Шветский о допинге Валиевой: «Гипотетически диверсия возможна. Подсыпать или подмешать нечто реально в раздевалке, туалете – там нет видеонаблюдения»
Врач сборной России по фигурному катанию Филипп Шветский поделился мнением о том, возможна ли диверсия в случае с положительной допинг-пробой Камилы Валиевой.
25 декабря прошлого года Валиева сдала положительную пробу на триметазидин. Это произошло на чемпионате России в Санкт-Петербурге.
– Применительно к ситуации с Валиевой рассматривался ли вариант диверсии? Ведь политическая антироссийская подоплека допинговых скандалов очевидна. Да и жесткая конкуренция теоретически могла бы стать мотивом – сюжетов подобного рода в истории немало...
– Чтобы идти в CAS с этой версией, нужно иметь доказательную базу – видеозапись, например, на которой некий злодей подливает Камиле в компот нечто запрещенное.
А без доказательств предлагать версию саботажа бесполезно – её просто не посчитают состоятельной и без лишних слов дисквалифицируют.
– То есть, по-вашему, диверсия исключается?
– Гипотетически диверсия возможна. В связи с ковидом спортсмены длительное время находились на карантине, в специально организованном «пузыре» – и на сборах, и на тренировках, и на соревнованиях.
Кто-то со стороны проникнуть «за кулисы» не мог. А осуществить диверсию, подсыпать или подмешать нечто реально лишь в раздевалке, туалете – там нет видеонаблюдения.
Такого «пузыря» не было только во время чемпионата России в Петербурге. Как раз допинг-проба с этого соревнования и оказалась положительной. Подчеркиваю, я ничего не утверждаю, просто пытаюсь анализировать.
– Наверное, логично было бы спецслужбам расследовать эту историю? Ведь вопросов и версий предостаточно…
– Недавно меня вызывали в Федеральную службу по обороту наркотиков, и я четыре часа подробно, со всеми деталями рассказывал, что и как происходило до, во время и после соревнований.
Надеюсь, ФСКН разберётся, сумеет раскрыть эту «китайскую шкатулку». Совокупность косвенных фактов, которые могут определять мотив и возможный злой умысел, я предоставил.
А еще я написал письмо в Следственный комитет, подробно изложил факты, дал оценку публикациям в СМИ, которые касались допингового скандала, – сказал Шветский.
1. Растолочь у меня его получилось только молотком. У него очень плотная оболочка.
2. Он нерастворим в воде. Если высыпать в воду растолченную таблетку, вода становится мутной, а на дне собираются хлопья. Через какое-то время взвесь частично оседает на дно, образуя на нем белый осадок и еще более крупные хлопья.
3. Триметазидин в растолченном виде имеет резкий горький вкус. В оболочке он конечно же не чувствуется.
Таким образом, его невозможно ни в воду подмешать, ни в пищу.
Предлагаю всем фантазерам повторить эксперимент, а доктору Шветскому не позориться со своими гипотезами.