Станислава Константинова: «Встаешь на весы, а там +15. Надеваешь коньки – и ничего не можешь. Хуже всего, что люди пытаются тебе на это указать»
– Ты закончила карьеру два года назад, но в шоу у Плющенко появилась только этой зимой. Почему не раньше?
– На момент ухода из спорта меня просто тошнило от фигурного катания. Была травма, я не могла прыгать с левой ноги, а это сразу мимо сальхов, аксель, тулуп, то есть все, что нужно для шоу.
Плюс я прибавила в весе, переболела ковидом и совершенно потеряла форму. Меня куда-то приглашали, но я понимала, что не готова появиться на публике в таких кондициях.
– Почти все фигуристки после завершения карьеры проходят через период прибавки веса.
– Конечно. Пока в спорте, ты себя держишь в жестких рамках, а потом они падают и ты думаешь: «Ну окей, я сейчас себя отпущу совсем чуток, а потом быстренько соберусь и все станет как раньше». Но так это не работает.
Ты привыкаешь есть сколько хочешь, и хуже всего – привыкаешь себя жалеть. Я через столько прошла, что неужели сейчас не могу себе позволить всего, что хочется? Но потом в какой-то момент еда перестает приносить удовольствие. Ты встаешь на весы, а там +15. Надеваешь коньки и понимаешь, что ничего не можешь.
И хуже всего, что люди вокруг пытаются тебе на это указать. Как будто ты сама не видишь и не переживаешь.
– Как ты с этим боролась?
– Сейчас я благодарна, что у меня случился такой тяжелый первый год после спорта. Мне важно было сместить фокус с тела, которое много лет было в приоритете, на жизненные установки. Хотелось перестать себя оценивать и попытаться быть счастливой.
Но потом я поняла, что наелась, мне хватит. Стала ходить в зал и потихоньку сбрасывать вес. И тут мне позвонила Яна Рудковская и позвала в шоу. Было очень волнительно, потому что в таком возрасте восстанавливать тройные прыжки – это, мягко говоря, непросто.
У меня все-таки было почти два года перерыва, плюс совсем другие параметры тела. Спасло, что благодаря регулярным походам в зал я была в хорошей физической форме.
Сейчас в основном прыгаю тройной сальхов. Но сложно, нужен опыт, нужно больше выступать. А это плохо совмещается с другими моими активностями. Удивительно, но даже сейчас, если утренняя тренировка прошла плохо, я весь день потом буду ходить хмурая. Допустим, у меня съемка, а я сижу и думаю: «Да как я могла этот риттбергер не прыгнуть?!» Словно мне опять 12 лет, ага, – сказала Константинова.
«Теперь еда и худое тело для меня не смысл жизни». Поговорили со Стасей Константиновой
А фигуристки вынуждены долгие годы жестко себя ограничивать, а потом слетают с катушек, что вполне естественно. Понятно, что это вредно, но и до этого ограничения плохо сказывались на здоровье физическом и психологическом.
У фигуристок в соревновательной форме обычно дефицит массы тела, т.е. могло быть где-то 50 и стало 65, что нормальный вес.
Я даже при беременности столько не набирала. Это называется "слететь с катушек". И очень плохо для самого огранизма, такой вес трудно не почувствовать когда набираешь!Тем более спортсмену!
Вместо того чтоб осуждать, я рад что она честно о проблемах говорит