Реклама 18+
Реклама 18+
Блог Сухой лист

«ПСЖ» брал трофеи и до шейхов. В 90-х он выигрывал чемпионат Франции и еврокубок, за него играли Веа, Жинола и Джоркаефф

Кажется, мы стали забывать.

Никто не любит чемпионаты, превратившиеся в тренировочный центр доминирующего клуба. Отсутствие конкуренции расслабляет, чемпион теряет способность выжимать максимум в нужный момент и проваливается там, где проваливаться нельзя – лига теряет престиж и с трудом ловит угасающий интерес. Но доминатор никогда не сделает себе конкурента сам: спорт сводится к победам, и если соперника все равно придется подавить, то создавать его не имеет смысла. Другое дело, если вопрос не только в спорте.

Весной 91-го «Марсель» летел к третьему чемпионскому титулу подряд. У этой команды было все: инвестиции Бернара Тапи, класс Папена, Стойковича и Кантона, поддержка мультикультурного города и столетняя история. Не хватало только соперника. Бернар Тапи понимал: в футболе помощи ждут от друзей, но деньги делают на врагах.

Примерно так же думали в руководстве Canal+. Телекомпания появилась в 84-м и сходу захватила крупный кусок рынка, но мало зарабатывала на спортивных трансляциях. Во Франции не было яркой вывески, масштабной классово-стилистической вражды; локальные дерби не подходили. Нужен был матч, который станет витриной лиги.

31 мая 1991-го Canal+ выкупил 40% прав «ПСЖ». Парижане составляли большинство абонентов канала, но это почти не повлияло на покупку. «ПСЖ» воплощал гламур и стиль французской столицы, полностью диссонировал с разбойным портовым Марселем и отражал конфронтацию двух центров притяжения – Севера и Юга. Ему не хватало лишь денег, чтобы стать реальным конкурентом, и новый инвестор дал их; остальное сделали ненависть марсельцев и презрение парижан. Canal+ получил что хотел: во Францию вернулась интрига (между «Марселем» и остальными была такая же бездна, как с «ПСЖ» сейчас), и вместе с ней вернулся интерес к платному телевидению.

Paris United (главное медиа по «ПСЖ») писал о роли владельца «Марселя» Бернара Тапи. Могущественный бизнесмен повлиял на ускорение переговоров о покупке и уговорил директоров Canal+ запустить агрессивный пиар и разогрев нового противостояния. Но Тапи не предвидел, что искусственный враг, которого он создал, отберет у него титул.

Canal+ позвал Жинола и Веа, а тренировал их португалец, выигравший ЛЧ с «Порту»

Новый инвестор дал клубу год на выход в еврокубки и три на чемпионство, увеличил бюджет до 120 миллионов франков (20 миллионов долларов) и поставил своего президента – комментатора Canal+ Мишеля Денизо. А потом расстался с 36-летним капитаном Сафетом Сушичем, единственной звездой и главной легендой клуба (босниец до сих пор держит рекорд «ПСЖ» по голевым).

Денизо начал с тренера – заманил в Париж Артура Жорже. Португалец стартовал в 80-х, вывел «Порту» на топ-уровень и выиграл с ним 8 трофеев за пять лет. Жорже ставил надежный и сбалансированный футбол, начинал всегда с обороны и стремился к максимальной эффективности. С таким стилем он разбросал топов, выиграл Кубок чемпионов-87 и стал главной европейской сенсацией.

Летом «ПСЖ» купил девять игроков, причем восемь были защитниками и оборонительными полузащитниками. Поль Ле Гуэн, Лоран Фурнье и Патрик Коллетер стали фундаментом новой команды: все были почти на пике, считались одними из лучших во Франции и еще не исчерпали потенциал. Но главных звезд привел Артур Жорже.

Из «Бенфики» пришли Рикардо Гомес и Вальдо. Первый был надежным и мощным центральным защитником, основным в сборной Бразилии и одним из лучших в Южной Америке. Второй – техничным и легким плеймейкером, заточенным на пас; Вальдо взял 10-й номер и заложил династию бразильских художников в Париже.

Обновленный клуб стартовал с 12 матчей без поражений, но семь из них закончил вничью и забил всего 13 голов. «ПСЖ» недоставало агрессии, осторожная 4-5-1 (иногда – 3-6-1) крепко сдерживала соперника, но мешала добить – команда не умела дожимать и теряла очки. Не хватало изобретательности и давления, парижане слишком зависели от Вальдо: только он был достаточно креативен для того, чтобы вскрыть оборону, и без него команда сразу терялась – «ПСЖ» не победил ни в одном из 6 матчей, пропущенных бразильцем.

