Худайбердиева о РПП: «Муж меня реально вытащил из гроба. В олимпийский сезон степень проблемы была критической»

Худайбердиева – чемпионка России в танцах на льду, она выступает в дуэте с Егором Базиным.

– В прошлом сезоне было много разговоров о том, что у вас обострение РПП (расстройство пищевого поведения). Что чуть ли не под капельницами вы лежали, восстанавливаясь. Давайте расставим все точки над и.

– Капельниц точно не было. Даже когда было очень надо, потому что я отравилась перед чемпионатом России, мне не делали капельницы. Они запрещены по антидопинговым правилам, так и запишите.Все, что я расскажу дальше, – сложно и тяжело, но нужно.

Очень многие люди в прошлом сезоне решили, что у меня проблемы, потому что у меня сильно изменилось не столько тело, сколько лицо. Говорили, что я делала пластические операции, какие-то уколы. Или что я очень сильно похудела.

У меня семь лет была булимия, с моих 12. Из-за этого люди привыкли ко мне как к круглолицей девочке. А я просто вечно была опухшая. Когда у тебя булимия, отеки с тобой постоянно – лицо, глаза, тело.Огромная удача в том, что у меня, видимо, очень сильный организм изначально. Он каким-то образом функционировал все это время и не сильно страдал, потому что я же каждые полгода проходила УМО (углубленное медицинское обследование).

И все было прекрасно. Анализы показывали, что у меня все в норме, а я никому не рассказывала. По этой причине никто не догадывался об огромных проблемах. У многих девочек – гимнасток, фигуристок с булимией – быстро начинались проблемы со здоровьем.

К счастью, так случилось, что с этого дна меня вытащил Кирилл (Благов, на тот момент муж фигуристки – Sports.ru). За что я ему всегда буду благодарна. Он меня реально вытащил из гроба. Я убивала себя в прямом смысле этого слова. Мы постепенно разгоняли мой обмен веществ, и в какой-то момент я стала есть как обычный человек. Сошли все отеки. Изменилось лицо и тело.

В олимпийском сезоне я весила 51 килограмм, а на прокатах год назад, когда все уже говорили, что я адски худая, я весила 50. Разница всего в килограмм. Но из-за того, что у меня сошла вся вода, люди меня перестали узнавать и думали, что у меня большие проблемы.

– Как происходила эта борьба за нормальное питание?

– В олимпийский сезон степень проблемы была критической: я срывалась каждый день. Реально каждый. Кирилл видел все мои загоны, и хотя не понимал их, но принимал меня даже такую. Весной после сезона он сказал: пожалуйста, давай мы попробуем с этим справиться вместе, я очень тебя прошу. Я не могу смотреть на то, как ты убиваешь себя.

Когда мы решили начать есть, Кирилл спрашивал, например, что я ела на завтрак обычно. А мой мозг этого не помнил. «Сколько тебе нужно есть?» А я не знаю, потому что раньше все, что съедала, не оставляла в себе. Мой организм не успевал переваривать еду. Раньше я жила так: просыпалась, пила кофе, тренировалась до трех часов дня, что-то ела и все наружу. И так много лет подряд.

Я не знала, как из этого выбраться. Я смирилась с тем, что в лучшем случае умру лет через 15 от рака щитовидки или горла. Или от язвы желудка. Либо у меня откажет сердце, либо печень. И как с этим справиться, не понимала. Это как наркозависимость, как болезнь, из лап которой ты уйти живым не можешь.

Первое время я ела по одному яичку в день, но оставляла его в себе и переваривала самостоятельно. Медленно, постепенно я выбиралась. Люди не понимали, почему у меня так много фоток с едой. А я просто наконец начала есть. Я раньше думала, что у меня никогда в жизни не будет так, что я смогу прийти в ресторан, съесть пасту и… оставить ее в себе. Думала, что это невозможно, – сказала Худайбердиева.

Фигуристка Худайбердиева: «За три дня до чемпионата России блевала дальше, чем видела. Отравилась, не могла поесть, была просто скелетом»