобнее говорить по-английски, так все же проще понять друг друга. Но «право» и «лево» я, само собой, выучил еще в начале нашей совместной работы.

– Хорошо, а как насчет командного духа?

– Я, Дефа (Де Фабиани) и тренер Франсуа привнесли немного итальянского духа, шуток и хорошего настроения. Прелесть в том, что если в группе и были какие-то жесткие обсуждения и споры, то, как правило, они проходили на русском языке. Так было даже лучше, по крайней мере, мы оставались вне дискуссий.

И знаете, что меня ещё поразило? Мне кажется, это не только в группе Крамера, но такая черта вообще у русских – говорить все в лицо. Когда были ссоры, то это было по-настоящему: ребята злились, удалялись из групп в WhatsApp, говорили друг другу что-то очень резкое. Но на следующий день все забывалось и все снова были друзьями, – рассказал Пеллегрино.