К счастью для Жорже, трансферных окон не существовало и покупать можно было в любой момент. К еще большему счастью, в Лиге 2 умирал «Брест». Бретонцы попали во вторую лигу административным решением и сохранили сильный состав, но задыхались от безденежья и спонсоров так и не нашли. 6 декабря 91-го клуб объявил о банкротстве.

В «Бресте» играли Стефан Гиварш и Серхио Гойкоэчеа, но «ПСЖ» нужен был Давид Жинола – 24-летний левый полузащитник, сыгравший пару матчей за сборную Франции. У Жинола была внешность поэта, живущего на парижском чердаке, и в футбол он играл так же: стихийно, сюрреалистично и никогда не скучно.

Игра повеселела, Вальдо и Жинола создавали шедевры, но команда все равно проседала в атаке. Не хватало хищника, звериного чутья и целеустремленности, и летом 1992-го (сезон-1991/92 парижане закончили третьими и вышли в еврокубки) клуб снова вышел на рынок.

Первой целью Денизо был Христо Стоичков, но шансов договориться с «Барсой» не было. «ПСЖ» переключился на Юргена Клинсманна – и выяснил, что зарплату немца в «Интере» не потянет даже Canal+. Третьего варианта не было, но Парижу повезло.

Пока Денизо гонялся за признанными топами, Джордж Веа переходил из «Монако» в «Кальяри». «Монако» уже нашел либерийцу замену (благодаря мягкой налоговой системе договорился с Клинсманном), но трансфер сорвался: тренер «Кальяри» Карло Маццоне передумал, когда президенту клуба оставалось всего 30 километров до офиса и контракта. Веа перешел в «ПСЖ».

Джордж Веа спал на полу, выносил с базы еду для бедняков и вывозил либерийцев из страны, охваченной гражданской войной, но на поле превращался в охотника: обладал совершенным природным атлетизмом и мощным ударом (Тьерри Анри говорил, что ни у кого в истории не видел такой силы и скорости). Его резкие рывки напоминали нападение гепарда: Веа делал обманный трюк стопой, а потом быстрым, почти незаметным движением пробрасывал в противоположную сторону – и вслед мячу ускорялся так, что догнать было уже невозможно. У него было сердце филантропа и мышление киллера.

Теперь у Жорже была сбалансированная команда с непробиваемой защитой и быстрой атакой. «ПСЖ» рекордно легко выиграл Кубок Франции (победил во всех матчах и ни разу не пропустил) и добрался до «Юве» в полуфинале Кубка УЕФА – но прежде, чем Роберто Баджо почти в одиночку не пустил их в финал, парижане объявили миру о рождении новой силы.

В четвертьфинале попался «Реал» с Йерро, Саморано, Просинечки и Бутрагеньо. В «Париж» не сильно верили, «Реал» спокойно победил дома (3:1), но в сумасшедшем ответном матче «ПСЖ» отыграл отрыв. Вальдо выдал суперматч: ассистировал Веа, поучаствовал в великолепном, откуда-то из пляжного футбола голе Жинола и на 87-й минуте забил сам – на замахе убрал защитника и довел до 3:0. Саморано отыграл гол на 91-й минуте, но добавленного времени не случилось: на 93-й Комбуаре вывел «ПСЖ» в полуфинал. Навешивал, само собой, Вальдо.

В чемпионате парижане снова проиграли, но наконец поборолись за титул – финишировали в нескольких очках позади «Марселя». И подняли до максимума ползунок вражды. Тапи и Денизо разогрели накал настолько, что потеряли контроль над ним.

Часто бывает, что обещанная война превращается в осторожную и скучную разведку, но 18 декабря 92-го все было взаправду – в то время игроки «ПСЖ» и «Марселя» не умели притворяться. Футболисты охотились друг на друга, играть и творить не пытался никто: 33 нарушения за первые 45 минут, больше 50 за весь матч, драки, ушибы и трещины – соперников ломали в берсерковом забытьи (впоследствии защитник «Марселя» Жослен Англома рассказал, что его друг Бернар Лама даже не узнал его во время игры – так хотел вырубить кого-нибудь). Рефери Мишель Жирар назвал этот матч самым жестоким в карьере (а он отсудил больше тысячи игр).

