Глейхенгауз о дисквалификации Валиевой: «Наша вина в любом случае присутствует, так как мы не уберегли нашего спортсмена. От этого на душе грустно и больно»

«Невозможно долго держал в себе эмоции, мысли, переживания, и хочется уже высказать все их здесь.

Начну с самой Камилы. Такие спортсмены появляются в профессиональном спорте раз в много лет! Когда все сходится в одном человеке – это большая редкость. Талант, трудолюбие, красота и многое другое. Камила – универсальная спортсменка, которая обладает катанием, элементами ультра-си, невероятными вращениями и подачей образов.

Весь ее и нашей команды многолетний труд был перечеркнут в один момент! Через что она прошла в возрасте 15 лет и до сих пор проходит, не заслуживает никто! Это полное моральное уничтожение человека.

Было нарушено главное правило защищенного лица. Я не буду углубляться в рассказы, как было на самом деле и сколько времени кто из нас был с ней и старался поддерживать, но это все было и по-другому быть не могло, мы все люди, и у нас есть сердца.

Теперь чуть подробнее о своих эмоциях и мыслях. Когда Этери Георгиевна после командного турнира на Олимпиаде позвонила и сказала, что у Камилы положительный тест, я ужаснулся, но подумал, что будут еще тесты, и она может успеть выйти к личному турниру, так как подумал про тест на коронавирус. 

После того, как я понял, что речь про тест на допинг, я даже не мог в это поверить и подумал, что это какая-то ошибка. Признаюсь честно, слово «Триметазидин» услышал в тот момент первый раз в своей жизни. 

Этери (Тутберидзе) и Сергей (Дудаков) подготовили олимпийскую чемпионку в команде еще в 2014 году, после этого мы уже втроем привели наших спортсменов к золотым и серебряным наградам на Олимпиаде в Корее, к победам на чемпионатах Европы и мира. Так же, как и всегда, мы готовили наших спортсменов к этой Олимпиаде в Пекине. 

Наша команда за чистый спорт, никакого допинга в спорте быть не должно, мы никогда его не использовали и никогда не будем!

Все знают, что у нас есть система. Так в чем же здесь логика – давать допинг одной из спортсменок? Я не понимаю!

Я не понимаю, как это вещество попало в пробу Камилы, я точно знаю, что никто из нас не мог посоветовать принять нашему спортсмену допинг, и я уверен в Камиле, что она умышленно никогда его не употребляла. Я сам бы многое отдал, чтобы узнать правду о том, как вещество оказалось в ее пробе. 

Все это время юристы просили нас не комментировать ситуацию, чтобы не сделать хуже. Ведь шел сложный процесс. Со своей стороны я делал, что мог, чтобы помочь разобраться в ситуации. Ходил на допрос, участвовал в слушаниях по видеосвязи. И готов и дальше делать все, чтобы правда была найдена. 

Наша вина в любом случае присутствует, так как мы не уберегли нашего спортсмена. От этого на душе грустно и больно», – написал Глейхенгауз.