Трусова об истерике на Олимпиаде: «Я пыталась уйти. А меня все равно выводили на то место, где снимали»
Фигуристка дала интервью Евгении Медведевой.
– В 2018-м мне было очень тяжело скрыть свои эмоции. Сейчас я понимаю, что там я могла себе позволить и имела право сказать, выразиться, показать эмоции. Тогда я очень сильно зажалась и испугалась того, что меня снимают, что на меня смотрит весь мир.
Прости, что затрагиваю эту тему. Нам есть о чем с тобой поговорить. Есть кадры с Олимпийских игр, где ты плачешь, где видно, что тебе тяжело. Знала ли ты, что тебя снимают?
– Я старалась уйти. Я не последняя выступала. Я много сидела в этом помещении, комната, где ты ожидаешь. Я вышла оттуда, у нас была трибуна, коридор из этой комнаты, и вот сюда поворачиваешь, а там журналисты.
Я вышла в коридор, пока катали. Я взяла телефон, разговаривала с мамой. Естественно, я все это говорила ей. А потом увидела, что сбегаться журналисты, брать меня в камеры, включая наших журналистов.
– Наши журналисты в основном самые первые прибегут.
– Да, и я ушла между комнатой и трибунами. Я уходила боком туда, чтобы никто не видел. Просто все шли на меня, тренеры подходили ко мне туда. И я никуда деться не могла. И я хотела уйти туда к журналистам и дальше, меня не пускали. Меня оставили в этом коридоре комната-лед.
Я должна была находиться там, а оттуда пойти на награждение. Естественно, я не собиралась этого делать там.
– Что ты чувствовала, когда тебя со всех сторон зажимали?
– Не могу сказать, что какое-то чувство прям... наверное, неприятно, что они на этом какой-то сделали акцент. Потому что я, повторюсь, пыталась уйти. А они меня все равно выводили на то место, где снимали.
– Можно ли так делать со спортсменом, когда он находится в максимально стрессовом состоянии за карьеру? Так животных зажимать нельзя... Почему так произошло?
– На тот момент – и очень долго в принципе... Наверное, только вот полгода, как поняла, что это не вся жизнь. А на тот момент – это вся жизнь. Я объясняла всем, естественно, тебе мне не придется этого делать. Ты, наверное, единственный человек на этой земле, который меня понимает.
Когда ты идешь с очень маленького возраста именно к этому, ничего важнее для тебя нет.
Про зажимать – это же правила, установленные организаторами. Во-вторых, у нас был пузырь, который нас сильно ограничивал. Я не знаю, можно или нельзя, но мне нельзя было никуда уйти.
Потом, слава богу, журналисты пропустили меня в раздевалку с условием, что я вернусь. Мне пришлось возвращаться. Я никуда не хотела не хотела идти, потом меня отвели на пресс-конференцию, обратно в микст-зону, – сказала Трусова.
Она действительно пыталась уйти от камер, но кто же упустит такие горячие кадры.
Можно долго спорить справедливо или нет судили, но принять такой результат было тяжело.
Я вот не могла определить на тот момент свои симпатии, кому больше желала победы, меня тоже разрывало...
Вот это она скрывала эмоции конечно
Хлопала ей на подиуме. Не думаю, что ей было это легко, на таких то эмоциях.
Саша ничего из этого не делала
Как-то жалко выглядит. Очень надеюсь, что Саша действительно переживет ту ситуациб и отпустит, а не будет вспоминать ещё 30 лет в фильмах, программах и мемуарах
Носится со своей несделанной пятиквадкой, и что-то постоянно выдумывает, оправдывается.
Большое высокомерие и тщеславие, не выполнимые запросы и хотелки, отсюда истерики.