«Мы знали, что будет жарко. Психологически это сложнейший матч в моей жизни, – вспоминал защитник «ПСЖ» Патрик Коллетер. – У меня не осталось никаких футбольных воспоминаний о нем. Я даже не знаю, кто и сколько забил («Марсель» выиграл 1:0 – Sports.ru). Весь матч я кричал, оскорблял и разнимал. И сейчас не очень горжусь той игрой. Она была сплошным насилием».

Дерби 92-го вошло в историю как Мясобойня. Бернар Тапи добился своего: создал вражду, за которую хорошо заплатят. Но «ПСЖ» все еще был вторым (у «Марселя» отобрали титул из-за договорняков, но Париж не поставили первым – чемпиона в сезоне-1992/93 не было). Canal+ это не устраивало.

Летом 93-го «ПСЖ» купил лучшего полузащитника Бразилии. Но он не повлиял на чемпионство

У Раймундо де Оливейры было четыре сына: Сократес, Софоклес, Сосфенес и Раи. Младшего он хотел назвать Ксенофонтом, но жене надоели сложные античные имена – она поскандалила, и парня назвали в честь отца.

Футбол в философской семье был под запретом, и Раи занялся им только в 15. А в 22 уже выступал за сборную. И все равно не был лучшим в семье: его старший брат Сократес играл как титан и царил в Бразилии на пару с Зико. Но к концу 80-х ушел, оставив трон брату. Раи напоминал его: тоже был плечистым, мощным, с тонким видением и пониманием игры – игроком с телосложением таранного форварда и ногами настоящей «десятки».

В то время бразильцы не стремились в Европу любой ценой. К 28 годам Раи блистал в сборной, уничтожил «Барсу» в Межконтинентальном кубке-1992 и был признан лучшим игроком Южной Америки, но все равно играл за «Сан-Паулу». Оказалось, что только «ПСЖ» имел реальные шансы уговорить его: Раи был историком и загорелся идеей жить в революционном городе, в котором родились идеи равенства и свободы. Остальное сделал Вальдо: сначала посоветовал боссам пригласить Раи, а потом дал другу хорошие рекомендации о клубе.

Была причина, по которой «ПСЖ» так зацикливался на бразильцах. Созданный в 1970-м, клуб не имел собственной фанбазы и конкурировал не только с футболом, но и с миллионом других развлечений Парижа. Поэтому понты стали фундаментом клубной идентичности задолго до сегодняшних шейхов. И поэтому «ПСЖ» бегал за бразильцами, которые ассоциировались с красивым футболом. В 71-м клуб пытался купить Пеле – тогда не получилось, но в 93-м парижане все-таки подписали одного из лучших бразильцев поколения. И это сработало: после перехода Раи в южноамериканских дворах появились парни в футболках «ПСЖ». Естественно, с «десяткой» на спине.

«Парижане понемногу полюбили клуб, – вспоминал Вальдо. – Не сразу, только после того, как оценили качество игры. В третьем сезоне мы зажигали: финты, пятки, голы Большого Джорджа [Веа], магия Жинола. И трибуны взрывались. Они говорили: «Ну вот, теперь все как в Париже, ведь Париж – это волшебство».

Раи не сразу адаптировался к европейскому стилю. Он часто терялся на поле, не всегда попадал в старт и в первом сезоне точно не делал разницу. Но зато сходу жестко поставил себя в раздевалке и быстро стал лидером (Раи был капитаном везде – во всех клубах и сборных, за которые играл). «ПСЖ» по-прежнему тащили Вальдо, Веа и Жинола, к которым добавился Венсан Герен – к сезону-1993/94 он стал одним из лучших полузащитников Франции.

Парижане хорошо начали, но по-настоящему рванул «Бордо» с Зиданом и Лизаразю – почти сразу вышел на первое место и лидировал до середины декабря, лишь иногда отступая на второе. Но к 13-му туру жирондинцы сдались и к концу сезона вылетели из тройки. Других конкурентов у «ПСЖ» не было.

«Марсель» в это время воевал на другом поле. В конце сезона-1992/93 провансальцы готовились к финалу Лиги чемпионов, но еще не победили дома. «ПСЖ» поджимал, и команда не могла сконцентрироваться на главном матче в клубной истории. 19 мая 93-го «Марсель» играл с «Валансьеном» – соперником слабым и не опасным, которого в обычной ситуации наверняка раздавил бы без лишнего напряга. Но в этой игре можно было досрочно выиграть титул и сосредоточиться на финале ЛЧ, до которого оставалась неделя, и Тапи заплатил форварду «Валансьена» Кристофу Роберу (и предлагал деньги еще двум игрокам). Через две недели Робер покаялся.

