Блог Не во сне, а наяву

Постоянное напряжение. Петер Превц – о работе над ошибками

В первые месяцы 2016 года создавалось ощущение, что любой этап, куда бы ты ни приехал, проходит в Планице, пусть карты и утверждают иное. Развесёлая бесконечная толпа с триколорами, увенчанными гербом с Триглавом, заполняла собой любое доступное и, казалось, недоступное пространство: маленькая, но страстная Словения получила нового героя.

В том сезоне Петер Превц, до этого год за годом медленно подбиравшийся к вершинам, не оставил шансов никому из конкурентов ни на Турне четырёх трамплинов, ни на полётном чемпионате мира, ни в общем зачёте — и оставил при этом на трамплине всего себя. Настолько, что на следующий год ничего не осталось: девятое место общего зачёта, невзрачные прыжки и ни тени былой уверенности в собственных действиях и движениях. 

В Нижнем Тагиле мы поговорили с Петером о прошлом сезоне и о работе над ошибками. 

— Сезон 2015/16 был для вас очень успешным: долгожданная победа в общем зачете, Турне четырёх трамплинов, победа на полётном чемпионате мира. Что случилось потом?

— В прошлом сезоне в отношении многих прыгунов у всех были завышенные ожидания. В том числе и от меня. А я не смог снова поймать нужное настроение, чтобы прыгать так расслабленно и так спокойно, как прежде. Это вылилось в ставшую постоянной проблему с отталкиванием, а с ней и дистанции стали куда короче. Нет дальности – нет и хороших результатов.

— При подготовке к нынешнему сезону это всё было учтено? Что-нибудь поменялось в самом принципе работы?

— Кардинально – скорее, нет, но я стал больше обращать внимание на мелочи, на детали. К тому же, я гораздо больше времени уделил подготовке непосредственно на трамплине и сделал куда больше тренировочных прыжков, чем перед прошлым сезоном. Это достаточно агрессивный подход: когда у тебя всё хорошо с прыжками, тебе и не надо много прыгать, но если же есть проблемы, нужно много сил на дополнительные тренировочные сессии, чтобы разобраться со сложностями. Пожалуй, в этом главная разница по сравнению с тем сезоном.

— В этом сезоне у нас очень насыщенный календарь: Турне, Олимпийские игры, полётный чемпионат мира, RAW AIR. Какие цели перед вами в этом году?

— На самом деле моя главная цель на этот год – просто прыгать далеко и выступать всё лучше и лучше от одного соревнования к другому, наслаждаясь тем, что делаю. Да, у нас впереди много важных стартов, и я как словенец не могу не добавить в этот перечень ещё и финал сезона в Планице, так что у нас сразу пять особенных соревнований в ближайших планах. И сезон будет долгим: у нас будет лишь неделя перед Рождеством для того, чтобы немного перевести дух. А всё остальное время нас ждёт постоянное напряжение. Нельзя терять концентрацию.

— Сложно удерживать в голове сразу все эти планы на ближайшие месяцы?

— Когда сезон такой длинный, почти не остаётся времени о чём-либо думать или волноваться. Схема простая: всё, что ты сделал летом, проявится зимой, в положительном или отрицательном ключе. По ходу стартов уже не получится внести какие-то кардинальные изменения, разве что минимальные исправления, и ты просто пожинаешь плоды предшествующей работы. К тому же, зимой вокруг тебя много людей, которые заботятся обо всём, организаторы соревнований, ответственные за логистику и прочие аспекты. А ты просто следуешь их приказам.

— Поговорим немного об Олимпийских играх. Вы уже успели попробовать трамплины в Пхёнчхане. Каковы ваши впечатления? Как там всё организовано, как обстановка?

— Когда мы в прошлом году там были, мы с интересом отметили, что это очень ветреный регион, но сам трамплин защищён просто гигантскими сетками ветрозащиты. Без них там было бы невозможно прыгать. Организовано там всё было довольно хорошо, корейцы очень любят порядок и чётко выполняют все указания. Если просишь волонтёров о каком-нибудь пустяке, они пропустят просьбу по цепочке, чтобы выяснить, кто конкретно за это отвечает, чтобы всё было по распорядку (смеётся). Но в целом всё прошло очень приятно. Сейчас большинство современных трамплинов по всему миру похоже друг на друга, поэтому особых проблем это вызвать не должно. Но для начала нужно выступать достаточно хорошо, чтобы попасть в сборную на Олимпийские игры.

