Самоубийца
В то время как сильнейшие девушки в четвертый игровой день на проходящем в Нью-Йорке Открытом чемпионате США продолжили беспроблемное продвижение к пику турнирной сетки, некоторые топовые игроки-мужчины испытали первые сложности. Андре Агасси не удержал первый сет, прежде чем сразить безвестного чилийца Николаса Массу, а прошлогодний чемпион U.S. Open Марат Сафин у своего хорватского соперника Ивана Любичича все четыре партии взял лишь на тай-брейках.
''Марат Сафин, для которого нынешний год после февральской травмы сложился чудовищно неудачно, получил то, чего хотел: парень сам говорил, что ему требуется в Нью-Йорке хотя бы один тяжелый поединок, чтобы определить, насколько серьезным может быть его стремление к повторению прошлогоднего триумфа. Однако после трех с половиной часов нешуточного сражения с упорным Любичичем Марат был уже как будто и не рад успешно пройденному тесту. "Надеюсь, что этот матч окажется самым сложным для меня на чемпионате, -- чуть ли не простонал 21-летний российский теннисист. -- Не хочу больше так страдать на корте. Я уже начинаю стареть".
Впрочем, пытку, устроенную хорватом Сафину, нельзя назвать большой неожиданностью, если вспомнить, что Любичич делал этим летом -- он обыгрывал таких титулованных теннисистов, как Агасси и Карлос Мойя. Марат наверняка стал бы третьим поверженным за последнее время чемпионом "Большого шлема" в коллекции хорвата, не обладай он пушечной подачей. Любичич отыграл два матчбола и был уже готов к решающей битве в пятом сете, когда Сафин с третьей попытки наконец поставил точку в поединке эйсом, посланным с дикой скоростью -- 219 км/ч. Мячик, заброшенный Маратом на трибуну корта имени Артура Эша, -- как обещание того, что в конце следующей недели туда может полететь уже его счастливая ракетка, которой он добудет еще одну победу на американском первенстве.
Матч с Любичичем действительно дал надежду на возрождение блистательной сафинской игры, служившей главной темой для обсуждения теннисной общественностью в прошлом году, который Марат закончил второй ракеткой планеты. Несмотря на то, что Сафин был явно недоволен собой по ходу встречи с хорватом (Марат допустил в ней 38 невынужденных ошибок), то и дело мотал головой и бормотал себе под нос какие-то заклинания, он все-таки сумел справиться с эмоциями и набрать в итоге 42 чисто выигранных очка.
"Я исправляюсь: не разбил ни одной ракетки", -- похвалился российский теннисист и добавил: "Я понимаю, что все помнят, как в финале U.S. Open в прошлом году я обыграл Пита Сампраса. Теперь все скажут: после победы над Любичичем к Сафину вернулась уверенность, он снова играет здорово и может снова победить на чемпионате. Я с этим согласен. Я хочу выиграть еще несколько турниров "Большого шлема", и я выиграю их! В противном случае -- застрелюсь". Шутки шутками, но подобные суицидальные обещания весьма характерны для России. Вспомнить хотя бы слова не кого-нибудь, а первого президента страны Бориса Ельцина, так, впрочем, и не прилегшего на рельсы.
В этот раз Сафин может и не победить в Нью-Йорке: соперником Марата в третьем круге будет марокканец Хишам Арази, а дальше ему наверняка придется много сложнее, ибо он находится в той же части турнирной сетки, что и Сампрас, и Агасси. Но для штурма крупнейших чемпионатов у Марата есть еще лет 10.