У прокуратуры было признание, свидетели и неопровержимые улики. «Марсель» раскручивали весь сезон-1993/94, команду штормило – и потому реального конкурента у «ПСЖ» не было. Парижане закончили сезон с мощным 8-очковым отрывом (за победу давали 2 балла) и установили рекорд Франции по длине беспроигрышной серии (37 матчей во всех турнирах). «Марсель» вышвырнули в Лигу 2 прямо со второго места.

В следующем сезоне «ПСЖ» выиграл Кубок Франции и Кубок лиги, дошел до полуфинала Лиги чемпионов (по пути обыграл «Барсу» Кройффа и «Спартак» Романцева, но вылетел от «Милана»), но во Франции закончил третьим: проиграл «Нанту» с Макелеле, Карамбе и Локо. Неожиданным чемпионом восхитился даже Вальдо: «Нант» держал мяч лучше всех, кого я видел. В них было что-то бразильское».

В середине 90-х начался спад. Но «ПСЖ» все равно выиграл Кубок кубков

На этом история команды, которую называют первым великим «ПСЖ», закончилась. Летом 95-го ушли Рикардо, Комбуаре, Вальдо, Веа и Жинола. Чтобы заменить лидеров, парижане снова вышли на рынок. Команду строили вокруг Раи, которого в 93-м купили как продвинутую замену Вальдо. Жинола заменили Юри Джоркаеффом, Рикардо – Бруно Н’Готти, а Веа – лучшим бомбардиром сезона-1994/95 Патрисом Локо и панамским монстром Хулио Дели Вальдесом.

«ПСЖ» вернулся в борьбу за титул, лидировал до 33-го тура, но проиграл «Осеру» четыре очка. В последних шести турах клуб потерял 10 баллов – не хватало качества и разносторонности Раи, который получил травму и в этих матчах сыграл всего дважды. И все-таки сезон получился успешным: 8 мая 96-го «ПСЖ» выиграл первый еврокубок.

Парижане раздавили соперников по Кубку кубков и в финал влетели экспрессом. В 9 матчах «ПСЖ» пропустил всего 4 гола и одержал 6 сухих побед. В финале парижане в таком же сдержанном стиле обыграли «Рапид»: забили один гол дальним ударом Н’Готти и сохранили преимущество, несмотря на раннюю травму Раи (его заменили уже на 12-й минуте).

***

У этой команды был потенциал. И она могла превзойти свою предшественницу. Но Кубок кубков остался ее единственным достижением. В декабре 95-го Босман победил УЕФА и навсегда изменил правила игры. Отмена лимита на легионеров открыла двери по всему Евросоюзу, и «ПСЖ» не смог удержать лидеров. Джоркаефф и Нума ушли сразу, Лама и Вальдес – следующим летом. С теми, кто остался, клуб не смог развиваться. А заново закупаться не захотел Canal+. «ПСЖ» теперь не был приоритетом телекомпании, остался без больших денег и стагнировал, забирая второстепенные трофеи. Эпоха закончилась в 98-м, когда из клуба ушли Раи и Денизо.

В следующие восемь лет «ПСЖ» сменил пять тренеров и четырех президентов, но все-таки выиграл еще один еврокубок – пока последний в своей истории.

В 2001-м парижане взяли Кубок Интертото – двухмесячный летний турнир с тремя победителями и выходом в Кубок УЕФА в качестве главного приза. «Париж» легко пролетел три раунда до финала – с общим счетом 19:2 в шести матчах с «Гентом», «Таврией» и финским «Джазом». В финале парижане дважды сыграли вничью с «Брешией» и победили благодаря гостевому голу Алоизио.

В защите в той команде играли Хейнце и Почеттино, в полузащите – Окоча, Артета и Лоран Робер, в атаке – Роналдиньо и Анелька. Они могли выиграть что-то внушительнее трофея, который пришлось делить с «Труа» и «Астон Виллой». Но бессистемный подход и хаос в руководстве не позволили создать еще один великий «ПСЖ». Эта команда прожила недолго и даже близко не подобралась к блестящему «Парижу» 90-х.

***

Телеграм автора

Подписывайтесь, не пропустите новые тексты!

Фото: REUTERS/Pascal Rossignol, Stringer, Action Images; Gettyimages.ru/Simon Bruty, Ruediger Fessel/Bongarts, Shaun Botterill/Allsport

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья