Блог С миру по Нитке

Рохус-Покус

Вот новость, ставшая причиной заочной беседы Камакши Тандон и Стивена Тиньора.

Они выбрали такую форму материала, которая регулярно будет появляться по средам для обсуждения тем, где нет однозначного мнения.

«Камакши,

Кристоф Рохус решил не уходить тихо, что, в общем-то, не стало сюрпризом. В прошлом уже было такое, что братья Рохусы – Оливье и Кристоф – рассматривали возможность вынести на публику свои подозрения в том, что определенные игроки снимаются с важных турниров, чтобы избежать допинг-тестов. Из этого ничего не вышло, но, похоже, что Кристофа этот вопрос волнует уже достаточно давно. Он говорит, что однажды АТР даже вынесла ему предупреждение за разговоры на эту тему.

Что ты думаешь о его комментариях? Он утверждает, что в теннисе наблюдается засилье допинга, и это секрет полишинеля. Но он не сообщает ничего конкретного, кроме подозрений в адрес ребят, которые могут сыграть пятичасовой матч, а на следующий день прыгать «как зайчики». Он не отрицает, что есть тесты, но говорит, что их можно избежать. Еще он рассказывает, что один его соперник вернулся после туалетного перерыва новым человеком, но в итоге у него кровь пошла носом. А потом он отвечает на совсем уж удивительный вопрос о слухах – о том, что временный 18-месячный уход его соотечественницы Жюстин Энен на самом деле был замаскированной дисквалификацией. Я и не знал, что из разрозненных спекуляций это переросло в полноценный «слух» (если между этими понятиями, конечно, есть разница).

Я оставлю последнее на потом и начну с общих комментариев Рохуса. Тебе не кажется, что он переступил черту, выдвинув обвинения, которые мог выдвинуть любой зритель, и при этом не предоставив никаких доказательств? Может быть, это просто безответственная попытка навредить спорту? Или все же, чем больше внимания обращено на проблему допинга в теннисе, тем лучше? По-моему, и то, и другое. Рохус жалуется –и в его жалобах есть привкус пресловутого «зеленого винограда» – но он правильно говорит, что, несмотря на большое количество проверок, систему можно обойти. Велосипедист, которого недавно поймали на допинге, признался, что его раз 100 тестировали, когда он был на препаратах, но он все равно выходил сухим из воды.

Теннисистов часто проверяют на допинг, но любой эксперт подтвердит, что единственное, что имеет значение, это тесты, взятые во внесоревновательный период. Если посмотреть на статистику ITF по 2009 году, то можно увидеть в ней дыры. Например, во внесоревновательный период у игроков не брали кровь, а это значит, что нельзя обнаружить гормон роста. Примерно четверть тестов были пропущены (записи о них были удалены из протокола на сайте ITF). Такого топ-игрока, как Новак Джокович, вообще не проверяли во внесоревновательный период. До «Ролан Гаррос» не проводилось тестов на ЭПО. Конечно, Рохус не является истиной в последней инстанции, но было бы невероятно наивно думать, что теннис от природы «чище», чем любые другие виды спорта.

Или ему все-таки стоило держать язык за зубами?

Стив

***

Стив,

Стоило ли Рохусу держать язык за зубами, и стоило ли нам его просто проигнорировать? Именно этим вопросом я и задавалась, пытаясь решить, стоит ли тратить ли вечер на перевод его интервью.

Мы и раньше слышали подобные комментарии из уст рядовых игроков, например Эндрю Иллие или Николя Эскюде. Опять-таки – такие комментарии зачастую ничем не подкреплены. Зато они раз за разом вызывают громкие заголовки про теннис, который погряз в допинге.

Но раз есть хотя бы небольшая группа игроков, которые стоят на этой точке зрения, то об этом стоит говорить. Учитывая то, что комментарии Рохуса кажутся искренними и взвешенными (посмотрите только на ремарку про благородство), люди имеют право проявить интерес к его словам.

Что больше всего удивляет меня, так это то, что у игроков, как ни у кого, есть возможность раздобыть подтверждения своим подозрениям. Но они не дают ничего, кроме историй, как они проиграли теннисисту, который в предыдущем матче играл пять сетов.

Игроки, безусловно, свободны в высказываниях, но они должны понимать ответственность, сопутствующую разговорам на подобную тему.

И перед тем, как мы перейдем к техническим вопросам, я хочу заострить внимание на философской ремарке Рохуса о том, что игроки, которые употребляют допинг, осознают риск для здоровья, но идут на него, чтобы обеспечить свою семью. Он говорит, что их можно даже считать «почти что благородными».

Ирония в том, что Рохуса самого подозревали в «сливе» матчей (например, однажды он проиграл никому не известному британцу на траве). Интересно, его посыл о благородстве распространяется и на такие случаи? И поможет ли это нам понять природу таких проблем и найти способы борьбы с ними?

Если кратко вернуться к теме Жюстин, то этот вопрос был задан, потому что это было интервью бельгийской газете. И, кажется, он ответил на него абсолютно честно. Лично я считаю, что это совершенно дикая идея. Теннис – это же не какая-то лига, которая сама устанавливается себе правила. Для Олимпийского вида спорта это совершенно неприемлемо. Каковы шансы, что ITF поставит репутацию Энен выше своей собственной? К тому же сроки не сходятся.

В любом случае, главный вопрос – есть ли в теннисе допинг, и в каких количествах. Давай попробуем ответить на него.

Камакши

***

Камакши,

Может быть, бельгийские журналисты знают о слухах вокруг Жюстин больше меня. Но даже для бельгийского издания печатать спекуляции на эту тему – это слишком. Вокруг разных игроков ходят еще 50 разных слухов, которые я могу озвучить. И это доказывает только одно – в мире много сплетен. Уже есть какие-нибудь слухи по поводу внезапного ухода Дементьевой?

Еще одним интересным моментом в комментариях Рохуса была история о сопернике, который взял перерыв, сходил в раздевалку и вернулся совершенно другим, а в итоге у него из носа пошла кровь. Что Рохус имеет в виду – соперник принял амфетамин или какую-то другую таблетку, чтобы зарядиться энергией? В 80-е было много разговоров на эту тему, особенно в книге Short Circuit Майкла Мьюшоу (Вот его статья на эту тему). А в последнее время «туалетные» перерывы стали более распространенными. Сейчас эта тема снова поднимется.

А что касается основного вопроса – стероидов в теннисе – я хочу обратиться к опыту бейсбола, велоспорта и легкой атлетики. В целом, если там был дым, то и огонь очень скоро находили – Мэрион Джонс, Марк Макгвайр, Барри Бондс, Флойд Лэндис, вероятно, Лэнс Армстронг. Как это было в бейсболе 10 лет назад, игроки обоих теннисных туров стали более мощными, и их выносливость вышла на новый уровень. С одной стороны, это само по себе ничего не доказывает. Можно даже сказать, что это было неизбежно – когда игра превратилась в перестрелку с задней линии, для тягучей многочасовой борьбы понадобился другой физиологический тип игрока, чем тот, который существовал для сильной подачи и выхода к сетке. Но если вспомнить три вида спорта, которые я упомянул, то можно с достаточной долей уверенности сказать, что эта эволюция в некоторой степени подстегнута стимуляторами.

Но я утверждаю, что есть огромная разница между теннисом и велоспортом – менталитет. Лэндис сказал, что он знал, что все топ-велосипедисты сидят на допинге, и чтобы бороться с ними, он тоже должен был принимать. Он отдал слишком много, чтобы вот так просто сдаться. Бондс, если верить рассказам, придерживался почти той же точки зрения – он не мог видеть, как очевидно «накачанный» Макгвайр бьет рекорды по хоум-ранам. Психология топ-теннисиста другая – если конечно, допинг в теннисе не распространен так же, как в велоспорте. Топ-игрок не станет присоединяться к толпе, он попытается стать выше ее.

Профессиональный спортсмен пойдет на все ради успеха – даже соврет Конгрессу, как Роджер Клеменс. Так как ты считаешь, теннисиста что-то остановит?

Стив

***

Стив,

Конечно, об уходе Дементьевой уже есть слухи – что она беременна. :)

Вопрос о Жюстин, скорее всего, был задан наудачу – а вдруг что и скажет. В небельгийском издании вопрос мог бы стоять о другом игроке. Но он задан, он в самом конце интервью, и ответ на него невнятен – к нему проявлено ровно столько внимания, сколько он заслуживает.

Читая историю Рохуса о кровотечении, я представляю себе эффект шпината на морячка Попайа. Но, да, он, похоже, высказывает подозрение в употреблении стимуляторов, хотя я бы воздержалась от более конкретных суждений, потому что он не дал деталей произошедшего.

Для ясности давай признаем: обойти систему возможно, и, вероятно, риск бывает оправдан. Но любое эффективное обсуждение этой темы должно начинаться с того, что надо оценить реальное положение дел.

Давай для начала грубо разделим допинг на три категории:

1. Стимуляторы – препараты, которые дают временную встряску. От чашки утреннего кофе до кокаина в напульснике. Запрещены только в соревновательный период.

2. Традиционные стероиды – я имею в виду препараты, которые надолго остаются в системе и в течение долгого времени могут быть обнаружены. Классический пример – нандролон.

3. Новейшие и мощнейшие методы – они либо не обнаруживаются в анализах, либо очень быстро выводятся из организма, поэтому эффективно тестировать на них очень тяжело и дорого. Сложные стероиды, ЭПО, гормон роста, кровяной допинг, генная инженерия и т.д.

Мне кажется, что на данный момент в туре есть возможность контролировать первый и второй типы. При их употреблении существует большой шанс быть пойманным, и наказание будет неотвратимо, если, конечно, у тебя нет хорошей истории. (Правда, сейчас в моде микро-дозы стероидов, но это можно отнести к третьему типу).

А вот о третьей группе как раз ничего точно неизвестно. Ими не пользуются? Конечно, пользуются. Это и раньше можно было достаточно уверенно предполагать, а после того, как Одесника поймали с гормоном роста, вряд ли в этом кто-то сомневается. Но многих ли игроков волнует то, что кто-то там играет не по правилам? И это тоже вряд ли.

Именно на это я и рассчитываю. Может, я и не права, но на практике это подтверждается.

Ты указал на то, что ключевым фактором является психология – если все принимают, и всем наплевать, то очень трудно оставаться в стороне. Но, похоже, что в теннисе все не так.

Как мы уже видели в других видах спорта, игроки всегда все знают. А в таком закрытом сообществе, как теннисное, очень трудно скрывать что-то. Исходя из того, что я знаю, я думаю, большинство было бы шокировано, если бы оказалось, что проблема носит систематический характер.

И каждодневный опыт только подтверждает это. Большинство игроков только в общих чертах понимают допинговые правила – например, до дела Гаске многие, кажется, думали, что любой положительный тест – это приговор. Мало кто понял детали метамфитаминовой истории Агасси и сделал выводы о том, что было бы (а что не было бы) иначе при современной системе. И во время нандролонового кризиса тоже было множество недопонимания, что дало пищу любителям теории заговора.

В отличие от велосипедистов, теннисисты не являются частью сложной, хорошо организованной команды, спящей в барокамерах и тренирующейся с научной точностью. У них зачастую отсутствует основы – планирование питания, расписания – разве они станут применять очень сложные процедуры, чтобы искусственно улучшить результаты? Более того, такие процедуры обычно требуют наличия оборудования и медицинского персонала, который невозможно постоянно возить с собой.

Безусловно, можно найти пути обхода, но, по крайней мере, это помогает нам сконцентрироваться на самом важном вопросе – что можно сделать, чтобы заделать черные ходы.

Грубо говоря, основная тема разговора – это отсутствие проверенной информации. И чтобы мы верили в то, что нам говорят, нужна система контроля. Такую систему по разным причинам очень трудно организовать, но это единственное, что позволит управлять ситуацией.

Камакши»

А вот Стив рассказывает о том, что он предпринял, чтобы получить информацию из первых рук, то бишь от ITF.

«Я связался по e-mail со Стюартом Миллером, который управляет антидопинговой программой ITF. Наш разговор был похож на все предыдущие – он сказал немного, но кое-что он все-таки сказал. Предлагаю не рассматривать это ни как оправдания, ни как выпады в чью-либо сторону. И я продолжу разговор с ним и другими осведомленными лицами при первой же возможности.

– ITF попросит у Рохуса объяснений.

– Что касается стимуляторов, которые можно принять во время матча, Миллер сказал, что игроков могут проверить немедленно после игры без предупреждения, и препараты, принятые во время матча, могут быть обнаружены.

– Они пытаются улучшить систему проверки на употребление гормона роста. Миллер сказал, что в прошлом делать больше тестов во внесоревновательный период было невозможно. Антидопинговый бюджет ITF составлял 1 500 000 долларов, что не позволяло проверять всех, везде и в любое время. Но они постоянно стараются расширить программу и увеличить бюджет.

– Про пропущенные тесты во внесоревновательный период он сказал следующее: «Все зависит от конкретных обстоятельств, например, местонахождения игрока. Если имеет смысл продолжать попытки проверить этого игрока, мы это делаем».

Получается, что единственным доказательством того, что допинг в теннисе не цветет буйным цветом, является то, что об этом никто не знает. А залогом чистоты является нестадная психология теннисистов. По-моему, это очень сомнительно, но и утверждать обратное причин никаких нет. Остается ждать, что эта кампания во что-нибудь выльется. Хотя Мьюшоу писал, писал, но ни во что это не вылилось.

Автор

Комментарии

  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья