Юрий Каминский: «Мне очень хотелось сделать из Серохвостова спортсмена, который на равных конкурировал бы с Йоханнесом Бо»

— Год назад, когда спортсмены, на которых вы, в общем-то, рассчитывали, начали уходить в другие группы, у вас не было ощущения, что люди, которые вроде бы должны вас поддержать, просто отошли в сторону?

— Здесь я вижу другую проблему, которую назвал бы проблемой всего нашего биатлона. Заключается она в... ну, скажем так, в поисках методики, что ли. Причем методику ищут не тренеры, которые должны ее искать, а сами спортсмены. Они же начинают решать, подходит им то, что предлагает тренер или нет. С позиции того, что касалось методик функциональной подготовки в нашей группе, проблем как раз не было, нарекания со стороны тех, кто ушел, касались стрелковой работы. Будет ли сейчас лучше — не знаю. По первым стартам трудно делать какие-то далекоидущие выводы.

Что касается моих личных чувств по этому поводу, я уже не в том возрасте, чтобы обижаться на спортсменов. С одной стороны, их можно понять. С другой — я довольно отчетливо оцениваю свои возможности: что могу дать спортсменам, а что не могу.

— Поэтому, как мне кажется, и должно быть обидно.

— Ну да, было. Особенно это касалось Серохвостова. Мне очень хотелось сделать из этого парня спортсмена, который на равных конкурировал бы с Йоханнесом Бо. Но ведь и у Карима Халили в олимпийском сезоне произошел достаточно неплохой прирост скорости. Я привык ориентироваться на цифры-факты, а они говорили о том, что и Серохвостов, и Халили за время работы в нашей группе в стрелковой части тоже прибавили. Например, Карим после ноябрьско-декабрьского периода Кубка мира, а это девять личных гонок (!), по стрелковым показателям находился на очень высоком для него пятом месте. Здесь скорее важен другой вопрос: чего хотят спортсмены. К сожалению, часто они ищут комфорт, которого я не обещаю в группе. Я не знаю, как, работая в комфортном состоянии, достигать высоких результатов.

— А уход Истомина в самостоятельное плавание? Мне казалось, у вас было полное взаимопонимание, которое гарантировало Артему достаточно быстрый профессиональный тренерский рост.

— К сожалению, то, о чем вы говорите, на самом деле понимают далеко не все. Руководство посчитало, что Артем готов к тому, чтобы самостоятельно работать на позиции старшего тренера. Я считал, что Истомину нужно еще хотя бы два года работы. Понятно, что сборная команда — это не институт, не кафедра, не какие-то практические занятия, где объясняются все приемы работы, в том числе педагогические. Хотя в приоритете у меня это есть. Очень важно, считаю, чтобы и специалисты, и спортсмены досконально понимали свои действия.

Что касается Истомина, наверное, я на него повлиял в методическом плане. Возможно, ему было интересно совместить этот опыт с какими-то своими взглядами, которые, по его мнению, способны дополнить существующую систему, – сказал Каминский.