Ирина Роднина: «Я ничего не говорила о тренировках Тутберидзе. Говорила, что в ее штабе есть психологические проблемы – это было после Олимпиады»
– Ирина Константиновна, не хотите на тренировку к Тутберидзе прийти? Ее слова: «Она рассказывает непонятные истории, что я жестко тренирую. Ты найди в себе силы и время – приезжай на каток, посиди на тренировке, хотя бы одной. Что же ты рассказываешь, не видя и не слыша?»
– Я о ее тренировках ничего не говорила. Я говорила, что в штабе Тутберидзе есть психологические проблемы. Это было после выступлений девочек на Олимпиаде. Для того чтобы иметь мнение по поводу этого события, мне не надо быть на ее тренировках.
Во-вторых, она точно так же, как и я, имеет право говорить то, что она думает. Все это право имеют. Если у нее есть какие-то предложения, она бы могла не дожидаться большого интервью, а пригласить.
Найти меня в мире фигурного катания города Москвы не так и тяжело. Пока у меня нет желания прийти на ее тренировки.
– Видимо, она считает, что у вас должно быть больше информации, чтобы говорить.
– Правда? Я в свои 74 года имею право говорить то, что считаю для себя нужным, как любой гражданин Российской Федерации.
То же самое право есть и у нее. А задрав штаны, бежать за комсомолом, чтобы попасть на тренировку? У нас обычно на них приглашают. Вас еще не каждый тренер допустит.
– В «Хрустальный» вроде бы не сильно допускают.
– Я понимаю, что я такая, что я пройду везде. Но ставить в неловкую ситуацию кого-либо... Я и сама работала тренером. И неласково смотрела, если кто-то без разрешения ко мне приходил смотреть на работу спортсменов. Основная масса тренировок закрытая.
– Ваше имя прозвучало, мнение нужно было узнать. Там вообще много имен в жестком контексте прозвучало.
– Ну а рядом с моим именем ее имя звучит. Что касается интервью... На обиженных воду возят. Наш президент любит поговорки – ну вот, давайте спустимся на этот уровень, – сказала трехкратная олимпийская чемпионка.