— Будете как-нибудь особенно готовиться к Играм?

— Да нет, соревнований в Кубке мира достаточно. Это и будет моей тренировкой перед Пхёнчханом. Если набрать хороший ритм, то Олимпийские игры – лишь ещё три старта, которые отлично вписываются в постоянный еженедельный цикл.

— А о небольшом перерыве перед Играми не думали?

— Посмотрим. Мы пока ещё не очень знаем наши точные планы, это будет зависеть от того, как пойдёт сезон, как я буду выступать, будет ли что-то, очевидно требующее работы над этим. Может, лучше будет чуть-чуть отдохнуть. Может, для уверенности в себе лучше будет выступать до последнего.

— Вы были первым, кто разменял отметку в 250 метров. Как вы думаете, с нынешними трамплинами возможен новый рекорд, дальше, чем действующий в 253,5 метров, в ближайшее время?

— Мне кажется, возможность всегда остаётся. Конечно же, всё должно совпасть в этот момент, недостаточно просто задрать максимально высоко стартовую лавку и получить таким образом мировой рекорд по заказу. Должен быть идеальный кандидат, идеальные условия, идеальная скорость на столе отрыва, так как превысить допустимую тоже нельзя: скорость при приземлении будет слишком высока, и прыгуну не удастся устоять на ногах, в связи с чем рекордный прыжок засчитан не будет. В Оберстдорфе мирового рекорда, как мне кажется, не достичь. Это всегда будет дуэлью Планицы и Викершуна.

— Вы, конечно же, за Планицу?

— Разумеется. Но знаете, всем лучше, когда на соревнованиях двадцать прыгунов могут спокойно залететь за 225 метров – так выходит куда интереснее, чем когда всего трое приближаются к заветной отметке за 250, а остальные едва дотягивают до 130 (смеётся).  

— Сами чувствуете в себе шанс попробовать еще раз обновить рекорд?

— Это должно произойти само собой, а не в результате какой-либо особо запрограммированной попытки. Но, как я уже сказал, много что должно совпасть: хороший прыжок, хороший трамплин, хорошее снаряжение.

— Поговорим как раз о технической стороне вопроса, раз уж вы упомянули снаряжение. В прошлом году вы прыгали на Slatnar, а в этом году перешли на Fischer. Как это произошло?

— В конце прошлого сезона я разговаривал с представителями Fischer, и они предложили мне попробовать их лыжи. С июня по конец августа я тестировал одновременно и Slatnar, и Fischer. И в случае с Fischer я получил модель, более отзывчивую к моему типу движения. Мне они показались лучше, поэтому я сделал выбор в их пользу. Да, Петер Слатнар лично контролирует все образцы своих лыж, но в целом нельзя забывать, что даже у крупных компаний отделы, занимающиеся прыжковыми лыжами, очень маленькие, с ограниченным кругом клиентов, поэтому полная персонализация сервиса доступна и у них. На Кубке мира всегда работают представители компании, чтобы выполнять все требования по состоянию лыж.

— Вы сказали, что вы окончательно определились с выбором в августе. Хватило ли времени привыкнуть окончательно к новым лыжам?

— Это было не так уж сложно, на самом деле. Так как мне очень понравился результат сотрудничества, я сразу чувствовал себя комфортно.

— А как вообще дела у ваших братьев Домена и Цене? Обоих давно не видно в Кубке мира (уже после взятия интервью Домен без блеска выступил в Энгельберге и снова не попал в основную заявку сборной на Турне, хотя должен быть довызван к Гармишу – прим. ред.).

— У обоих прыжки немного не заладились в последнее время, да. Домен был довольно сильно занят летом со школой, с получением водительского удостоверения, да ему, в конце концов, сейчас восемнадцать – это тоже фактор. А Цене изучает электротехнику, это тоже отнимает много времени. Они оба стараются справляться со всем сразу, но пока это получается так себе.

Беседовала Anastasia Solovyeva

Фото: Darija и Anastasia Solovyeva

Не забывайте читать нас в твиттере (@sjnayavu) и в Телеграме (@highflyingbirds).

Автор

КОММЕНТАРИИ

Комментарии модерируются. Пишите корректно и дружелюбно.