Хореограф Коханова о работе с Гуменником: «Прекрасный спортсмен. У Петра такой характер – он не будет пасовать, будет всегда делать на максимум»

Коханова помогала с постановкой произвольной программы фигуриста «Онегин».

– Как произошло ваше знакомство с фигурным катанием в профессиональном плане?

– У меня в Петербурге своя танцевальная школа, где я веду открытые классы для взрослых профессиональных танцовщиков. Николай [Морошкин] стал просто заглядывать на классы, познакомился со мной, как с педагогом. Ему откликнулось то видение, которое у меня есть, и он пригласил поработать с Петей над программой «Онегин», это было первое взаимодействие с фигурным катанием.

Меня пригласили тогда, когда программа была уже утверждена, уже была готова схема в ногах, скомпонована музыка. Мы оформляли корпус, руки, добавляли какие-то нюансы туда, искали возможные оттенки образа, чтобы это не было плоско.

Пытались делать это разнообразно, поскольку постановка неоднородная – есть игривая часть, есть спокойная, есть трагичная. Мы пытались передать эти оттенки не просто через театральную историю, а через телесные ощущения.

– Все началось с танцевального зала или уже с работы на льду?

– Мы работали в зале, учили какие-то кусочки хореографии. Как говорят в танцах, танцовщики – это глина, из которой хореографы лепят своим почерком то, что им хочется. С первого занятия я поняла, что Петя – прекрасный спортсмен, он очень пунктуален, очень собран, внимателен. Он понимает, что ему это надо, доверяет своим тренерам, когда они что-то предлагают.
 
Мы начали пробовать, он много раз повторял. У него есть прекрасная черта – он не оставляет все на последний раз, чтобы отработать потом, он все делает сразу. Тебе не приходится по пять раз ему повторять, чтобы он сделал это еще раз. Он понимает, что это новое, что этого в теле еще нет, наслаивает, вбирает в себя потихоньку.

Это и сложность, и черта профессионализма в фигурном катании – даже если что-то не получилось в технике, очень важно не выпасть из образа. С таким комплексным подходом не все справляются.

– Далеко не все фигуристы серьезно относятся к хореографии уже в самих прокатах, когда дело происходит на льду, предпочитают прыжки. Как с этим дела обстоят у Петра?

– Петя молодец в том, что никогда не ленится делать эти вещи, не игнорирует их. Есть люди, которые могут самостоятельно решить – мне это не надо, я это сейчас поменяю. Мы с Колей не раз обсуждали, что Петя в этом смысле очень внимательный спортсмен. Если решит, что ему это неудобно, что что-то не получается – он это обсудит.

В «Онегине» нет импровизации, все проставлено. Каждый взгляд, каждый палец, каждое касание, кивок. В этом его талант – Петя понимает, что его видят со стороны, и делает все нюансы, либо мы их обсуждаем и переделываем так, чтобы это было удобно и гармонично.

Но из раза в раз это одна и та же программа. Не бывает такого, что он приходит и у него вообще все по-другому, а ты думаешь: «Зачем мы это делали всю неделю, если он все равно переделал?» Программы будут меняться, он будет взрослеть, однако у него есть очень крутые телесные связи, которые я мало где на фигуристах вижу.

Петя внимательно относится к нюансам, не боится пробовать и рисковать, наращивать этот навык. У него такой характер, он не будет пасовать, будет делать всегда на свой максимум, понимая, на что претендует, – сказала Коханова.

Оценки Петросян и Гуменника, проблемы Мишиной и Галлямова, трюк Дикиджи – интриги нашего сезона

Двоеглазова и Гуменник покорили, а вот пятеро ведущих – нет. Выводы по контрольным прокатам