– За последнее три года ты дал больше интервью, чем за всю карьеру. В какой момент поменялось отношение к публичности?
– После ухода из сборной. Во-первых, стало больше времени на все. Появились выходные – по три-четыре дня, когда я понимал, что могу просто поспать, погулять с детьми, улететь куда-то по своим делам. Такая свобода от расписания снимает психологическую ответственность.
Когда Кирилл [Брейдо] и Аня Галлай (пресс-атташе ЦСКА – Спортс’‘) придумывали медиактивности и предложили создать телеграм-канал, я сначала реагировал в духе: «Фиг с вами, давайте». А потом понял, что через «телегу» мне проще вести диалог с болельщиками. Особенно с теми, кто не может приехать на стадион. Запишу им кружочек 10-секундный – уже обратная связь.
Все комментарии я читаю. Ни на что не обижаюсь. Главное, чтобы люди меня увидели и понимали, что я здесь, с ними. А то иногда уходишь после игры в плохом настроении, голову опустил – люди обижаются, потому что ты им не помахал и даже не повернулся. Поймите – вас 10 тысяч, каждому не улыбнешься. Поэтому выхожу в эфир, показываю: народ, я с вами – уже остыл! И люди реагируют, коммуницируют. То же самое с интервью.
– А на хейт в комментариях всегда реагировал спокойно и не обижался?
– Нет, конечно. Когда ты молодой, горячий, воспринимаешь все иначе. Вроде выигрываешь титулы, но как только ошибешься – тебя везде начинают мочить. Думаешь: «Что за фигня?» А с годами приходит понимание: пусть пишут. Адекватный человек вряд ли приедет домой и первым делом полезет строчить гневные комментарии: «Да ты козел...» Я же так не делаю. Смысл мне реагировать? – сказал вратарь ЦСКА.
Комментарии
То же и про Акинфеева, ассенизаторы сразу начнут вспоминать про антирекорд в ЛЧ, и никто не вспомнит сколько у него "сухих" матчей и что он входит в десятку лучших в мире за всю историю.