Дегтярев о допуске российских спортсменов: «Наша миссия – доносить до всех, что увязывать со спецоперацией не надо. Следует действовать в юридическом ключе»

– Ориентируетесь ли вы, когда с коллегами из‑за рубежа общаетесь, на то, что происходит прямо сейчас на фронте и на переговорах в том числе между президентами России и США? Делаете ли вы для себя анализ того, что там происходит? И по прогнозам, по ощущениям, сколько спортсменов из России отправятся в нейтральном статусе на Олимпиаду?

– Надо выделить виды спорта, которые уже дали возможность нашим выступать: это ски‑альпинизм и все, что связано с коньками, в том числе фигурное катание. И это большой прорыв, пусть пока и в усеченном формате. Мы переговоры такие ведем непубличные и видим сожаление, даже скорбь со стороны многих руководителей, членов МОК, глав национальных олимпийских комитетов. Некоторые публично об этом говорят. Я был в Сербии только что. Венгры на нашей стороне тоже, на стороне добра.

Но этот вопрос нелинейный. И я публично говорил, что НОК Италии на нашей стороне, потому что у нас совпадают интересы. Они принимают Олимпийские игры. У них не будет ключевых атлетов по ключевым видам на данный момент времени. Конечно, это снижает интерес, кассу и прочее. Последний пример – норвежские лыжные гонки ушли в минус. Кому интересно это без наших ребят смотреть? Поэтому мы эту работу ведем системно.

Второй вопрос про то, как мы смотрим и вообще спортивное сообщество на вооруженный конфликт, который идет, на переговорные дела. Конечно, смотрят. Мы со своей стороны выводим вообще (и это наша магистральная дорога) это за скобки. Уж если говорить о том, что стреляют, тогда давайте всех спортсменов из стран, где стреляют, уберем из Олимпийских игр, из мирового спорта. Я могу перечислить, где у нас стрельба: Израиль, Палестина, недавно Индия и Пакистан – там может в любой момент опять полыхнуть. В Африке десятки конфликтов. Это уничтожит окончательно мировой спорт.

Наша миссия – доносить до всех, что увязывать со спецоперацией не надо. Следует исключительно действовать в юридическом ключе. Провели несколько закрытых встреч и ждем инаугурации Кирсти Ковентри, потому что она будет правомочна созвать исполком для восстановления и признания Олимпийского комитета [России]. Параллельно наш швейцарский адвокат, я попросил его это сделать, направляет требование юридическое, обязывающее в адрес исполкома провести это заседание.

И второе, что мы делаем на этом треке, мы идем широкими мазками. Все эти письма, переписку, наш устав, перевод, все наши новеллы, юридические требования рассылаем во все национальные комитеты мира, всем членам МОК и всем членам исполкома. Не только в аппарат МОК и не только Кирсти Ковентри, потому что твердить бесконечно про то, что мы не допущены, потому что у нас какие‑то проблемы или идет спецоперация, это, с их стороны, сотрясание воздуха. Есть решение, все мотивирующие факторы устранены. Будьте любезны, примите решение в обратную сторону.

– То есть после инаугурации Ковентри уже что‑то должно произойти?

– Я в это верю как юрист. И в это будем верить и все делать, чтобы это произошло.

– Но в личных беседах что говорят?

– Стыдятся своих принятых решений. К сожалению, мировое спортивное руководство загнало себя в тупик. Чтобы из этого тупика выйти, мы приняли элегантное юридическое решение. И теперь как бы мяч на их стороне, – сказал министр спорта России, глава ОКР Дегтярев.